УДК 340.113

ПОНЯТИЕ ПРЕДМЕТА ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ И ЕГО ВЗАИМОСВЯЗЬ С ДРУГИМИ ЮРИДИЧЕСКИМИ КАТЕГОРИЯМИ

С.Г. Соловьев

Доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой конституционного, административного и муниципального права
Филиал ФГБОУ ВПО ЮУрГУ.
456318, Челябинская область, г. Миасс, пр-кт Октября, 16
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Исследуется актуальная для современного правоведения проблема предмета правового регулирования в его взаимосвязи с такими юридическими категориями, как правоотношения, метод правового регулирования, правотворчество, принципы права и др. Понимание предмета правового регулирования во многом определяет подход к понятию права, его делению на публичное и частное, сущности правоотношений, а также понимание других правовых категорий.


Ключевые слова: предмет правового регулирования; общественные отношения; правоотношения; метод правового регулирования; правотворчество; принципы права

 Право, как регулятор общественных отношений, во многом определяется их характером, особенностями, юридической и социальной природой. В науке теории государства и права они получили название «предмет правового регулирования». Данное понятие позволяет проследить взаимосвязь между различными правовыми явлениями, отражает логику правового воздействия. Понимание предмета правового регулирования во многом определяет подход к понятию права, его делению на публичное и частное, сущности правоотношений, а также понимание других правовых категорий.

Правовое регулирование, как вид социального регулирования, призвано обеспечивать законность и правопорядок в обществе. При этом предполагается создание системы материальных и процессуальных норм, рассчитанных на правомерное (позитивное) поведение участников правоотношений, предусматривающих реакцию общества на нарушение установленных предписаний и также направленных на защиту сложившихся в нем отношений.

В соответствии с определением, предложенным С.С. Алексеевым, предметом правового регулирования являются разнообразные общественные отношения, которые объективно, по своей природе могут поддаваться нормативно-организационному воздействию и в существующих условиях требуют такого воздействия, осуществляемого при помощи юридических норм и всех иных юридических средств, образующих механизм правового регулирования [1, с. 211].

Отношения, входящие в предмет правового регулирования, должны поддаваться правовому регулированию и объективно нуждаются в нем. То, что общественные отношения поддаются правовому регулированию, означает, что право с помощью различных правовых средств в состоянии оказать на них воздействие. Таким образом, общественные отношения должны соответствовать следующим критериям: это внешне выраженные акты поведения людей, их взаимодействия; это волевые целенаправленные отношения; это устойчивые типичные повторяющиеся отношения (поскольку право, обладающее таким свойством, как нормативность, не смогут «заинтересовать» отдельные жизненные обстоятельства того или иного субъекта, не будет оснований для возникновения нормы); они поддаются внешнему контролю (в противном случае сложно будет определить действительно ли соответствует поведение субъекта установленным правовым предписаниям); они должны предполагать возможность выбора из нескольких вероятных вариантов поведения (иначе утрачивается необходимость в оказании воздействия и право будет лишь отражать (описывать) объективно сложившееся поведение субъекта).

Объективная необходимость правового регулирования предполагает наличие такого критерия, как социальная значимость отношений и невозможность их урегулирования при помощи других социальных норм. Значимость общественных отношений будет отражаться в целях осуществляемого регулирования, которые будут определять характер используемых средств.

Требуют ли общественные отношения именно правового регулирования, зависит также от регулятивной способности различных социальных норм: могут ли они посредством своего воздействия привести к упорядоченности общественных отношений. Это определяется используемыми средствами, формой закрепления и механизмом воздействия норм, обеспеченностью принудительной силой, способностью урегулировать (закрепить четкие требования, предписания, определяющие, каким должно быть поведение субъектов), а не просто оценить общественные отношения. Так, например, нормы морали являются достаточно универсальными, но они могут дать только оценку отношениям, возникающим между людьми в таких сферах, как управление, осуществление хозяйственной, производственной деятельности, охрана правопорядка. Эти сферы требуют наличия специализированных норм, позволяющих определить конкретную модель отношения, права и обязанности их участников. Указанные нормы также не будут справляться с регулированием обозначенных сфер общественных отношений в силу своего формального закрепления (в устной форме) и обеспеченности принудительными возможностями исключительно только общества.

Отсюда следует и понимание правоотношений. Согласно позитивно-правовой концепции, правоотношения есть отношения между людьми и их организациями, урегулированные нормами права и состоящие во взаимной связи субъективных прав и юридических обязанностей участников правоотношения [5, с. 366]. В.А. Поляков определяет правоотношения, возникающие на основе норм государственного права, как социальное взаимодействие, осуществляемое путем реализации государственно признанных прав и обязанностей субъектов правовой коммуникации [4, с. 756]. Таким образом, прослеживается взаимосвязь с нормами права. На основе данной взаимосвязи можно выделить отношения: фактически урегулированные нормами права, которые подразделяются на объективно нуждающиеся в правовом регулировании и объективно не нуждающиеся в правовом регулировании, и не урегулированные нормами права, но объективно нуждающиеся в правовом регулировании именно в силу социальной значимости на определенном этапе развития общества (при изменении обстановки общественной жизни, даже сохраняясь в обществе, они уже могут быть урегулированы другими социальными нормами) или же того, что они в принципе не могут быть урегулированы другими социальными нормами в силу своей природы.

