УДК 349.232:331.2

РЕАЛИЗАЦИЯ ТРУДОВЫХ ПРАВ, СВОБОД И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ РАБОТНИКОВ ПРИ РЕГУЛИРОВАНИИ ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ (ОПЛАТЫ ТРУДА)

Н.Г. Гладков

Кандидат юридических наук, профессор, зав. кафедрой трудового права и права социального обеспечения, заслуженный юрист Российской Федерации
Академия труда и социальных отношений
119454, г. Москва, ул. Лобачевского, 90
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Статья посвящена исследованию понятий «реализация права», «законный интерес», «достойный труд» применительно к заработной плате. Анализируются составные части заработной платы, проблема соотношения МРОТ и прожиточного минимума.

В статье подробно раскрывается юридическое значение минимального размера оплаты труда. Выдвигается тезис о неправомерности включения компенсационных и стимулирующих выплат в МРОТ.

Обозначена необходимость четкого закрепления в ТКРФ важной основной государственной гарантии по оплате труда – правовой дефиниции понятия «минимальный размер оплаты труда».


 Ключевые слова: реализация права работника на заработную плату; оплата труда; МРОТ; достойный труд

Категория «реализация права» в общей теории права является центральной. Осуществление права наряду с понятием права раскрывает саму идею права [4, c. 59], сущность права. Как отметил Готтлиб Хуфеланд, право никогда не воспринимается органами чувств непосредственно, но только через его осуществление, только благодаря тому, как оно реализуется [19, s. 8–9].

Авторы по-разному видят возможность осуществления (реализацию) субъективного права. При формулировке этой категории используются такие ключевые выражения, как «разрешенное поведение», «допустимое поведение» [5, c. 16], «возможное поведение» [13, c. 27; 16, c. 26], «дозволенное поведение» [7, c. 208], «юридическая возможность действовать», «гарантированная законодательством возможность действовать» [2, c. 416], «правомерное поведение» [8, c. 72–85], «готовая к немедленному осуществлению возможность действовать» [1, c. 477–483]. Данные характеристики являются квинтэссенцией [18, c. 234] субъективного права и влияют на формулирование других смежных категорий, в том числе на определение понятий осуществления субъективного права, осуществления субъективной юридической обязанности.

Субъективное право работников на заработную плату (оплату труда) состоит в том, что работнику предоставлена возможность получать ее за свой труд. Согласно части первой ст. 129 ТК РФ заработная плата состоит из трех групп выплат. Эти выплаты существенно различающихся по их целевому назначению и по правовому механизму их начисления:

– «вознаграждение за труд» в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы;

– «компенсационные выплаты» (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера);

– «стимулирующие выплаты» (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Как видно, вознаграждение за труд представляет собой не только первую и основную по значимости слагаемую часть заработной платы, но и необходимую ее часть. Так, заработная плата работника может быть сведена лишь к вознаграждению за труд (тарифной ставке, окладу) – при отсутствии компенсационных и стимулирующих выплат. Но предположение о том, что заработная плата работника может состоять только из компенсационных и (или) стимулирующих выплат, следует признать абсурдным.

Вознаграждение за труд, признаваемое статьей 129 ТК первым по значимости слагаемым элементом заработной платы, находится под особой защитой Конституции РФ, согласно части 3 ст. 37 которой каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Таким образом, нижняя планка «вознаграждения за труд» в виде «установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда» (далее – МРОТ) – это особая конституционная гарантия, защищающая непосредственно именно вознаграждение за труд. Только через посредство вознаграждения за труд, являющегося первой и главной составной частью заработной платы, МРОТ в конечном итоге служит конституционной гарантией заработной платы работника.

Часть 2 ст. 129 ТК, содержавшая определение понятия минимального размера оплаты труда, с 1 сентября 2007 г. утратила силу (см. Федеральный закон от 20 апреля 2007 г. №54-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “О минимальном размере оплаты труда” и другие законодательные акты Российской Федерации») и в настоящее время законодательное определение понятия МРОТ отсутствует. Негативным последствием возникшего пробела в трудовом законодательстве явилось появление у работодателей повода для нарушений неприкосновенности конституционной гарантии МРОТ, уже зафиксированных судебной практикой, заключающихся во «включении» работодателями в МРОТ компенсационных и стимулирующих выплат, которые не имеют отношения к этой конституционной гарантии.

