УДК 347.73

О проблематике применения понятия «добросовестность» при защите налогообязанными субъектами своих прав

В.В. Попов

Доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры финансового, банковского и таможенного права
Саратовская государственная юридическая академия
410056, г. Саратов, ул. Вольская, 1
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Е.Г. Тришина

Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского процесса
Саратовская государственная юридическая академия
410056, г. Саратов, ул. Вольская, 1
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

В статье рассматриваются актуальные вопросы, связанные с добросовестностью исполнения налогоплательщиками своих обязанностей по уплате налогов и защитой ими своих налоговых прав. При этом проводится правовой анализ позиций различных органов государственной власти и судебных инстанций по указанной проблематике.


 Ключевые слова: налогообязанные субъекты; уплата налогов; добросовестность; Министерство финансов РФ; судебные инстанции; позиции; проблематика; защита прав

 

В настоящее время в связи с актуальностью вопроса об эффективности защиты прав налогообязанных субъектов в сфере налогообложения целесообразно говорить о соразмерности различных мер, применяемых государством в отношении данных лиц для защиты своих налоговых интересов. В частности, соразмерность касается действий налоговых органов в отношении налогоплательщиков, в том числе добросовестно исполняющих свои налоговые обязанности. В законодательстве о налогах и сборах понятие добросовестности налогоплательщика отсутствует. Более того, налоговые органы не занимаются доказыванием в судах добросовестности налогоплательщиков, ограничиваясь лишь ссылками на его правомерные действия [18, c. 51]. При этом в науке принцип защиты добросовестного участника налоговых отношений и недопустимости злоупотребления правом выделяется среди принципов налогового права [3, c. 13]. Необходимо сказать, что Конституционный суд РФ еще в своем постановлении от 12 октября 1998 г. №24П «По делу о проверке конституционности п. 3 ст. 11 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "Об основах налоговой системы в Российской Федерации"» указывал, что налоговые и другие государственные органы власти обязаны вести контроль исполнения налоговых обязательств в установленном порядке, проводить проверку добросовестности налогоплательщиков и в случаях выявления их недобросовестности обеспечить охрану интересов государства, в том числе с использованием механизмов судебной защиты [17]. Термин «добросовестность налогоплательщика», исходя из положений Постановления, имеет прямое отношение к организациям. Конституционный суд РФ применил его по вопросу о моменте признания обязанности организации-налогоплательщика по уплате налогов через банк исполненной, уточнив, что положения указанного Постановления не распространяются на недобросовестных налогоплательщиков [9].

В постановлении от 12 октября 2006 г. №53 Пленум Высшего арбитражного суда РФ, исходя из сложившейся практики, попытался дать разъяснения термину «добросовестность налогоплательщика», применив понятие «налоговая выгода», в частности, при возмещении организациями налога на добавленную стоимость [14]. Налоговая выгода была определена, как уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также возникновения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Было разъяснено и содержание презумпции добросовестности налогоплательщика, согласно чему действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, должны быть экономически оправданными, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверными. При этом доказательства, предоставленные налогоплательщиком об обоснованности возникновения у него налоговой выгоды, наряду с доказательствами налоговых органов, характеризующими обратное, подлежат исследованию в судебном заседании в соответствии со ст. 162 Арбитражного процессуального кодекса РФ (в ред. от 30 декабря 2012 г. №317–ФЗ) и оценке арбитражным судом с учетом положений ст. 71 АПК РФ (п. 2 постановления №53) [1]. Таким образом, ВАС РФ в рамках презумпции невиновности налогоплательщика возложил обязанность по приведению доказательств обратного на налоговые органы. Однако п. 10 постановления №53 закрепляет отсутствие должной осмотрительности и осторожности организации-налогоплательщика в выборе контрагента как основание необоснованного получения налогоплательщиком налоговой выгоды. Следовательно, недобросовестным является налогоплательщик, необоснованно получивший налоговую выгоду [4, c. 149].

В американском законодательстве легального определения понятия «добросовестность действий налогоплательщика» нет и суды самостоятельно выявляют критерии, с помощью которых определяют «добросовестность» либо «недобросовестность» действий налогоплательщика. Тем не менее понимание категории «добросовестность налогоплательщика», сложившееся в американском налоговом праве, аналогично пониманию российскими учеными [2, c. 18].

