УДК 347.1

О РИСКЕ И БЕЗОПАСНОСТИ В ПОНЯТИЙНОМ АППАРАТЕ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА

В.В. Абрамов

Кандидат юридических наук, доцент кафедры предпринимательского права
Уральская государственная юридическая академия
620137, г. Екатеринбург, ул. Комсомольская, 21
E-mail: v.abramov@ugmk.com

В статье поднимаются вопросы о сущности и правовой природе юридических понятий «риск» и «безопасность», выявляется их место в системе правовых явлений. Автор анализирует роль и значение терминов «риск» и «безопасность» в понятийном аппарате гражданского права России. Рассматривая процесс становления современной отечественной концепции риска в гражданском праве, автор обнаруживает элементы преемственности и обновления, выявляет закономерности эволюции теории риска в праве, определяет пути решения дискуссионных вопросов. В статье обосновывается принадлежность риска и безопасности к базовым категориям гражданского права.


Ключевые слова: правовая категория; риск; безопасность; гражданское право

Понятийный инструментарий теории гражданского права позволяет выразить специфические закономерности возникновения, функционирования и развития конкретного правового явления.Проблема понятийного аппарата отрасли гражданского права и отдельных ее институтов была и остается достаточно актуальной. Это обусловлено причинами как теоретического характера (создание логически непротиворечивой правовой концепции понятийного аппарата), так и практического характера (толкование понятий и категорий в правоприменительной практике, в том числе выяснение их соотношения).

Разработка понятийного аппарата цивилистической теории должна опирается на сложную систему взаимосвязанных основных и производных категориальных понятий. Научные понятия, таким образом, выступают как результат познания человеком объективной реальности, как средство, аппарат мышления, при помощи которого происходит освоение новых объектов, их свойств и закономерностей. Проверенные и подтвержденные практикой, они становятся эталоном и в известном смысле критерием истинности вновь полученных научных данных [1; 2; 8; 9]. Особое значение при этом приобретает организация соответствующих понятий, системное построение и логическая обусловленность их последовательности. Как отмечает А.М. Васильев, «научная теория имеет место только в том случае, если подытоженные ею знания развернуты в понятийной форме и через систему абстрактных категорий дают представление о сущности изучаемого явления» [5, с. 37].

Цивилистические научные понятия одновременно выступают и как средство практического совершенствования правовой действительности. Постоянно развиваясь, они позволяют более глубоко и всесторонне исследовать конкретные гражданско-правовые явления, раскрыть их сущность, ибо такое исследование осуществляется не только на основе эмпирических данных, но и на базе ранее познанного и закрепленного в научных понятиях существенного, необходимого, закономерного. Н.К. Вахтомин отмечает, что «на категории нельзя смотреть как на такое средство ... которым человек может пользоваться, а может и не пользоваться. Категории – такие формы, которыми человек всегда пользуется независимо от его воли и желания, если, конечно, он мыслит, познает. Никакое познание невозможно без категорий» [6, c. 15]. Овладев категориальными понятиями и их системами, можно свободно ориентироваться в исследуемой области, научно осмысливать происходящие в ней процессы и творчески развивать, совершенствовать знания о специфических гражданско-правовых закономерностях, моделировать и прогнозировать процессы их развития в современном праве.

Таким образом, первоначальным этапом исследования любой социально-правовой проблемы является определение необходимого понятийного аппарата. Одновременно понятия (категории) юридической науки не могут мыслиться изолированно друг от друга. В.И. Ленин отмечал: «Каждое понятие находится в известном отношении, в известной связи со всеми остальными» [10, c. 179]. Необходимо констатировать, что указанные понятия и обозначаемые ими термины в науке гражданского права на сегодняшний день не стали предметом специального монографического исследования. В этой связи правильное оперирование терминами, точное определение их содержания и объема имеют не только чисто теоретическое, но и важное практическое значение.

Риск и безопасность – категории не абсолютные, а относительные, и более того, диалектически взаимосвязанные. Категории диалектики, в свою очередь, позволяют раскрыть различные процессы, стороны и явления реальности с точки зрения выраженности в них универсальных свойств, определяющих их единство, связь и развитие. Их отношение характеризуется единством, доходящим до их перехода друг в друга, однако это единство является относительным [4, с. 10–18; 16, с. 30, 31; 17]. Диалектическое рассмотрение категорий «риск» и «безопасность» и есть рассмотрение их функционирования в гражданском праве.

