УДК 347.191

К ВОПРОСУ О СУЩНОСТИ ПРАВОВОЙ КАТЕГОРИИ «ПРЕКРАЩЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ БЕЗ ПРАВОПРИЕМСТВА»

Р.Т. Мифтахутдинов

Судья

Арбитражный суд Республики Татарстан. 420014, г. Казань, Кремль, корп. 1

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

В статье сформулировано авторское определение правовой категории «прекращение юридических лиц без правопреемства». Вывод о сущности данной категории сделан на основе анализа действующего гражданского законодательства, практики его применения, существующих в доктрине теорий юридического лица, а также размышлений о юридической судьбе отдельных признаков юридического лица при его прекращении.

Ключевые слова: юридическое лицо; реорганизация; ликвидация; прекращение юридических лиц без правопреемства


Прекращение юридического лица как самостоятельная правовая категория не известна общим положениям о юридических лицах, содержащимся в действующем Гражданском кодексе Российской Федерации (ГК РФ). Пункт 3 статьи 49 ГК РФ содержит норму о прекращении правоспособности юридического лица в момент внесения записи о его исключении из единого государственного реестра юридических лиц. В абзаце 2 пункта 4 статьи 57 ГК РФ указывается о внесении в единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица, именно с этого момента реорганизация юридического лица в форме присоединения к нему другого юридического лица считается завершенной. О прекращении юридического лица упоминается в п. 1 ст. 61 ГК РФ, согласно которому ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам.

Однако представляется, что прекращением юридического лица обнимается не только ликвидация юридического лица, но и некоторые другие случаи. На уровне кодифицированного акта это подтверждается как наличием в ГК РФ упомянутой нормы о моменте завершения реорганизации в форме присоединения[1], так и ст. 1093 ГК РФ, объединяющей под возмещением вреда в случае прекращения юридического лица нормы о возмещении вреда при реорганизации и при ликвидации. Также существование нормы о прекращении доверенности (п. 1 ст. 188 ГК РФ) свидетельствует о том, что прекращение юридического лица не тождественно его ликвидации, поскольку в противном случае названная норма была бы излишним повторением п. 1 ст. 61 ГК РФ ввиду невозможности существования правоотношения без субъекта. Таким образом, указанные правовые нормы относят к прекращению юридических лиц как ликвидацию, так и реорганизацию.

Федеральный закон от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (с изм. и доп.) [3] также содержит нормы, свидетельствующие о том, что под прекращением юридических лиц законодатель понимает не только их ликвидацию. Более того, из подп. «и» п. 1 ст. 5 данного Закона следует, что он наряду с реорганизацией и ликвидацией к прекращению юридического лица относит и такой способ, как исключение из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа. При этом данная общая норма Закона распространяет последний способ прекращения юридических лиц только на унитарные предприятия и учреждения. Основанием для применения такого способа являются продажа или внесение имущественного комплекса унитарного предприятия либо имущества учреждения в уставный капитал акционерного общества, или передача имущественного комплекса унитарного предприятия или имущества учреждения в собственность государственной корпорации в качестве имущественного взноса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законодательством РФ.

Указание на данный способ прекращения юридического лица – унитарного предприятия также имеет место в Федеральном законе от 21 декабря 2001 г. №178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» (с изм. и доп.) [4], согласно ст. 27 которого с переходом права собственности на имущественный комплекс унитарного предприятия к покупателю прекращается унитарное предприятие, имущественный комплекс которого продан. В части определения порядка регистрации прекращения унитарного предприятия данная норма отсылает к подзаконному нормативному правовому регулированию на уровне Правительства РФ[2].

Закон о регистрации юридических лиц допускает исключение из реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа не только унитарных предприятий и учреждений. Статьей 21.1 названного Закона регистрирующему органу предоставлено право исключения из реестра любых юридических лиц, фактически прекративших свою деятельность.

В иных многочисленных законах, определяющих статус юридических лиц, общие положения о прекращении данных субъектов не содержатся.

Отсутствие законодательного закрепления общего понятия прекращения юридического лица, в свою очередь, приводит к доктринальным спорам о сущности прекращения юридического лица, способах и критериях их разграничения. Остается нерешенным и следующий вопрос: относится ли административное исключение юридических лиц из реестра, предусмотренное ст. 21.1 Закона о регистрации юридических лиц, к самостоятельному способу прекращения последних наряду с реорганизацией и ликвидацией юридических лиц либо это специальный случай ликвидации юридического лица? В связи с этим имеется насущная потребность определения категорий «прекращение юридического лица» и «прекращение юридических лиц без правопреемства».