Несмотря на разъяснения Пленума ВАС РФ, в законодательстве о налогах и сборах не были закреплены понятия должной осмотрительности и осторожности в выборе контрагентов. До 2009 года вопрос о наличии в действиях налогоплательщика по выбору контрагента должной осмотрительности и осторожности отдавался на усмотрение правоприменительных органов и определялся индивидуально по каждому конкретному случаю. И только в 2009 году вышло первое официальное разъяснение Минфина России – письмо от 10 апреля 2009 г. №03-02-07/1-177 «О добросовестности налогоплательщика при заключении сделок» [13]. В письме Министерство финансов РФ определило, какие меры, предпринятые налогоплательщиком при выборе контрагента, свидетельствуют о его должной осмотрительности и осторожности: получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверка факта занесения сведений о контрагенте в ЕГРЮЛ, получение доверенности или иного документа, уполномочивающего то или иное лицо подписывать документы от лица контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента. По смыслу Письма представляется, что данные действия не могут рассматриваться в отдельности в качестве подтверждения должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента; при выборе контрагента налогоплательщик должен их осуществлять в совокупности.

Между тем анализ судебной практики свидетельствует: судебные органы могут потребовать от организации-налогоплательщика подтверждения совершения ею и иных действий, направленных на проверку добросовестности контрагента и свидетельствующих о его должной осторожности и осмотрительности при выборе контрагента, помимо тех, которые закрепляет Минфин России. В ситуации отказа судов в применении налоговых вычетов вследствие наличия «недостоверных сведений» в документах контрагента налогоплательщик несет неблагоприятные налоговые последствия чужих действий не на началах риска, а на началах вины за действия третьих лиц [8, c. 92–93].

Принятие Минфином России письма №03-02-07/1-177 показывает положительную тенденцию в вопросе оценки налоговыми органами действий организаций-налогоплательщиков по выбору контрагентов. Однако важно не только сформулировать перечень действий налогоплательщика по выбору контрагента, характеризующих его с точки зрения должной осмотрительности и осторожности, но и дать определения самих понятий должной осмотрительности и осторожности в выборе контрагента.

В настоящее время фактически происходит вменение вины по отношению к организациям с привлечением их к ответственности при отсутствии вины как таковой, когда организация-налогоплательщик, исчисляя налоги на основании документов контрагентов, не предвидела и не могла предвидеть, что они не соответствуют требованиям закона. И такое положение нарушает права и законные интересы организаций в сфере налогообложения, поскольку привлечение их к ответственности основывается лишь на субъективном отношении к ним налоговых органов.

По этому поводу примечательно постановление Европейского Суда по правам человека от 22 января 2009 г. по делу «"Булвес АД" против Болгарии» [15], где указано, что налогоплательщик не наделен полномочиями по контролю за исполнением его поставщиком обязанностей по представлению в налоговые органы отчетности и уплате налогов в бюджет государства и, следовательно, находится в неблагоприятном положении. Выполнив со своей стороны все требования закона, он не может быть уверен в возможности реализовать свое право на вычет «входного» НДС, уплаченного поставщику, поскольку признание за ним такого права зависит от оценки налоговыми органами того, своевременно ли отчитался контрагент налогоплательщика по НДС (п. 69 решения ЕСПЧ) [20].

Подобная проблематика касается и физических лиц-налогоплательщиков, осуществляющих налоговое планирование своей деятельности, поскольку на практике затруднительно установить, соответствуют ли закону меры по уменьшению налогооблагаемой базы, предпринимаемые ими. Зачастую, в таких ситуациях, когда при налоговой минимизации отсутствует прямое противоречие законодательству о налогах и сборах, суды выносят решения в пользу налоговых органов [19, c. 140147]. Хотя концепцию добросовестного физического лица-налогоплательщика Конституционный суд РФ ввел в практику применения в определении от 25 июля 2001 г. №138-О [9].

В этой связи также следует отметить определение Конституционного суда РФ от 4 июня 2007 г. №320-О-П [11], разграничившее налоговое планирование и уклонение от уплаты налогов. По мнению Конституционного суда РФ, «налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата». В соответствии с ч. 1 ст. 8 Конституции РФ [6], закрепляющей принцип свободы экономической деятельности, налогоплательщик осуществляет такую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее. Что касается обязанности доказывания необоснованности расходов налогоплательщика, она возлагается на налоговые органы. При этом положения законодательства о налогах и сборах должны применяться с учетом п. 7 ст. 3 Налогового кодекса РФ о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщиков, а также позиции Конституционного суда РФ о необходимости установления, исследования и оценки судами всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела [10]. Но, в любом случае, физические лица должны осуществлять налоговое планирование только в рамках положений закрепленных налоговым законодательством.

