УДК 347.191.6

ПОНЯТИЕ ПРАВОПРЕЕМСТВА ПРИ РЕОРГАНИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

М.Г. Буничева

Аспирант кафедры гражданского права и процесса
Пермский государственный национальный исследовательский университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

В настоящей статье рассматриваются правовые подходы к пониманию правопреемства; указывается на изменение субъектного состава правоотношений при переходе прав и обязанностей от реорганизуемого лица к его правопреемникам; определяются виды правопреемства при реорганизации юридических лиц: универсальный (при слиянии, присоединении, разделении и преобразовании) и сингулярный (при выделении). В работе формулируется понятие правопреемства при реорганизации юридических лиц, его признаки.


Ключевые слова: реорганизация юридических лиц; правопреемство

 Понятие «правопреемство» не является новым в частном праве, свое начало оно берет с римского права, которому принадлежат многие разработки, используемые в современном гражданском законодательстве. В настоящее время данное понятие настолько прочно вошло в гражданский оборот, что без его уяснения немыслимо понимание перехода прав и обязанностей от одного субъекта к другому.

В юридической литературе сложились два подхода к пониманию правопреемства: переходности и непереходности прав и обязанностей. Сторонники первого подхода (К.Н. Анненков, Б.Б. Черепахин, Д.И. Степанов и др.), который является преобладающим, допускают возможность перехода прав и обязанностей от одного субъекта к другому. Ученые, поддерживающие второй подход (К.И. Скловский, В.А. Белов, В.С. Толстой и др.), отрицают саму возможность перехода прав и обязанностей, основываясь на том, что права и обязанности как категории идеологические неспособны перемещаться в пространстве, а потому переходить от одного лица к другому они не могут.

На наш взгляд, теория переходности правильно отражает правовую природу правопреемства. Любое гражданское правоотношение, как и всякая любая другая общественная связь, не является одномоментным явлением и протекает во времени более или менее длительный период [13, с. 10]. Правоотношение – правовая конструкция, которая отражает процесс, динамику. И это объяснимо: объем прав и обязанностей, условия их реализации, гарантии, степень защиты и другие компоненты находятся в постоянной динамике, они не могут оставаться неизменными [1].

На определенном этапе реализации правоотношения может возникнуть необходимость в изменении его субъекта, с сохранением в неизменном виде объекта и содержания данного правоотношения. Замена одного субъекта другим позволяет сохранить правоотношение в действии и в его рамках продолжить реализацию гражданских прав и обязанностей. Изменение правоотношения, а не его прекращение придает гражданскому обороту определенную устойчивость, поскольку правовые последствия замены субъекта права достаточно очевидны и просты для участников правоотношений. При прекращении одного правоотношения и возникновении нового возникают вопросы, связанные с основанием возникновения, объемом и содержанием соответствующих прав и обязанностей со всеми отсюда вытекающими последствиями.

По мнению О.С. Иоффе, действие обязательства исчерпывается, как только входящие в его состав права и обязанности будут полностью осуществлены [3, с. 181]. Если встать на позицию отрицания возможности перехода прав и обязанностей, то, по сути, каждый раз при прекращении одного и возникновении другого правоотношения, разрывается сложившаяся правовая связь, при недостижении правового результата. Как отмечает Е.В. Вавилин, моментом завершения действия правового отношения является факт достижения цели реализации субъективного гражданского права и, соответственно, исполнения субъективной гражданской обязанности – установление материального либо нематериального фактического результата [1]. Представляется, что изменение правоотношения путем замены субъекта (перехода прав и обязанностей от одного лица к другому) соответствует процессам динамики правоотношения.

Правопреемство, «переносящее права и обязанности», в цивилистической литературе именуется транслятивным. Вместе с ним в правовой доктрине принято рассматривать и конститутивное правопреемство.

Как указывает Б.Б. Черепахин, правопреемство называется транслятивным, когда оно производно от приобретения субъективного права или гражданско-правовой обязанности, «новое» правоотношение возникает потому, что существовало первоначальное правоотношение. Конститутивное правоприобретение, по его мнению, не является правопреемством в точном смысле, в этом случае имеется в некотором роде «переход» правомочий от одного лица к другому, но без потери их и соответствующего права в целом правопредшественником; на основе права праводателя создается право с иным содержанием (более ограниченным) [14, с. 311, 320]. Е.А. Крашенинников полагает, что конститутивное приобретение является правопреемством, т.е. приобретением, производным от права правопредшественника, потому что дочернее право возникает лишь при существовании материнского права и только в пределах принадлежащих его носителю правовых возможностей [4].