Думается, что начать поиск ответов на поставленные вопросы следует с изучения существа реорганизации и ликвидации в контексте юридической судьбы известных признаков юридического лица[3]. Понятие реорганизации не раскрывается законом, так же как и понятие прекращения юридического лица. Однако очевидно, что сущность реорганизации заключается не только и не столько в прекращении юридического лица. В противном случае было бы оправдано существование только института ликвидации юридических лиц. Реорганизация по российскому законодательству осуществляется пятью способами: слияние, присоединение, разделение, выделение и преобразование. Первые четыре способа возможны только при условии неизменности организационно-правовой формы и ее сохранении, т.е. в рамках действия так называемого принципа чистоты организационно-правовой формы. Последний же – преобразование, напротив, как раз и заключается в смене одной организационно-правовой формы на другую.

Формально в соответствии со ст. 52 ГК РФ организованность юридического лица и особенности его устройства определяют его учредительные документы. Следовательно, с формальной стороны прекращение действия учредительных документов юридического лица должно повлечь прекращение такого признака юридического лица, как организационное единство. Вместе с тем ни ГК РФ, ни Закон о регистрации юридических лиц не содержат такого понятия, как прекращение действия учредительных документов.

Рассмотрим следующий практический пример. Участники товарищества с ограниченной ответственностью оспорили в судебном порядке размер уставного капитала товарищества и размеры долей в уставном капитале товарищества, установленные в учредительных документах юридического лица. Арбитражный суд отказал в удовлетворении исковых требований, мотивировав это тем, что в связи с реорганизацией товарищества в закрытое акционерное общество прекратили действие названные учредительные документы. Кассационная инстанция согласилась с данным выводом [5].

Таким образом, судебная практика исходит из того, что именно прекращение юридического лица влечет прекращение действия его учредительных документов, но никак не наоборот. Соответственно до момента государственной регистрации прекращения юридического лица сохраняется такой признак, как организационное единство, и лишь после завершения реорганизации или ликвидации он утрачивает свое значение.

Что же происходит в случаях реорганизации и ликвидации юридического лица с таким его признаком, как имущественная обособленность? При реорганизации юридического лица до момента смены персоны, определяемого актом государственной регистрации вновь возникших юридических лиц (либо моментом государственной регистрации прекращения присоединенного юридического лица), «имущество» как субстрат юридического лица имеет потенциальную возможность осуществления прав и исполнения обязанностей. Равно как юридическое лицо может иметь потенциальную возможность владеть имуществом, обособленным от своих учредителей. То же самое касается и ликвидации – до момента государственной регистрации прекращения юридического лица признак имущественной обособленности сохраняется, т.е., юридическое лицо способно обладать имуществом, обособленным от имущества учредителей. Означает ли это, что при прекращении юридического лица также прекращается его имущественный субстрат? Ведь нередки ситуации, когда после завершения ликвидации юридического лица и внесения в государственный реестр записи об этом обнаруживается имущество, принадлежавшее юридическому лицу, но не распределенное между учредителями либо кредиторами. Судебная практика в этом случае исходит из того, что такое юридическое лицо должно быть либо восстановлено в реестре, если затрагиваются интересы кредиторов, либо имущество должно быть распределено между учредителями, если кредиторов, не получивших удовлетворение своих требований, не имеется [6, 7].

Для решения данного вопроса авторы Концепции развития гражданского законодательства считают целесообразным установить законодательные правила, позволяющие удовлетворить требования кредиторов, оказавшиеся непогашенными в ходе ликвидации юридического лица (в том числе при его банкротстве), в случае обнаружения имущества юридического лица после его исключения из реестра. В этом случае по заявлению заинтересованного лица арбитражный суд мог бы возобновить процедуру ликвидации (в том числе банкротства), назначив арбитражного управляющего [2, с. 53–54].

Таким образом, пока имущество юридического лица не распределено (не перестало быть обособленным) и не решена его судьба, юридическое лицо не может быть ликвидировано. Следовательно, в отличие от признака организационного единства признак имущественной обособленности является определяющим и от его наличия зависит возможность ликвидации юридического лица.