Тем не менее предпринимались попытки свести такое положение на нет. И эти попытки делались высшими судебными инстанциями. Так, Верховный Суд РФ еще в 2009 г. был подготовлен проект отдельных поправок в Налоговый кодекс РФ и Гражданский процессуальный кодекс РФ, внесенный на рассмотрение в Государственную Думу РФ [7]. В соответствии с законопроектом налоговые органы получают право в случае неоплаты физическими лицами-налогоплательщиками и плательщиками сборов требований об уплате обязательных платежей без суда направлять в банк, где у плательщиков открыты счета, поручения на списание необходимых денежных средств. Верховным Судом РФ предлагалось внести следующие изменения в ст. 48 НК РФ: «В случае неуплаты или неполной уплаты налога в установленный срок обязанность по его уплате исполняется в принудительном порядке путем обращения взыскания на денежные средства на счетах налогоплательщика – физического лица. Взыскание налога производится по решению налогового органа путем направления в банк, в котором открыты счета физического лица, поручения налогового органа на перечисление в бюджет необходимых денежных средств. Решение о взыскании принимается после истечения срока, установленного в требовании об уплате налога, но не позднее двух месяцев после истечения этого срока...» [5]. Если средств в банке недостаточно либо нет сведений о счетах налогоплательщика, то, по идее Верховного Суда РФ, налог за счет иного имущества у гражданина будет взыскивать судебный пристав-исполнитель. Такая инициатива обусловлена ростом количества дел в судах, связанных с уплатой налогов, и большой загруженностью судей. При этом отмечается, что при несогласии с решением налогового органа плательщик налога может оспорить такое решение в суде в любом случае. Таким образом, возможность бесспорного взыскания налоговыми органами денежных средств со счетов физических лиц-налогоплательщиков, являющихся индивидуальными предпринимателями, предлагалось применять и в отношении лиц, не являющимися таковыми, что говорит об отягощении их положения.

Законопроект Верховного Суда РФ перекладывал все проблемы на плечи физических лиц, потому что бесспорные дела составляют 1/3 нагрузки судов общей юрисдикции по гражданским делам [5].

Указанный проект был внесен в профильный комитет Государственной Думы РФ еще 22 мая 2009 г. Однако до сих пор изменения в Налоговый кодекс РФ внесены не были, что позволяет судить о более взвешенном и обоснованном подходе федерального законодателя к проблеме взыскания неуплаченных сумм налогов и сборов и отстаиванием им прав и законных интересов физических лиц как налогообязанных субъектов.

Между тем такая законодательная инициатива противоречит постановлению Конституционного суда РФ от 17 декабря 1996 г. №20-П [16], согласно которому «взыскание налоговых платежей с физических лиц в бесспорном порядке явилось бы выходом за рамки собственно налоговых публично-правовых отношений и вторжением в иные отношения, в том числе гражданско-правовые, в которых стороны не находятся в состоянии власти-подчинения, и поэтому одна сторона по отношению к другой не может действовать властно-обязывающим образом». Тем более, у налоговых органов имеется возможность бесспорного взыскания неуплаченных сумм налогов с физических лиц в порядке приказного производства, когда судебный приказ выносится судьей без судебного разбирательства и является одновременно исполнительным документом (ст. 121, 122 ГПК РФ). В данном случае судья высылает копию судебного приказа должнику, который в течение десяти дней со дня получения приказа имеет право представить возражения относительно его исполнения.

Однако для применения такого порядка взыскания сумм неуплаченных налогов требуется выполнение нескольких условий:

1) для принятия заявления о вынесении судебного приказа судья должен убедиться, что в деле отсутствует спор о праве, и что налоговые органы пытались получить налог в обычном порядке;

2) возражения гражданина автоматически влекут отмену судебного приказа, и тогда налоговые органы должны заявлять свои требования непосредственно налогоплательщику только в порядке искового производства.