Вторую составную часть заработной платы, в виде компенсационных выплат, ТК не только формально отличает от вознаграждения за труд, но и связывает основания назначения компенсационных выплат работнику не с его квалификацией, сложностью, количеством и качеством выполняемой работы, которыми определяется выплачиваемое работнику вознаграждение за труд, а с особыми (отклоняющимися от нормальных) условиями его труда (работы), влекущими дополнительные (повышенные) физиологические и материальные затраты работника и, как следствие, необходимость компенсирования этих затрат посредством установления работнику повышенной оплаты труда. Среди компенсационных выплат ч. 1 ст. 129 ТК различает выплаты:

  • за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных;

  • за работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению;

  • иные выплаты компенсационного характера.

Наиболее распространенными являются компенсационные выплаты работникам:

  • занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда – в виде «конкретных размеров повышения оплаты труда», устанавливаемых работодателем с учетом мнения представительного органа работников (см. ч. 1 ст. 146, ч. 3 ст. 147 ТК);

  • занятым на работах в местностях с особыми климатическими условиями – в виде «районного коэффициента к заработной плате» и «процентной надбавки к заработной плате» (см. ч. 2 ст. 146, ст. 316 и 317 ТК).

Неправомерность попыток «включения» компенсационных и стимулирующих выплат в МРОТ, являющийся нижней планкой вознаграждения за труд, вытекает из различия правовой природы и предназначений вознаграждения за труд, компенсационных выплат, стимулирующих выплат, как трех составных частей заработной платы (оплаты труда работника). Эти попытки влекут смешивание в составе заработной платы вознаграждения за труд, компенсационных и стимулирующих выплат. Например, представляется юридической фикцией предположение о том, что с «включением» стимулирующих выплат в МРОТ (эквивалентный величине прожиточного минимума, т.е. обеспечивающий только физиологическое существование самого работника) указанные выплаты сохранят свое назначение стимулирования высокоэффективного труда. Попытки «включения» компенсационных и стимулирующих выплат в МРОТ являются, по сути, имитацией соблюдения конституционной гарантии МРОТ. Подобные действия работодателей следует рассматривать, как невыплату компенсационных выплат, установленных законодательством, иными нормативными правовыми актами, соглашениями, коллективным и трудовым договорами, а также как фактическую ликвидацию стимулирующих выплат как таковых.

В настоящее время конституционно-правовая природа МРОТ выявлена рядом решений Конституционного суда РФ. Так, постановлением Конституционного суда РФ от 27 ноября 2008 г. №11-П установлено: «Согласно Конституции Российской Федерации в целях создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, в Российской Федерации устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда (статья 7, часть 2); каждый имеет право на вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (статья 37, часть 3)».

По смыслу приведенных конституционных положений, институт минимального размера оплаты труда по своей конституционно-правовой природе предназначен для установления того минимума денежных средств, который должен быть гарантирован работнику в качестве вознаграждения за выполнение трудовых обязанностей с учетом прожиточного минимума» (см. п. 2 «устанавливающей» части Постановления).

Это указание на конституционно-правовую природу МРОТ воспроизведено и в определениях Конституционного суда РФ от 17 декабря 2009 г. №1557-О-О и от 25 февраля 2010 г. №162-О-О (см. п. 2 «устанавливающих» частей указанных определений).

Из разных предназначений вознаграждения за труд и компенсационных выплат как отдельных составных частей заработной платы вытекают и различные правовые механизмы установления их размеров.