Н. Луман утверждает, что зачастую проблема определения понятия риска не постигается должным образом, а существующие дефиниции, определяющие риск как «потенциал реализации нежелательных, неблагоприятных последствий для человеческой жизни, здоровья, собственности или среды» или как «меру нежданной опасности» раскрывают только некоторые стороны понятия [11, c. 139]. Поэтому выходя на категориальный уровень познания, необходимо выяснить: являются ли категории «риск» и «безопасность» имманентно присущими гражданскому праву; необходимы ли они или носят случайный характер; что представляет собой указанные категории в формальном и содержательном плане; какова их функциональная роль в правовой действительности; какова их специфика в отдельности и в целостности; в чем сущность исследуемых категорий для гражданского права и т.д. Все эти вопросы лишь кратко очерчивают область теории риска и безопасности в цивилистике.

Неоднозначность и крайняя противоположность взглядов на риск в цивилистической науке обусловлены несколькими причинами. Особо следует выделить следующие: во-первых, спорное понимание вины как основания гражданско-правовой ответственности и сущности вины в гражданском праве; во-вторых, расширение сферы договорной субъектов предпринимательской деятельности; в-третьих, двойственностью самой категории риска, отражающей как частные и публичные (социально-значимые) интересы. Эти и другие факторы не позволяют исследователям выработать единый подход к рассматриваемой категории, что в конечном итоге негативно отражается и на практике.

Фундаментальность явления «риск», его многоаспектность и многогранность содержательных связей предопределяют обоснованность существования множества теоретических определений, отражающих различные аспекты сущностных проявлений взаимодействия исследуемого феномена с иными явлениями объективной действительности. Плюрализм эмпирических определений феномена «риск» неизбежно порождает плюрализм образующихся на их основе соответствующих гражданско-право­вых понятий, что обусловлено субъектно-объектной, структурно-функциональной и иной характеристикой исследуемой правовой категории.

Подобная множественность подходов характеризует сложность осмысления исследуемого явления и вариативность проявления риска в различных сферах жизнедеятельности. Попытки обобщить разные позиции и определить риск как общенаучное, философское понятие сводятся к тому, что при определении понятия выделяется основной подход, а остальные – дополняют базовую позицию. Представляется, что наиболее перспективной является интегрированная концепция, а также деятельностный подход, основанный на философской теории А.П. Альгина. Риск понимается как элемент деятельности, определяющий действия субъектов гражданских правоотношений в условиях неопределенности при наличии альтернативных возможностей различного характера (как позитивной, так и негативной направленности). При этом последнее положение нам представляется существенным, так как риск связан не только с опасностями и угрозами. Вместе с тем следует отметить, что основные исследовательские усилия должны быть направлены на определение возможностей минимизации негативной характеристики риска.

Риск в гражданском праве это системообразующий элемент и неотъемлемое свойство отношений, являющихся предметом гражданско-правового регулирования, представляющий собой объективно существующий набор вероятных вариантов действия субъектов гражданского права, среди которых наряду с достижением положительного регулятивного эффекта существуют возможности наступления негативных социально-правовых последствий, а также неблагоприятных имущественных последствий. Установлено, что риск тесно связан с такими категориями, как деятельность (принятие решений в ситуации выбора), опасность, вероятность, неопределенность, альтернативность.

Критерием распределения риска зачастую выступает общественный (социально-значимый) интерес, лежащий в основе конкретного гражданско-правового отношения. Изложенное позволяет сделать вывод, что основная задача гражданского права в вопросах риска - это не определение его границ, а выявление и правильное регулирование его последствий в целях установления надлежащего баланса частноправовых и социально-значимых интересов в имущественном обороте для создания благоприятных условий осуществления экономической деятельности и поддержания стабильности гражданского оборота в целом.

