УДК 347.124:347.254

НЕГАТИВНОЕ ПРИЗНАНИЕ ЖИЛИЩНЫХ ПРАВ

Л.В. Маркарян

 Преподаватель кафедры правовых дисциплин
Пермский институт экономики и финансов
614068, г. Пермь, ул. Екатерининская, 141
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Аннотация: Признание прав, как универсальный подтверждающий способ защиты жилищных прав, может быть реализовано в двух видах: позитивном и негативном. Дифференциация поименованных видов признания жилищных прав определена сущностью данного способа защиты, проявляющегося на двух уровнях: на уровне правотворчества – как установленной жилищным законодательством меры защиты в виде возможности констатации наличия или отсутствия субъективного жилищного права; на уровне правоприменения – как конкретного требования о констатации наличия или отсутствия субъективного жилищного права. Исследуются три используемых на практике вида негативного признания права пользования: признание лица утратившим право пользования жилым помещением; признание лица прекратившим право пользования жилым помещением; признание лица не приобретшим право пользования жилым помещением. Общим признаком рассматриваемых способов защиты жилищных прав является субъект, жилищные права которого подлежат защите, – лицо, имеющее право пользования жилым помещением. Сделан вывод о возможности квалификации негативного признания права только требования о признании не приобретшим жилищного права. Предметом негативного признания выступает также и право на вселение в жилое помещение иных лиц, которое отсутствует у членов семьи собственника жилого помещения, членов семьи нанимателя служебного жилого помещения, за исключением случаев вселения в занимаемое ими жилое помещение своих несовершеннолетних детей. Негативное признание права является также способом защиты права пользования общим имуществом в многоквартирном доме, а также корпоративных жилищных прав.


Ключевые слова: жилищные права; негативное признание права; защита жилищных прав; право пользования жилым помещением; утрата права пользования; прекращение права пользования; способы защиты жилищных прав

 

Констатация отсутствия субъективного жилищного права при предъявлении требования о негативном признании права обеспечивает защиту жилищных прав третьих лиц от посягательств неуправомоченного субъекта, что свидетельствует о фиксации жилищных правоотношений вне иска о присуждении.

Право пользования, как фундаментальное жилищное право, чаще всего становится объектом притязаний на негативное признание права.

Несколько лет назад была высказана точка зрения, в соответствии с которой суды «не решаются», «не отваживаются» лишать граждан такого ограниченного вещного права, как право проживания [17, c. 24]. Однако в настоящее время, напротив, тенденция развития правоприменительной практики свидетельствует о частом, в том числе необоснованном, применении негативного признания права пользования, что приводит к ситуации, когда «права лиц, проживающих в помещении, защищаются лишь до тех пор, пока собственник не возражает против их проживания» [13, c. 27], и фактически лишает право пользования правовой защиты против произвола третьих лиц.

Негативное признание права пользования жилым помещением включает три вида данного способа защиты: признание лица утратившим право пользования жилым помещением, признание лица прекратившим право пользования жилым помещением и признание лица не приобретшим право пользования жилым помещением. Но каково соотношение данных видов негативного признания права?

Общим признаком рассматриваемых способов защиты жилищных прав является субъект, жилищные права которого подлежат защите: лицо, имеющее право пользования жилым помещением. Также совпадают действительные намерения обращающегося за защитой жилищного права лица, а именно нивелирование посягательств на право пользования жилым помещением.

Признание лица утратившим право пользования жилым помещением как способ защиты жилищных прав получило свое нормативное закрепление как в положениях закона [5], так и в подзаконных нормативно-правовых актах [6; 7], которые предусматривают возможность признания лица утратившим право пользования жилым помещением только на основании вступившего в законную силу решения суда. К примеру, Санкт-Петербургский городской суд отмечает, что в случае если право пользования гражданина жилым помещением прекращено на основании вступившего в законную силу судебного акта, то действия жилищного агентства по снятию гражданина с регистрационного учета и отказу в заключении договора социального найма в отношении спорного жилого помещения правомерны [12]. При реализации такого способа защиты жилищных прав выселения лица из занимаемого жилого помещения автоматически не следует.