Так, размер вознаграждения за труд в виде тарифной ставки или оклада является обязательным условием трудового договора (см. ч. 2 ст. 57 ТК). Поскольку в ч. 3 ст. 37 Конституции РФ закреплено право каждого на вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом МРОТ, то в настоящее время конкретный размер вознаграждения за труд (полной тарифной ставки или полного оклада), устанавливаемый трудовым договором, не может быть ниже 4330 руб. в месяц, т.е. МРОТ, установленного с 1 января 2009 г. Федеральным законом от 19 июня 2000 г. №82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (в редакции от 24 июня 2008 г.№ 91-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 147 ТК оплата труда работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, устанавливается в повышенном размере по сравнению с тарифными ставками, окладами (должностными окладами), установленными для различных видов работ с нормальными условиями труда, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Конкретные размеры повышения оплаты труда этим работникам устанавливаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников (ч. 3 ст. 147 ТК), условия об этих компенсационных выплатах являются обязательными для включения в трудовой договор (ч. 2 ст. 57 ТК). Поскольку пунктом 1 постановления Правительства РФ от 20 ноября 2008 г. №870 работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, предусмотрено повышение оплаты труда – не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда, то в настоящее время конкретные размеры компенсационных выплат в виде повышения оплаты труда указанным работникам не могут быть менее 4 процентов соответствующей тарифной ставки (оклада).

В повышенном размере оплачивается также труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями (ч. 2 ст. 146 ТК). Так, согласно ст. 315 ТК оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. В соответствии со ст. 316 и 317 ТК размеры районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате устанавливаются Правительством РФ. При этом органы государственной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления вправе за счет средств соответственно бюджетов субъектов РФ и бюджетов муниципальных образований устанавливать более высокие размеры районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате для учреждений, финансируемых соответственно из средств бюджетов субъектов РФ и муниципальных бюджетов. Как видно, в правовом регулировании данных компенсационных выплат работодатели и работники не участвуют и правовой механизм установления районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (решениями Правительства РФ, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления) не находится ни в какой зависимости от механизма установления вознаграждения за труд.

Правовая природа третьей составной части заработной платы в виде стимулирующих выплат разительно отличается от правовой природы вознаграждения за труд в целом и устанавливаемой федеральным законом нижней планки вознаграждения за труд (МРОТ), в частности.

Право на стимулирующие выплаты, в отличие от права на вознаграждение за труд, не предусмотрено Конституцией РФ. Если нижняя планка вознаграждения за труд (МРОТ) устанавливается федеральным законом, то к установлению размеров стимулирующих выплат законодатель не имеет отношения.

Поэтому в данном случае речь должна идти о правовом интересе работника.

Затрагивая природу правового интереса, следует отметить, что в нем обычно выражаются устремления субъекта что-то иметь, обладать чем-либо или сохранить притязание на объект интереса. Интерес может иметь правовой аспект, и его субъект может реализовывать свои права и исполнять лежащие на нем юридические обязанности. И, наконец, интерес может быть выражен в правомерном и неправомерном поведении [15, c. 20–22].

По мнению В.В. Субочева, интерес был и будет ключевым аспектом предназначения и действия права в обществе, поэтому защищать необходимо не только интерес, нашедший свое закрепление в субъективном праве, но и интерес, пробивающий себе дорогу путем использования других правовых средств, в том числе и посредством воплощения в конструкцию «охраняемого законом» [9, c. 496].

Отсутствие гарантированности в реализации законного интереса (по сравнению с субъективными правами участника трудового правоотношения) не может означать ущемления права субъектов трудового права на обращение в компетентные органы за их защитой. Тезис находит прямое отражение как в действующем законодательстве, так и в позиции правоприменителя, что очевидно [12, c. 24].

Правовые нормы предполагают собой далеко не только «статическое» оформление общественных отношений путем указания на требуемые обществом императивы, но и «динамическое» управление конкретными правоотношениями. Система же общественных связей, подверженная влиянию чрезвычайно многообразных факторов, с неизбежностью продуцирует интересы субъектов, не нашедшие своего непосредственного опосредования в нормах права. Эти погрешности и исправляются законными интересами, также правом поддерживаемыми и имеющими шансы на свою реализацию не в ущерб существующему правовому порядку.