Безопасность также представляет собой очень широкое понятие. Давая определение термину «безопасность», следует отметить, что в силу своего социального характера безопасность в специальной литературе детерминируется различными формулировками и смысловыми аспектами. Во многом это обусловлено конкретной тематикой (национальная безопасность, экономическая безопасность, безопасность хозяйствующих субъектов, безопасность общества, безопасность личности и т.д.), акцентуацией определенных аспектов безопасности (социальная функция, процесс, система, организационная структура, наука и т.п.). На уровне общественного сознания понятие безопасность определяется как отсутствие опасности, сохранность, надежность и употребляется применительно к самым различным процессам как природным, так и социальным [3; 7; 12; 18]. Безопасность начинает рассматриваться в качестве важнейшего социального блага, отвечающего интересам, целям и устремлениям людей и выступающим необходимым условием для нормального функционирования всего социума.

Наиболее распространенным следует признать подход, согласно которому безопасность определяется как определенное состояние защищенности [14, с. 6; 15], которое принято многими исследователями в качестве концептуального основания проводимых теоретических изысканий, хотя они и расходятся в определении объекта защиты, характера угроз и защищаемых интересов. Так, в качестве родового понятия «безопасность» среди специалистов существует сходная трактовка безопасности, определяемой как такое состояние субъекта, при котором в условиях негативного и деструктивного воздействия внутренних и внешних факторов, посредством предотвращения, минимизации, нейтрализации или ликвидации такого воздействия обеспечивается поддержание жизнедеятельности, стабильность, а также поступательное развитие этого субъекта.

Безопасность в гражданском праве также представляет собой комплексное понятие и по своему смыслу и содержанию несет в себе целую совокупность взаимосвязанных элементов.

Во-первых, безопасность в гражданском праве представляет собой защищенность устойчивого состояния общественных отношений, входящих в предмет гражданского права, обеспечение стабильного развития имущественного оборота, обеспечение реализации субъективных гражданских прав, с целью достижения максимальной эффективности правового регулирования.

Во-вторых, безопасность рассматривается как свойство (или атрибут) системы. В основе данного понимания лежит предположение о естественной защищенности любой системы от разрушительного воздействия каких-либо сил [13, c. 13]. Системный подход особенно необходим в изучении проблем теории и практики обеспечения безопасности применительно к моделированию негативных социальных процессов, последствий использования достижений науки и техники, возникновения чрезвычайных ситуаций природно-техногенного характера. В этом аспекте безопасность в гражданском праве выступает как элемент стабильности развития всей системы гражданско-правовых отношений,направленный на стабилизацию социально-политической и экономической обстановки, в том числе и посредством ограничения отдельных гражданских прав и свобод.

Экономическая безопасность как конечная цель ограничений гражданских прав представляет собой сложное экономико-правовое явление. Эффективное применение ограничений гражданских прав с целью обеспечения экономической безопасности невозможно без четкого представления о самой категории «экономическая безопасность».

Безопасность в гражданском праве выступает как элемента стабильности развития всей системы гражданско-правовых отношений, выражающийся в постоянном и целенаправленном процессе прогнозирования, минимизации, устранения, предупреждения опасностей и угроз посредством функционирования механизмов управления рисками и охранно-защитных механизмов, в случае причинения вреда частноправовым и социально-значимым интересам, направленный на стабилизацию и обеспечение условий для нормального функционирования и развития всей экономической системы общества. Данное определение, позволяет, на наш взгляд, отразить в максимально возможной мере ключевые грани этого сложного социального феномена, интегрирующего в себе жизненно важные интересы, как отдельной личности, так и социума в целом.

Таким образом, безопасность в современных условиях, приобретая нормативное оформление в действующем законодательстве, перестает быть некой абстрактно-абсолютной категорией. Одновременно безопасность начинает рассматриваться в качестве социально-правового явления, имеющего двойственную природу. С одной стороны, безопасность есть основное условие обеспечения жизненно важных интересов личности, а также национальных интересов государства и общества в различных сферах (экономической, политической, социальной и др.). С другой стороны, безопасность противопоставляется в ряде случаев свободе, поскольку ее обеспечение достигается в том числе и с помощью ограничения субъективных прав.