Такой способ защиты жилищных прав, как признание лица прекратившим право пользования жилым помещением, легально не закреплен, но косвенно упоминается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ в части определения подсудности жилищных споров по первой инстанции районному суду (п. 3 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»). Правовым последствием применения данного способа защиты является обязанность соответствующего лица освободить жилое помещение, а в случае неисполнения данной обязанности в установленный собственником жилого помещения срок, оно подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда (ч. 1 ст. 35 ЖК РФ).

Признание лица не приобретшим право пользования жилым помещением закреплено в подзаконном нормативно-правовом акте [6], который рассматривает такие способы защиты жилищных прав, как признание лица утратившим право пользования жилым помещением и признание лица не приобретшим право пользования жилым помещением в качестве тождественных, и содержит возможность признания лица не приобретшим право пользования жилым помещением только на основании вступившего в законную силу решения суда. Судебная практика [11] интегрирует признание лица утратившим право пользования жилым помещением и признание лица не приобретшим право пользования жилым помещением в один способ защиты жилищных прав при его обозначении в качестве признания лица утратившим право пользования жилым помещением. При признании лица не приобретшим право пользования жилым помещением выселение из занимаемого жилого помещения автоматически не следует.

Субъективное жилищное право может быть отсутствующим, если оно не возникало (не приобреталось) либо возникало, но прекратилось. В первом случае необходимо предъявлять иск о признании лица не приобретшим право пользования жилым помещением (о признании права невозникшим). Все остальные многочисленные иски, направленные на подтверждение существовавшего, но прекратившегося права, должны квалифицироваться не как иски о признании, а как требования о прекращении жилищного правоотношения, которые представляют собой самостоятельный способ защиты. При этом прекращение жилищного правоотношение может быть связано с различными юридическими фактами (расторжение договора, утрата родственных отношений, признание сделки недействительной и др.). Утрата жилищного права – это в любом случае его прекращение.

По большому счету, для суда абсолютно безразлично, что требует истец: утраты права или его прекращения, потому что речь будет идти об одном: установлении факта существования права и его отсутствия (путем прекращения) по любым основаниям, установленным законом или договором.

С учетом изложенного, к негативному признанию может быть отнесено только требовании о признании лица, не приобретшим жилищное право.

Поскольку одним из правовых последствий негативного признания права является обязанность для неуправомоченного лица освободить занимаемое им жилое помещение, то чрезвычайно актуальным является обусловленное особым характером использования жилых помещений специализированного жилищного фонда решение вопроса о предоставлении жилых помещений выселяемым гражданам, в отношении которых удовлетворены требования о негативном признании жилищного права. Разделяем точку зрения Д.А. Шишкина, который указывает, что основные проблемы, возникающие на практике в отношении специализированных жилых помещений, – непонимание правового положения данных объектов жилищного права [16, c. 89].

Так, правоотношения, связанные с договором найма специализированного жилого помещения, носят административный характер, что выражается в следующих признаках: основанием возникновения данных отношений является административное волеизъявление – решение уполномоченного властного органа; орган государственной и (или) местной власти является субъектом договора найма специализированного жилого помещения; отношения между участниками правоотношений носят императивный характер. Лицо, выступающее субъектом договора специализированного жилого помещения, не имеет права на паритетной основе определять параметры взаимоотношений с контрагентом в лице властного субъекта.

Однако продолжает оставаться актуальным утверждение Н.С. Малеина о том, что «уважением к личным интересам граждан проникнуты многие нормы жилищного законодательства» [4, c. 157], поскольку законодателем в ч. 2 ст. 103 ЖК РФ закреплен перечень категорий лиц, которые не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений. К названному перечню относятся не являющиеся нанимателями жилых помещений по договору социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях: члены семьи военнослужащих, должностных лиц, сотрудников органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности, таможенных органов Российской Федерации, органов государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, погибших (умерших) или пропавших без вести при исполнении обязанностей военной службы или служебных обязанностей; пенсионеры по старости; члены семьи работника, которому было предоставлено служебное жилое помещение или жилое помещение в общежитии и который умер; инвалиды I или II групп, инвалидность которых наступила вследствие трудового увечья по вине работодателя, инвалиды I или II групп, инвалидность которых наступила вследствие профессионального заболевания в связи с исполнением трудовых обязанностей, инвалиды из числа военнослужащих, ставших инвалидами I или II групп вследствие ранения, контузии или увечья, полученных при исполнении обязанностей военной службы либо вследствие заболевания, связанного с исполнением обязанностей военной службы.