Возвращаясь к вопросу о правовом интересе работника на получение стимулирующих выплат, необходимо указать различия в предназначении этих выплат. В соответствии с наименованием их целью является стимулирование высокоэффективного труда.

Цель же вознаграждения за труд – воспроизводство работника и его семьи, что вытекает, например, из:

– Всеобщей декларации прав человека, принятой 10 декабря 1948 г. Генеральной Ассамблеей ООН, провозгласившей, что каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи (п. 3 ст. 23);

– Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, принятого 16 декабря 1966 г. Генеральной Ассамблеей ООН, установившего право каждого на вознаграждение, обеспечивающее как минимум всем трудящимся удовлетворительное существование для них самих и их семей (п. «а» ст. 7);

– Европейской социальной хартии (пересмотренной), принятой 03 мая 1996 г. Советом Европы, предусмотревшей право работников на такое вознаграждение, которое обеспечит им и их семьям достойный уровень жизни (п. 1 ст. 4).

Согласно принципам МОТ, достойный труд – комплексное понятие, включающее в себя важнейшие качественные характеристики: нормальные условия, в которых он осуществляется, адекватные зарплата и социальная защита работника, отсутствие дискриминации и преследований на рабочем месте, возможность реализовать свое право голоса. Таким образом, далеко не любая работа, с точки зрения МОТ, способна избавить человека от бедности, позволить ему реализовать личностные устремления [14, c. 5].

Реализация концепции достойного труда позволяет обеспечивать широкий круг потребностей работника и его семьи с позиции высокого качества трудовой жизни:

– процесс труда должен проходить в безопасной и здоровой производственной среде;

– условия труда должны быть совместимы с благосостоянием и человеческим достоинством работника;

– труд должен открывать человеку реальные возможности для саморазвития личности и служения обществу.

Достойный труд – актуальная потребность и необходимость для всего общества, «ответ на вызовы глобализации», обеспечивающий «долговременные перспективы развития отечественной экономики» [17]. Теоретическая разработка концепции, выделение критериев достойного труда и создание методов оценки достойного труда необходимы для устранения социально-экономических проблем общественного развития и являются ««ключом» к решению двух центральных проблем социального развития: преодолению бедности и достижению социальной интеграции» [3].

Обеспечение достойного труда – актуальное направление развития современного общества. Однако, несмотря на разработку и развитие теоретических основ, остается проблема, требующая решения. Это создание механизма правового обеспечения достойного труда и критериев оценки.

В энциклопедическом смысле «достойное» – это все, что в образе жизни человека имеет превосходные качественные (социальные, нравственные, этические, эстетические и т.д.) характеристики [6, c. 479–480; 11, с. 177].

Может ли рассматриваться в качестве обеспечения достойной жизни, гарантия минимального размера оплаты труда или же прожиточного минимума? Думается, что в целом – нет. Вместе с тем многое зависит от того, каким содержанием наполняется государственная доктрина прожиточного минимума и потребительской корзины. Всеобщая декларация прав человека 1948 г. осуществление права индивида на вознаграждение за труд и социальное обеспечение, необходимые «для поддержания его достоинства и для свободного развития», ставит в зависимость от ресурсных возможностей государства и международного сообщества (ст. 22, 23 Декларации).

Следует также обратить внимание на то, что устанавливаемый в России прожиточный минимум не имеет целеполагающего характера. Он определяется «по факту». Эта величина служит лишь экстремальным, критическим показателем, в соответствии с которым государство принимает на себя безусловные обязательства по обеспечению минимальных гарантий социальной защиты малоимущего населения.

Согласно Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации, одобренной Правительством РФ в октябре 2008 г. [10], стратегической целью в перспективе до 2020 г. является достижение уровня экономического и социального развития, соответствующего статусу России как ведущей мировой державы XXI века, с привлекательным образом жизни и надежно обеспечивающей реализацию конституционных прав граждан. В понимании авторов Концепции необходимый уровень комфортности и социального благополучия может быть обеспечен при достижении следующих целевых ориентиров: увеличение среднего класса к 2020 г. до более половины населения; уменьшение дифференциации населения по уровню доходов и т.д.