Иное мнение высказывает Д.И. Степанов, отмечающий, что конститутивное правопреемство не является правопреемством, если под последним понимать переход прав и обязанностей от одного лица к другому, поскольку в данном случае не происходит движения прав или обязанностей. Правопреемством его называют лишь потому, что в данном случае имеется производное правоприобретение, причем право приобретателя нового права возникает на основании права actor`a, субъективное право последнего задает рамки и определяет содержание права преемника [11, с. 116]. Аналогичной точки зрения придерживается Д.В. Носов, указывающий, что конститутивное преемство предполагает возникновение нового правоотношения, меньшего по объему по отношению к материнскому правоотношению [6, с. 17]. С.Б. Култышев, А.С. Шевченко также обращают внимание на то, что посредством конститутивного (производного) правоприобретения возникает новое субъективное право, производное от основного, ограничивающего возможности осуществления последнего в той или иной мере [5].

Мы, вслед за большинством ученых, полагаем, что конститутивное правоприобретение нельзя рассматривать как правопреемство, поскольку здесь отсутствует переход права. Конститутивное приобретение права происходит в тех случаях, когда возникшее у приобретателя право (дочернее право) создается на основании права предшественника (материнского права). Конститутивное правоприобретение не предполагает замену субъекта в первоначальном правоотношении, в одно и то же время происходит реализация двух разных правоотношений.

Таким образом, правопреемство всегда имеет транслятивный характер, к правопреемнику переходят только те права и обязанности, которые существовали у правопредшественника, новых прав и обязанностей при правопреемстве не возникает.

Переход прав и обязанностей от одного лица к другому, в том числе при реорганизации юридических лиц, осуществляется путем изменения субъектного состава правоотношения. Любая реорганизация юридического лица сопровождается прекращением и (или) созданием хотя бы одного юридического лица. При прекращении реорганизуемого лица его место во всех правоотношениях, в которых он участвует, занимает одно или несколько юридических лиц – правопреемников. При создании в результате реорганизации нового юридического лица в случае, когда реорганизуемое лицо не прекращает свою деятельность (при реорганизации в форме выделения), реорганизуемое лицо определяет часть правоотношений, в которых один или несколько правопреемников его заменяет.

При переходе прав и обязанностей в результате реорганизации участвуют два субъекта – юридических лица: правопредшественник и правопреемник.

Правопредшественник – реорганизуемое лицо для «передачи» своих прав и обязанностей: должен обладать правоспособностью юридического лица; на него не должны распространяться законные ограничения на проведение реорганизации; соответствующие права и обязанности, в отношении которых осуществляется переход, должны ему принадлежать на законном основании; его участники (учредители, уполномоченный орган) в установленном законом порядке должны выразить волю на переход прав и обязанностей к правопреемнику.

Другое лицо, участвующее в переходе прав и обязанностей, – правопреемник должен обладать правоспособностью юридического лица, иметь строго определенную организационно-правовую форму. В абзаце 2 пункта 20 постановления Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 18 ноября 2003 г. №19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона “Об акционерных обществах”» [8] указано, что положения Федерального закона «Об акционерных обществах» [7], определяющие порядок реорганизации акционерных обществ путем слияния, присоединения, разделения или выделения (ст. 16–19), не предусматривают возможность проведения реорганизации этих обществ посредством объединения с юридическими лицами иных организационно-правовых форм (в том числе с обществами с ограниченной ответственностью) либо разделения их (выделения) на акционерное общество и юридическое лицо другой организационно-правовой формы.

Правопреемство является производным приобретением гражданского права или гражданско-правовой обязанности. Производное правоприобретение при реорганизации юридических лиц обусловлено тем, что «имущественный комплекс» юридического лица не распределяется между его участниками, как это происходит при ликвидации, а остается функционировать в гражданском обороте. К правопреемникам реорганизуемого юридического лица переходят права и обязанности в том виде, в котором они существовали на дату завершения реорганизации.

Основанием правопреемства при реорганизации юридических лиц является сложный юридический состав, в который входит: решение о реорганизации (которым, кроме прочего, должны быть утверждены договор о слиянии (присоединении), передаточный акт или разделительный баланс, устав создаваемых в результате реорганизации лиц), принятое каждым участвующим в реорганизации юридическим лицом; административный акт (государственная регистрация вновь возникших в результате реорганизации юридических лиц (внесение в единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица).

Классическим в правовой доктрине является деление правопреемства на универсальное и сингулярное. Универсальное правопреемство происходит при переходе всех прав и обязанностей (за исключением тех, которые не могут перейти в силу ограничений, установленных законов) от правопредшественника к одному или нескольким правопреемникам, а сингулярное – при переходе отдельных прав и обязанностей или отдельной совокупности прав и обязанностей.

На наш взгляд, при реорганизации юридических лиц имеют место оба известных вида правопреемства. При реорганизации в форме слияния, присоединения, разделения и преобразования происходит универсальное правопреемство. Четыре указанные формы реорганизации объединяет то обстоятельство, что такая реорганизация влечет прекращение хотя бы одного юридического лица. Прекращение реорганизуемого лица предопределяет переход всех его прав и обязанностей (за исключением тех, которые не могут перейти в силу ограничений, установленных законов) к одному или нескольким правопреемникам. Изменение субъектного состава происходит во всех правоотношениях, в которых участвовало это юридическое лицо.