Некоторые авторы [15, c. 39] включают в приведенный перечень такую категорию граждан, как одинокие лица, оставшиеся после расторжения брака проживать с несовершеннолетним ребенком в общежитии. С данной точкой зрения сложно согласиться, поскольку включение указанных лиц в перечень обосновывается авторами сложившейся судебной практикой, а именно определением Верховного Суда РФ от 14 июля 2004 г. по делу №19-В04-19, при вынесении которого Верховный Суд РФ опирался на положения п. 12 ч. 1 ст. 108 ЖК РСФСР, поскольку ЖК РФ вступил в силу только с 1 марта 2005 г. [8].

Следует отметить, что по сравнению с ЖК РСФСР действующий кодифицированный акт жилищного законодательства существенно расширил круг лиц, которые могут быть выселены из общежитий и служебных жилых помещений без предоставления другого жилого помещения: в частности, граждане, проработавшие на предприятии, в учреждении, организации, предоставивших им жилое помещение в общежитии или служебное жилое помещение, не менее десяти лет; лица, уволенные в связи с ликвидацией предприятия, учреждения, организации либо по сокращению штатов или штата работников; одинокие лица с проживающими вместе с ними несовершеннолетними детьми; иные категории лиц.

Большинство авторов считают, что таким образом государство снижает степень правовой и социальной защищенности граждан [3, c.123; 15, c.39]. Однако необходимо учитывать, что специализированные жилые помещения имеют специальные цели предоставления, а невозможность выселения из них приведет к сокращению фактически свободных специализированных жилых помещений, которые в результате не смогут быть предоставлены иным гражданам.

Соответствующие нормы ст. 103 ЖК РФ содержат существенное количество ошибочных и неточных формулировок, которые при правоприменении могут повлечь нарушение жилищных прав граждан.

В ЖК РФ предусмотрено: выселение указанных в ч. 2 ст. 103 ЖК РФ граждан с предоставлением других жилых помещений осуществляется прежним собственником или юридическим лицом, передающими соответствующие жилые помещения. При этом остается не совсем понятно, кем и в каком порядке должны эти помещения им предоставляться. На практике органы исполнительной власти и местного самоуправления, как правило, уклоняются от предоставления таким гражданам жилых помещений, ссылаясь при этом на то, что они и так состоят на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий. Считаем необходимым закрепить на федеральном уровне единый порядок предоставления жилых помещений лицам, которые не могут быть выселены без предоставления жилого помещения.

Предметом негативного признания выступает также и право на вселение в жилое помещение иных лиц, которое отсутствует у членов семьи собственника жилого помещения, членов семьи нанимателя служебного жилого помещения, за исключением случаев вселения в занимаемое ими жилое помещение своих несовершеннолетних детей. Если в такие жилые помещения неуправомоченными субъектами были вселены иные лица, которые впоследствии в предусмотренном жилищном законодательстве порядке приобрели право пользования этими помещениями, то соответствующее право считается возникшим при формировании необходимого юридического состава, но не с момента фактического вселения в помещение [9; 10]. Представляет интерес осуществление безусловно признаваемого за собственником жилого помещения права на вселение иных лиц, которое при нахождении помещения в общей долевой собственности может быть реализовано только при выраженном согласии всех сособственников жилого помещения, в ином случае самостоятельного права на вселение в жилое помещение иных лиц не возникает [1].