Для достижения целей Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации особенно важно сохранение правовых гарантий защищенности труда граждан. Трудовое законодательство Российской Федерации не должно уменьшать права граждан, гарантируемые Конституцией. Поэтому в Трудовой кодекс Российской Федерации должны быть внесены исправления, фиксирующие определение МРОТ как гарантии минимума оплаты труда и исключены возможности его иного толкования. Размеры компенсационных и других выплат не должны включаться в МРОТ. Только такой подход способен сохранить гарантии граждан по обеспечению минимальной заработной платы и способствовать выполнению Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации.

 

Библиографический список

  1. Абова Т.Е., Мельников А.А. Предмет советского гражданского процессуального права // Рос. ежегодник гражд. и арбитр. процесса. 2008. №6. С. 477–483.

  2. Афанасьев С.Ф.Конвенция о защите прав человека и основных свобод и российское гражданское судопроизводство. Общие вопросы / под ред. М.А. Викут. М.: Юрлитинформ, 2008. 416 c.

  3. Выступление директора Департамента социального развития и охраны окружающей среды Правительства РФ, главы делегации Российской Федерации С.В. Калашникова на 45-й сессии Комиссии социального развития ООН. Нью-Йорк, 2007.

  4. Гегель Г.В. Философия права / ред. и сост. Д.А. Керимов и В.С. Нерсесянц. М.: Мысль, 1990. 524 с.

  5. Горшунов Д.И. К вопросу о соотношении субъективных прав и законных интересов // Актуальные проблемы правоведения. 2004. №2. С. 16.

  6. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. М., 1994. Т. 1. С. 479–480.

  7. Защита субъективных прав: история и современные проблемы: материалы II Межвуз. науч.-практ. конф. (г. Волжский. 11 апреля 2000 г.) / редкол.: М.Т. Аширбекова, М.М. Гузев, В.А. Летяев (отв. ред.), В.М. Мелихов. Волгоград: Изд-во Волгогр. ун-та, 2000. С. 208.

  8. Кулапов В.Л. К вопросу о понятии и некоторых видах правового поведения // Вопросы теории государства и права: межвуз. сб. науч. тр. Саратов: СГАП, 2001. Вып. 3. С. 72–85.

  9. Малько А.В. Законные интересы. М.: НОРМА. 2008. 496 с.

  10. О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года: распоряжение Правительства Рос. Федерации от 17 ноября 2008 г. №1662-р (ред. от 08.08.2009) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2008. №47, ст. 5489.

  11. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1999. 696 с.

  12. Постановление Президиума Владимирского областного суда от 19 апр. 2004 г.: «В суд обжалуются не только решения и действия (бездействие), способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, но и те, которые могут затруднить доступ граждан к правосудию» // Бюл. Верхов. суда Рос. Федерации. 2005. №2. С. 24.

  13. Скиндерев Р.В. Объективное и субъективное в праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2006. 27 с.

  14. «Труд как средство борьбы с нищетой»: докл. генер. директора МБТ Х. Сомавиа на Междунар. конф. труда, 91-я сессия, 2003 г. Бюро Междунар. организации труда в Москве // Человек и труд. 2003. №3. С. 5.

  15. Хныкин Г.В. Некоторые аспекты защиты прав и законных интересов работников и работодателей от законодателя // Трудовое право в России и за рубежом. 2010. №1. С. 20–22.

  16. Хохлова Е.М. Субъективное право и юридическая обязанность в механизме правового регулирования: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2008. 26 с.

  17. Человек и труд. 2005. № 1.

  18. Шведова Н.Ю. Словарь русского языка. М.: Русский язык, 1984. 958 с.

  19. Hufeland G. Neue Darstellung der Rechtslehre vom Besitz vorzuglich durch genauere Feststellung ihres Hauptgesichts­punkts. Giessen, 1915. S. 8–9.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.