Тем не менее следует заметить, что Конституционным судом РФ уже сделан шаг в сторону позиции Верховного Суда РФ, поскольку в его определении от 15 января 2009 г. №242-О-П [12] внесудебное взыскание взносов на обязательное пенсионное страхование было признано как состоявшийся факт. Таким образом, Конституционный суд РФ при рассмотрении дела встал на защиту публичных интересов государства, а не частных интересов физических лиц-налогоплательщиков. Подобное свидетельствует о неоднозначном подходе Конституционного суда РФ к вопросу о добросовестности исполнения своих обязанностей налогообязанными субъектами. Но, в любом случае, обращение в Конституционный суд РФ остается действенным шагом для субъектов, добросовестно исполняющих свои налоговые обязанности, считающих, что их налоговые права нарушены.

 

Библиографический список

  1. Арбитражный процессуальный кодекс РФ: Федер. закон РФ от 24 июля 2002 г №95-ФЗ (в ред. от 30 дек. 2012 г. №317-ФЗ) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. №30, ст. 3012; 2011. №50, ст. 7364.

  2. Белоусов А.В. Процедуры разрешения налоговых споров по законодательству США: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2008. 26 с.

  3. Винницкий Д.В. Основные проблемы теории российского налогового права: дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2003. 436 с.

  4. Игнатенко А.Н., Улыбина А.В. Как доказать свою добросовестность. Письмо Минфина об осмотрительности и осторожности – инструкция для добросовестного налогоплательщика // Налог. вестник. 2009. №6. С. 148–154.

  5. Зубарева И.Е. Физических и юридических лиц уравняют в бесправии // Ваш налоговый адвокат. 2009. №6. С. 3–6.

  6. Конституция Российской Федерации от 12 дек. 1993 г. (в ред. от 30 дек. 2008 г.) // Рос. газета. 1993. 25 дек.; Собр. законодательства Рос. Федерации. 2009. №1, ст. 2.

  7. Мошкович М. Презумпция недобросовестности // ЭЖ-Юрист. 2009. №20.

  8. Овсянников С.В. Формы и пределы взаимодействия гражданского и налогового права // Вестник ВАС РФ. 2009. №1. С. 83–100.n>

  9. По ходатайству Министерства Российской Федерации по налогам и сборам о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 октября 1998 года по делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 11 Закона Российской Федерации «Об основах налоговой системы в Российской Федерации»: определение Конституц. суда РФ от 25 июля 2001 г. №138-О // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. №32, ст. 3410.

  10. По жалобе открытого акционерного общества «Востоксибэлектросетьстрой» на нарушение конституционных прав и свобод положениями частей третьей и четвертой статьи 88, пункта 1 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации и части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации: определение Конституц. суда РФ от 12 июля 2006 г. №267-О // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2006. №43, ст. 4529.

  11. По запросу группы депутатов Государственной Думы о проверке конституционности абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации: о пределение Конституционного Суда РФ от 4 июня 2007 г. №320-О-П // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2007. №28, ст. 3479.

  12. По жалобе гражданина Саркисяна Сергея Сааковича на нарушение его конституционных прав положениями статей 25 и 25.1 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» и части 1 статьи 12 Федерального закона «Об исполнительном производстве»: о пределение Конституц. суда РФ от 15 янв. 2009 г. №242-О-П // Вестник Конституц. суда РФ. 2009. №4.

  13. О добросовестности налогоплательщика при заключении сделок: письмо Минфина России от 10 апр. 2009 г. №03-02-07/1-177 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  14. Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды: постановление Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 года №53 // Вестник ВАС РФ. 2006. №12. Дек.

  15. Постановление Европейского дуда по правам человека от 22 января 2009 г. по делу "Булвес АД" против Болгарии» [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  16. По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции»: постановление Конституц. суда РФ от 17 дек. 1996 г. №20-П // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1997. №1, ст. 197.

  17. По делу о проверке конституционности п. 3 ст. 11 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. «Об основах налоговой системы в Российской Федерации»: постановление Конституц. суда РФ от 12 окт. 1998 г. №24-П // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1998. №42, ст. 5211.

  18. Савсерис С.В. Категория «недобросовестность» в налоговом праве. М.: Статут, 2007. 191 с.

  19. Смирных С.Е. Субъективные права налогоплательщиков в теории и на практике. М.: Волтерс Клувер, 2009. 176 с.

  20. Шубин Д.А., Гренова М.Г. Борьба государства с фирмами-однодневками нарушает права добросовестных налогоплательщиков // Ваш налоговый адвокат. 2009. №5. С. 26–37.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.