Негативное признание права является также способом защиты права пользования общим имуществом в многоквартирном доме. Для определения условий предъявления негативного иска о признании права пользования общим имуществом в многоквартирном доме необходимо определить состав объекта правовой регламентации – общего имущества в многоквартирном доме. В последние годы в правоприменительной деятельности и научных диспутах дискуссионным является вопрос о содержании понятия «общее имущество в многоквартирном доме». Важность решения изучаемого вопроса была отмечена в докладе Уполномоченного по правам человека за 2009 г., где были указаны такие недостатки законодательства, как отсутствие конкретизации объектов, входящих в состав общего имущества в многоквартирном доме, и законодательной регламентации процесса определения состава общего имущества [2].

Негативное признание права пользования общим имуществом в многоквартирном доме необходимо для защиты жилищных прав собственников и иных проживающих в многоквартирном доме субъектов от посягательств третьих лиц на использование в личных интересах входящего в состав общего имущества многоквартирного дома объектов, в частности, для размещения производственных площадей.

Корпоративные жилищные права также подлежат правовой защите при предъявлении требования о негативном признании права в отношении субъекта, подавшего заявление о приеме в члены жилищного кооператива, однако не осуществившего оплату вступительного взноса, либо в отношении лица, не исполняющего обязанности по периодической оплате паевого взноса.

Таким образом, субъективное жилищное право может быть отсутствующим, если оно не приобреталось (не возникало) либо возникало, но прекратилось. К негативному признанию жилищного права может быть отнесено только требование о признании лица не приобретшим жилищное право (о признании жилищного права не возникшим).

Термин «утрата жилищного права» не соответствует существующему категориальному аппарату жилищного права, в соответствие с которым право приобретается, осуществляется, прекращается, поэтому его использование в правоприменительной практике недопустимо.

Требования о признании утратившим жилищное право или прекратившим жилищное право представляют собой самостоятельный способ защиты – прекращение жилищного правоотношения и не могут быть квалифицированы как иски о признании права.

 

Библиографический список

  1. Апелляционное определение Московского городского суда от 20.03.2012 г. по делу №11-1422. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  2. Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2009 год. URL: http://www.rg.ru/2010/05/28/doklad-lukin-dok.html (дата обращения: 19.07.2013).

  3. Карпенко Н.В. Особенности жилищного правоотношения, возникающего при пользовании жилым помещением в общежитии // Рос. юрид. журнал. 2013. №1. С. 120–125.

  4. Малеин Н.С. Гражданский закон и права личности в СССР. М.: Юрид. лит., 1981. 216 с.

  5. О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации: закон Рос. Федерации от 25 июня 1993 г. №5242-1 (ред. от 30.12.2012) // Рос. газ. 1993. 10 авг.

  6. Об утверждении Административного регламента предоставления Федеральной миграционной службой государственной услуги по регистрационному учету граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации: приказ ФМС РФ от 11 сент. 2012 г. №288 (ред. от 15.07.2013 г.) // Рос. газ. 2013. 17 апр.

  7. Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию: постановление Правительства Рос. Федерации от 17 июля 1995 г. №713 (ред. от 21.05.2012) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. №30, ст. 2939.

  8. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14 июля 2004 г. по делу №19-В04-19 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  9. Определение Московского городского суда от 2 марта 2011 г. по делу №33-3485 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  10. Определение Пермского краевого суда от 10 сент. 2012 г. по делу №33-8048 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  11. Определение Пермского краевого суда от 7 сент. 2011 г. по делу №33-8981 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  12. Определение Санкт-Петербургского городского суда от 5 окт. 2011 г. по делу №33-15031/11 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  13. Семеновский Г. Право собственности превалирует над правом пользования // Жилищное право. 2009. №9. С. 27–32.

  14. Трофимов Е.Н. О сохранении права пользования служебными жилыми помещениями в общежитиях за некоторыми категориями граждан после прекращения военно-служебных и трудовых отношений с воинской частью (учреждением) // Право в Вооруж. Силах. 2011. №7. С. 38–42.

  15. Фаршатов И.А. Охрана и защита жилищных прав граждан, проживающих в общежитиях // Жилищное право. 2008. №4. С. 36–41.

  16. Шишкин Д.А. Служебные жилые помещения // Гражданин и право. 2000. №6. С. 8–91.

  17. Щенникова Л.В. Неприкосновенность собственности на жилище и защита интересов соседей // Рос. юстиция. 2001. №4. С. 24–25.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.