Понимание правоотношений как общественных отношений, фактически урегулированных правом, расширяет возможности государства в решении вопроса о необходимости и возможности регулирования той или иной сферы общественных отношений и степени его вмешательства. Если же правоотношения понимать как общественные отношения, урегулированные правом и объективно нуждающиеся в таком регулировании, то право в данном случае приобретает правовые (в естественном понимании) демократические черты.

Как отмечает С.С. Алексеев, правовое регулирование имеет особенности, связанные с тем, охватываются ли правом данные отношения, а если да, то какова его детализированность, императивность, жесткость, насыщенность. Все это и может быть названо напряженностью, интенсивностью регулирования. В соответствии с таким признаком в общественных отношениях могут быть выделены зоны интенсивного и неинтенсивного правового регулирования. В зонах неинтенсивного правового регулирования необходимо выделить два качественно различных случая: случая существования таких участков общественной жизни, которые требуют правового регулирования, которые реально, фактически еще не урегулированы или недостаточно урегулированы в правовом порядке; случая, когда общественные отношения таковы, что они и не нуждаются в интенсивном правовом регулировании (что характерно для сугубо личных, семейных отношений, где, по меткому выражению одного из отечественных правоведов, закон нередко скромно молчит).

Чрезвычайно интенсивное или недостаточно интенсивное правовое регулирование может наступить в силу субъективных причин, прежде всего в силу излишней или, напротив, недостаточной законодательной деятельности компетентных органов, ошибочных в этой области решений. Но в то же время надо учитывать, что степень интенсивности правового регулирования зависит от его предмета, других факторов. Есть общественные отношения, которые нуждаются в правовом регулировании, но в «мягком», преимущественно диспозитивном (это присуще правовому опосредствованию отношений в гражданско-правовых сделках) [1, с. 214].

Таким образом, на основе анализа предмета правового регулирования можно выделить такой аспект, как степень воздействия государства посредством норм права на общественные отношения. Если отношения, объективно не нуждаются в правовом регулировании, но фактически получили его, то это означает, что государство излишне вмешивается в межличностные отношения, не оставляя личности пространства для самовыражения и саморегулирования. К беспорядку в обществе приводят ситуации, когда общественные отношения требуют правового регулирования в силу социальной значимости именно на определенном этапе развития общества, но не получают его. Если же в процессе правотворчества не созданы нормы для регулирования отношений, объективно в нем нуждающихся именно в силу своей природы, то налицо устранение государства из тех сфер жизнедеятельности, которые не могут существовать без опоры на силу государственного принуждения.

Общепризнанным является то, что предмет правового регулирования служит критерием деления права на отрасли. Соответственно на основе его анализа мы можем характеризовать сферы жизнедеятельности, получившие развитие в рамках общества на определенном историческом этапе его развития. Предмет правового регулирования – это сфера, на которую распространяется право и которая находится под его юрисдикцией. Он является главным, материальным критерием разграничения норм права по отраслям, поскольку имеет объективное содержание, предопределен самим характером общественных отношений и не зависит в принципе от воли законодателя. Именно предмет, прежде всего, диктует необходимость выделения той или иной отрасли, а когда отрасль выделяется, появляется и соответствующий метод регулирования, который в значительной мере зависит от воли законодателя [6, с. 353–354].

Соответственно, прослеживается взаимосвязь категории предмета правового регулирования и правотворчества. Здесь мы затрагиваем вопрос о предпроектном этапе правотворчества, когда на основании анализа формирующихся отношений выявляется потребность в их регулировании, так как в противном случае состояние «неурегулированности» приводит к беспорядку, невозможности разрешить возникающие конфликты юридическими способами. Также осуществляемое саморегулирование может не соответствовать интересам общества и государства.

В теории выделяется стадия установления потребности в нормативном правовом регулировании. Это первая, предпроектная, фаза нормотворческого процесса, на которой происходит осознание необходимости урегулирования правовыми средствами определенного круга социальных связей либо внесения изменений в действующий нормативный массив. Алгоритм выявления данной потребности в классическом виде состоит из следующих шагов: обнаружение признаков проблемной ситуации; сбор информации, относящейся к проблеме; анализ проблемной ситуации на основе собранной информации; принятие решения о разработке правового документа [3, с. 138]. На основе характера регулируемых общественных отношений нормативные правовые акты обретают предметное действие.