Теперь в рамках выявления сущности рассматриваемой правовой категории обратимся к существующим научным теориям юридического лица. Множественность таких теорий свидетельствует о сложности юридического лица как правового явления. В современной экономической формации и в условиях действующего правового регулирования неоспоримо, что юридическое лицо является объективно существующим субъектом – носителем определенных имущественных и некоторых неимущественных прав и обязанностей, возникающим и прекращающимся на основании акта государственной регистрации.

Анализ концепций юридического лица, применительно к институту его прекращения, позволяет сделать вывод, что большинство теорий юридического лица в современном правовом регулировании утратили свое практическое и теоретическое значение и никак не объясняют вопросов прекращения юридического лица. Поиск сущности юридического лица, его людской составляющей, по своей сути аналогичен бесконечному поиску духовной сущности человека и не имеет сколь-нибудь серьезного практического значения для современного правового регулирования. Как для правоспособности физического лица не имеют значения социальные и философские искания о сущности человека, так и для того, чтобы ответить на правовой вопрос о том, может ли юридическое лицо быть носителем прав и обязанностей, нет практической необходимости заниматься поисками его людского субстрата.

Кстати, аналогичный вывод нужно сделать и в отношении категории «правосубъектность». Исходя из обычно принятого в теории права определения правосубъектности можно заключить, что определяющим фактором для признания лица субъектом является наличие юридического признания способности иметь права, юридические свободы и обязанности, самостоятельно, своими волеизъявлениями осуществлять их, а равно отвечать за свои действия (бездействия). Соответственно и для самого субъекта, и для его контрагентов на современном этапе права первостепенное значение имеет только государственное признание лица субъектом права. Данное обстоятельство подтверждает правильность определения юридического лица как признанной государством в качестве субъекта права организации, которая обладает обособленным имуществом, самостоятельно отвечает этим имуществом по своим обязательствам и выступает в гражданском обороте от своего имени [1, с. 127].

Таким образом, результат анализа общетеоретической правовой дефиниции правосубъектности совпал с результатом исследования концепций юридического лица применительно к институту его прекращения, согласно которому ни одна из теорий, пытающихся познать сущность юридического лица (кроме теории персонифицированного имущества[4]), не имеет на сегодняшний день научного и практического значения без указанного признания юридического лица государством.

Именно с позиции теории персонифицированного имущества (Е.А. Суханов) мы попробуем более пристально рассмотреть институт прекращения юридического лица в целях определения категории «прекращение юридического лица без правопреемства» и получения ответов на вопросы, поставленные в начале настоящей работы.

Развивая концепцию персонифицированного имущества, следует высказать мнение, что без имущественной составляющей невозможно возникновение юридического лица – его государственная регистрация в качестве субъекта права. И до тех пор, пока данная имущественная составляющая связана с юридическим лицом, не оторвана от него в правовом значении, прекращение юридического лица невозможно. Обособление имущественной основы организации является такой же необходимой правовой предпосылкой создания юридического лица, как и физическое рождение человека для возможности признания его субъектом права. Следовательно, как и человек до своей смерти имеет возможность приобретать права и исполнять обязанности, так и юридическое лицо не может прекратить свое существование, пока не решена юридическая судьба его имущества.

Исходя из того, что согласно данной теории имущество наделяется свойствами субъекта, реорганизация, в ходе которой происходит либо объединение, либо разделение этого имущества, представляет собой процесс смены персоны, влекущей создание новых субъектов на имущественной базе прежних. Однако поскольку, согласно данной теории, права и обязанности приобретает «имущество», то при смене персоны в порядке реорганизации они не отрываются от него, а следуют за ним. Следовательно, данная теория подтверждает вывод о том, что суть реорганизации состоит в передаче прав и обязанностей в порядке правопреемства к новому субъекту (субъектам). Данное определение в отличие от определения реорганизации как способа прекращения юридического лица является более универсальным, поскольку охватывает и такой способ реорганизации, как выделение, при котором прекращения лица не происходит. При этом цель реорганизации не имеет значения, но, однозначно, она не может преследовать собой только прекращение юридического лица, в противном случае будет иметь место ситуация, связанная с обходом закона. Отрицать прекращение юридического лица при реорганизации нельзя, однако оно является лишь неизбежным следствием этой процедуры, но никак не ее сущностью.

Ликвидация же, напротив, с точки зрения теории персонифицированного имущества представляет собой процесс прекращения прав и обязанностей «имущества» путем его «деперсонификации». Имущество юридического лица распределяется между его кредиторами (если имеются неисполненные обязательства) и учредителями, а «персона» (юридическое лицо) прекращается и перестает быть субъектом.