Указанное соотношение имеет важное теоретико-прикладное значение, поскольку учет этих элементов определяет характер практической деятельности по осуществлению правового регулирования недвижимости повышенного риска в рамках обеспечения безопасности общества, а также жизни и здоровья граждан, в том числе и гражданско-правовыми способами обеспечения безопасности жизни и здоровья граждан.

К сказанному добавим следующее: диалектика исследуемых понятий гражданского права, выраженная в категориальном аппарате цивилистики, в содержательном плане невероятно усложняется, если рассмотреть ее в каркасе диалектики социального и культурного развития общества. Это область совершенно неисследованная, но чрезвычайно перспективная с точки зрения юридической и философско-правовой теории и совершенствования механизмов гражданско-правового регулирования в современном обществе. Создаваемая таким образом теоретическая база проверяется в дальнейшем практикой и служит основанием практических предложений и рекомендаций.

Теория риска позволяет путем логических операций над понятиями преобразовывать общие принципы в конкретные формы регулирования политико-правовых процессов. Гражданское право, выступая формой опосредования имущественных и личных неимущественных отношений, одновременно опосредует и риски, возникающие в этих отношениях, облекая их в правовую форму. В результате этого экономические, предпринимательские и другие риски приобретают правовое содержание, оказывают влияние на различные элементы правовой действительности. В этих условиях детерминирующее воздействие общенаучного знания на формирование и коррекцию общественных, в том числе имущественных отношений, позволяет говорить о становлении качественно нового интеллектуального феномена, сущность которого состоит не в расширении утилитарных возможностей различных областей научного знания, а в закономерном возникновении новейших теорий и подходов к решению актуальных проблем современности – обеспечению безопасности. Задача законодателя заключается в юридическом оформлении динамики общественных отношений, в осознании необходимости урегулировать конкретные рисковые ситуации, установить, таким образом, баланс интересов в обществе.

 

Библиографический список

  1. Андреев И.Д. Проблемы логики и методологии познания. М.: Наука, 1972. 320 с.

  2. Арсеньев А.С. Анализ развивающегося понятия. М.: Наука, 1967. 439 с.

  3. Васильев А.И. Система национальной безопасности Российской Федерации (конституционно-правовой анализ): автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 1999. 34 с.

  4. Васильев А.М. Диалектическая связь категорий общей теории права // Сов. государство и право. 1974. № 1. С. 10–18.

  5. Васильев А.М. Правовые категории: методологические аспекты разработки системы категорий теории права. М.: Юрид. лит., 1976. 264 с.

  6. Вахтомин Н.К. О роли категорий «сущность» и «явление» в познании. М.: Наука, 1963. 326 с.

  7. Иззадуст Э.С. Национальная безопасность России: институциональный контекст и человеческое измерение. М.: Academia, 2010. 256 c.

  8. Керимов Д.А. Методология права: предмет, функции, проблемы философии права. М.: Изд-во СГУ, 2011. 521 с.

  9. Копнин П.В. Диалектика, логика, наука. М.: Наука, 1973. 464 с.

  10. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. М.: Прогресс, 1965. Т. 29. С. 179.

  11. Луман Н. Понятие риска // THESIS: теория и история экономических и социальных институтов и систем. 1994. №5. С. 135–160.

  12. Райгородский В.Л. Национальная безопасность России: политико-правовые средства обеспечения. Ростов н/Д.: Изд-во СКНЦ ВШ, 2004. 212 c.

  13. Рыбалкин Н.Н. Философия безопасности: учеб. Пособие. М.: МПСИ, 2006. 293 с.

  14. Степашин С.В. Безопасность человека и общества (политико-правовые вопросы): монография. СПб.: Пресс, 1994. 240 с.

  15. Степашин С.В. Теоретико-правовые аспекты обеспечения безопасности Российской Федерации: дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 1994. 246 c.

  16. Туленов Ж.Т. Взаимосвязь категорий диалектики: монография. М.: Высш. шк., 1986. 96 с.

  17. Туленов Ж.Т. Диалектика и стиль научного мышления. Ташкент: Узбекистан, 1985. 276 с.

  18. Шуберт Т.Э. Национальная безопасность России: конституционно-правовые аспекты. Сравнительно-правовое исследование. М.: Право и Закон, 2001. 176 c.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.