В процессе осуществления правотворчества также необходимо определить «стратегию» регулирования исходя из деления права на публичное и частное, поскольку определение характера, сущности регулируемых общественных отношений требует формирования представления о результатах правового воздействия на них. Критериями здесь могут выступать следующие свойства: сам характер отношений в зависимости от сочетания общественного и частного интереса; сфера жизнедеятельности (управления и охраны правопорядка или имущественная, гражданско-правовая сфера); использование принципа юридической централизации или децентрализации как наиболее эффективного; применение императивного или диспозитивного метода правового регулировании; субъект инициативы защиты прав (определяется тем, чьи интересы, прежде всего, будет выражать и защищать право); субъектный состав общественных отношений; правовое регулирование, допускающее заключение договоров и соглашений на основе общего нормативного закрепления или предполагающее принятие правоприменительных актов властными субъектами.

Выработанная «стратегия» выражается в закрепляемых принципах права как исходных норм, не устанавливающих конкретные права и обязанности участников правоотношений, в соответствии с которыми вырабатываются и закрепляются регулятивные и иные нормы. Как отмечает А.В. Малько, принципы права должны отражать и выражать основные ценности, на которые ориентируется право. Принципы – это своего рода отправные пункты, показывающие вектор правового регулирования. Принципы выступают в качестве своеобразной несущей конструкции, на основе которой создаются и реализуются не только нормы, институты и отрасли, но и вся система права. Они служат своеобразными ориентирами для правотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности [2, с. 168]. Можно сказать, что принципы не придумываются законодателем, не являются результатом проявления его субъективного усмотрения, а органически присущи праву в силу формирующихся общественных отношений.

Понятие предмета правового регулирования в федеративных государствах находит отражение в разграничении предметов ведения. С помощью понятия «предметы ведения» устанавливаются сферы «политических», «публичных» возможностей федерального и регионального уровней государственной власти, которые должны исходить из степени значимости той или иной сферы общественных отношений для всего государства в целом или для отдельных субъектов федерации. Под предметами ведения можно понимать сферы общественных отношений, регулирование и осуществление которых, исходя из степени социальной значимости и принципа целесообразности при фактической реализации, закреплено за федеральным и (или) региональным уровнем государственной власти. Критериями их выделения являются оптимальность, эффективность осуществления конкретного полномочия на каждом уровне власти и необходимость единообразного регулирования той или иной сферы общественных отношений на всей территории государства.

Таким образом, определить достоинства и недостатки используемого варианта разграничения предметов ведения в каждой стране возможно только на основе практики его реализации с учетом исторического, политического и экономического развития. Проблема разграничения предметов ведения федерации и ее субъектов прежде всего относится к сфере законодательной деятельности. Что же касается исполнительной власти, то она рассматривается обычно как единая вертикаль, а к судебной власти перечень предметов ведения, даваемый в конституциях, относится лишь в принципе, поскольку у судов своя подведомственность и подсудность [8, с. 56].

Понятие предмета правового регулирования с учетом классификации общественных отношений (выделения отношений, не урегулированных нормами права, но объективно нуждающихся в правовом регулировании) взаимосвязано с таким юридическим понятием, как пробелы в праве. Пробел в праве – это отсутствие нормы права, которая должна быть в системе права с точки зрения принципов и оценок самого права, или иначе – это такая ситуация, когда имеется факт (общественное отношение), по своему характеру находящийся в сфере правового регулирования, требующий правового разрешения, однако норма права, его предусматривающая, отсутствует [7, с. 256]. Соответственно можно говорить и о возможности применения аналогии закона и аналогии права. То есть они применимы в принципе, если общественные отношения требуют именно правового регулирования. Таким образом, рассматриваемое понятие предмета правового регулирования имеет большое значение для выявлении внутренних взаимосвязей между различными правовыми явлениями.

 

Библиографический список

  1. Алексеев С.С. Теория права. М.: Бек, 1995. 320 с.

  2. Матузов Н.И. Теория государства и права: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрист, 2005. 640 с.

  3. Москалькова Т.Н., Черников В.В. Нормотворчество: научно-практическое пособие. М.: Проспект, 2011. 384 с.

  4. Поляков А.В. Общая теория права: Проблемы интерпретации в контексте коммуникативного подхода: курс лекций. СПб.: Изд. дом С.-Петерб. гос. ун-та, 2004. 472 с.

  5. Проблемы общей теории права и государства: учебник для вузов / под общ. ред. акад. РАН, д.ю.н., проф. В.С. Нерсесянца. М.: Норма, 2006. 832 с.

  6. Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М.: Юристъ, 1997. 776 с.

  7. Черданцев А.Ф. Теория государства и права: учебник для вузов. М.: Юрайт-М, 2002. 432 с.

  8. Чиркин В.Е. Современное федеративное государство: учеб. пособие. М.: Изд-во МНИМП, 1997. 352 с.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.