Таким образом, прекращение юридического лица без правопреемства можно определить как прекращение имущественной составляющей юридического лица, при котором она перестает служить достижению целей юридического лица и распределяется между его кредиторами, а при их отсутствии - учредителями (участниками). В зависимости от степени достаточности имущества прекращение юридического лица может осуществляться в форме ликвидации, банкротства или административного порядка прекращения.

Возвращаясь к проблеме обнаружения имущества юридического лица после ликвидации последнего, следует отметить, что в условиях действующего правового регулирования решение данного вопроса возможно путем пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, на основании которого в единый государственный реестр юридических лиц вносится запись о прекращении юридического лица в связи с его ликвидацией. Основанием такого пересмотра будет тот факт, что обстоятельства, препятствующие завершению ликвидационной процедуры (наличие нераспределенного имущества юридического лица), объективно существовали, но не были известны суду. Причем данная проблема может иметь отдельный доказательственный аспект, связанный с тем, что после внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении юридического лица в связи с его ликвидацией обнаружено недвижимое имущество, принадлежащее должнику, но не зарегистрированное за ним на праве собственности. Представляется, что если имеются доказательства принадлежности недвижимого имущества юридическому лицу, например документы, подтверждающие возведение объекта недвижимости за счет средств юридического лица до создания реестра недвижимого имущества, то судебный акт, завершающий ликвидационную процедуру, также подлежит пересмотру.

Возможно ли иное решение судьбы имущества юридического лица, обнаруженного после его ликвидации, кроме восстановления юридического лица в реестре юридических лиц и возобновления ликвидационной процедуры? Среди возможных вариантов решения данного вопроса без восстановления юридического лица в едином государственном реестре юридических лиц можно рассмотреть возможность создания в отношении юридического лица норм, сходных с нормами, регулирующими наследственные отношения (например, ст. 1173 ГК РФ). Вместе с тем наиболее эффективное решение проблемы – возродить юридическое лицо, т.е. совершить «поворот ликвидации» («поворот прекращения юридического лица») в целях распределения указанного имущества. На законодательном уровне следует установить последствия такого поворота, порядок формирования органов юридического лица, уполномоченных на реализацию имущества, их компетенцию, порядок реализации имущества.

Библиографический список

  1. Гражданское право: учебник. 5-е изд., перераб. и доп. / под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М.: Проспект, 2002. Том 1. С. 127.
  2. Концепция развития гражданского законодательства. М.: Статут, 2009. 160 с.
  3. О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей: Федер. закон от 8 августа 2001 г. №129-ФЗ// Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. №33 (ч. I), ст. 3431.
  4. О приватизации государственного и муниципального имущества: Федер. закон от 21 декабря 2001 г. №178-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. №4, ст. 251.
  5. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 5 апреля 2005 г. №Ф08-675/05 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».
  6. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 13 мая 2008 г. №Ф09-9557/07-С4 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».
  7. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 1 декабря 2008 г. №Ф08-7102/2008 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».


[1] Термин «прекращение деятельности юридического лица» в данном случае, на наш взгляд, не совсем точен, поскольку речь идет именно о прекращении деятельности субъекта, а не его действий.

[2] В со­ответствии с п. 5 Правил ведения Единого государственного реестра юриди­ческих лиц и предоставления содержащихся в нем сведений, утвержденных постановлением Правительства РФ от 19 июля 2002 г. №438, основанием для внесения в реестр записи о прекращении юри­дического лица является решение о государственной регистрации, принятое регистрирующим органом на основании документов, представляе­мых органом государственной власти Российской Федерации, уполномочен­ным органом субъекта Российской Федерации или уполномоченным органом муниципального образования, принявшим решение об условиях приватиза­ции.

[3] Логика выбора реорганизации среди всех форм прекращения юридических лиц довольно проста - реорганизация первой среди таких форм упоминается и регулируется в ГК РФ. Известные рамки настоящей работы позволяют проследить обозначенную судьбу лишь на примере отдельных признаков юридического лица.

[4] Актуальность теории персонифицированного имущества также подтверждается возможностью создания юридического лица единственным учредителем, допускаемой многими современными правопорядками, при которой людской субстрат также не играет большой роли. В той ситуации, когда персональный состав участников и организационная структура нескольких юридических лиц идентичны, только имущественная обособленность может служить целям их различения.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.