При реорганизации в форме выделения имеет место сингулярное правопреемство1, так как: во-первых, к одному или нескольким правопреемникам (выделенным юридическим лицам) переходят не все, а лишь часть прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, другая их часть остается у реорганизованного юридического лица; во-вторых, с правовой точки зрения реорганизованное лицо не является новым юридическим лицом, как на то указывается некоторыми авторами, прекращения его деятельности не происходит.

Вывод о сингулярности правопреемства при выделении имеет правоприменительное значение: при выделении к одному или нескольким правопреемникам переходят только те права и обязанности, которые указаны в разделительном балансе, все иные права и обязанности, не отраженные в нем, остаются у реорганизованного юридического лица, правопреемства по ним не происходит.

Если обратиться к правоприменительной практике, то суды фактически признают сингулярную природу правопреемства при выделении юридического лица. Так, в определении Высшего арбитражного суда РФ от 15 ноября 2007 г. №15052/07 указано, что если из разделительного баланса не удается установить, перешло ли к выделившемуся юридическому лицу конкретное право, то оно должно считаться принадлежащим тому юридическому лицу, из которого производилось выделение [9]. Еще более конкретен Федеральный арбитражный суд Уральского округа, в постановлении которого указано следующее. На основании п. 4 ст. 58 ГК РФ, п. 4 ст. 19 ФЗ «Об акционерных обществах» к выделенному обществу перешли только те права и обязанности реорганизуемого юридического лица, которые отражены в разделительном балансе. Поскольку в указанных документах заявитель отсутствует, судом сделан правильный вывод о том, что реорганизованное общество из обязательства перед заявителем не выбывало, правопреемства по указанному обязательству не возникло [10].

Итак, правопреемство при реорганизации юридических лиц – это основанный на сложном юридическом составе переход всех или части прав и обязанностей в порядке производного приобретения от одного юридического лица к другому, сопровождаемый прекращением и (или) созданием одного или нескольких юридических лиц и осуществляемый путем изменения субъектного состава правоотношений.

Указанное понятие позволяет выделить следующие признаки правопреемства при реорганизации юридических лиц: всегда осуществляется переход прав и обязанностей от одного юридического лица к другому, что указывает на транслятивный характер правопреемства; возможен переход как всех прав и обязанностей юридического лица, так их части, что обусловливает универсальный (при слиянии, присоединении, разделении, преобразовании) и сингулярный (при выделении) виды правопреемства; правопреемство основано на сложном юридическом составе; является производным способом правоприобретения: права и обязанности правопреемника основаны на соответствующих правах и обязанностях правопредшественника; сопровождается прекращением юридического лица – правопредшественника и (или) созданием юридического лица – правопреемника; неразрывно связано с изменением субъектного состава правоотношения: правопредшественник выбывает, а правопреемник вступает в соответствующее правоотношение.

 

Библиографический список

  1. Вавилин Е.В. Гражданское правоотношение в механизме реализации субъективного права и исполнения субъективной обязанности // Журнал рос. права. 2007. №7. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  2. Илюшина М.Н. Проблемы правопреемства при реорганизации юридических лиц // Закон. 2006. №9. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  3. Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975. 880 с.

  4. Крашенинников Е.А. Заметки о конститутивном правопреемстве // Вещные права: система, содержание, приобретение: сб. науч. тр. в честь проф. Б.Л. Хаскельберга / под ред. Д.О. Тузова. М.: Статут, 2008. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  5. Култышев С.Б., Шевченко А.С. Современные подходы к вопросам распоряжения субъективными гражданскими правами // Изв. вузов. Правоведение. 2008. № 4. С. 172–183.

  6. Носов Д.В. Правопреемство (теоретико-правовое исследование): автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2011. 25 с.

  7. Об акционерных обществах: Федер. закон от 26 дек. 1995 г. (ред. 28.12.2010) №208-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. 1 янв.

  8. О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»: постановление Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 18 ноября 2003 г. №19 // Вестн. ВАС РФ. 2004. № 1. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  9. Определение Высшего арбитражного суда РФ от 15 ноября 2007 г. №15052/07 по делу №А06-7112/2006-17. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  10. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 3 июля 2003 №Ф09-1682/03-ГК по делу №А71-252/03. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  11. Степанов Д.И. Правопреемство при реорганизации в форме выделения // Вестн. ВАС РФ. 2002. №7. С. 111–120.

  12. Степанов Д.И. Правопреемство при реорганизации в форме выделения // Вестн. ВАС РФ. 2002. № 8. С. 94–107.

  13. Чеговадзе Л.А. Система гражданского правоотношения: проблемы теории и практики: монография. Н. Новгород: ННГУ, 2004. 328 с.

  14. Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 2001. 479 с.


1 В литературе высказана и другая точка зрения, согласно которой при всех формах реорганизации, в том числе и при выделении, происходит универсальное правопреемство (cм., напр., [2; 11, с. 96]).

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.