УДК 341.231.+342.7.

СТАТЬЯ 6 КОНВЕНЦИИ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ОСНОВНЫХ СВОБОД В РОССИЙСКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ

Л.В. Сагдеева

Ассистент кафедры гражданского права и процесса

Пермский государственный университет. 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15

Принятие ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 30.04.2010 г. №68-ФЗ является попыткой Российской Федерации разрешить острую проблему своей правовой системы. Статья посвящена вопросу соответствия положений действующего процессуального законодательства РФ положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод в части требований о справедливой компенсации.

Ключевые слова: Европейский Суд; статья 6 Конвенции; разумный срок; компенсация за нарушение права на судопроизводство; компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта; справедливая компенсация; «Закон Пинто»; моральный вред


Общепризнанно, что механизм защиты, предусмотренный Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) [5], является субсидиарным к механизму, который обязана обеспечить страна-участница на национальном уровне. Европейский Суд по правам человека не ставит себе задачу подмены национальных судов.

В соответствии со статьей 1 Конвенции Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I Конвенции. Данное позволяет утверждать, что «основная ответственность за имплементацию и обеспечение исполнения гарантированных Конвенцией прав и свобод лежит на национальных органах власти. Соответственно, механизм подачи жалоб в Европейский Суд является дополнительным по отношению к национальным системам защиты прав человека. Этот субсидиарный характер ясно изложен в ст. 13 и п. 1 ст. 35 Конвенции» [21, §97].

По мнению Европейского Суда, «из принципа субсидиарности... следует, что национальные суды должны по возможности толковать и применять внутреннее право в соответствии с Конвенцией» [20, §64; 9; 15; 22]. Гарантии защиты охраняемых Конвенцией прав проявляются не только в применении и толковании национального законодательства, но и в обеспечении доступных и эффективных средств защиты этих прав.

«Европейский суд, – говорится в постановлении Европейского Суда по делу «Берден и Берден против Соединенного Королевства», – хорошо осведомлен о вспомогательном характере своей роли и о том, что объект и цель, лежащие в основе Конвенции, как они изложены в статье 1 Конвенции – что Высокие Договаривающиеся Стороны должны обеспечить права и свободы каждому, находящемуся под их юрисдикцией – будут подорваны, наравне с его [суда] собственной способностью к функционированию, если не поощрять заявителей к использованию имеющихся в их распоряжении у государства средств по получению доступной компенсации… Правило об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты, упомянутое в пункте 1 статьи 35 Конвенции, таким образом, обязывает заявителей использовать в начале те средства защиты, которые обычно доступны им и достаточны во внутригосударственной правовой системе и позволяют им получить компенсацию за заявленные нарушения. Наличие подобных средств правовой защиты должно быть в достаточной степени точным как на практике, так и в теории, при отсутствии которых они будут лишены требуемой доступности и эффективности» [10, §35].

Загруженность Европейского Суда по правам человека так называемыми «делами-клонами» свидетельствует о наличии в правовой системе государства-участника проблем, требующих системного решения. Применительно к Российской Федерации одной из них является проблема длительных сроков судебных разбирательств [26, с. 155–174; 3, с. 99–112] и значительной задержки в исполнении вступивших в законную силу судебных решений против публично-правовых образований [27, с. 69–74].

Пунктом 1 статьи 6 Конвенции гарантировано право каждого лица в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

В январе 2009 года Европейским Судом было принято постановление по делу «Бурдов против Российской Федерации (№2)» [13], в котором после семилетнего перерыва с момента принятия первого постановления по жалобе заявителя [12] снова был рассмотрен вопрос о длительных задержках в исполнении судебных решений, принятых в его пользу по искам против государственных органов. Заявитель ссылался на нарушение только ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола №1 [23], однако Европейский Суд по своей инициативе отметил, что «предполагаемая неэффективность внутренних средств правовой защиты все чаще обжалуется в представленных Европейскому суду делах о неисполнении или несвоевременном исполнении решений национальных судов» [13, §89]. Кроме того, международный правоприменитель подчеркнул, что «статья 13 Конвенции прямо указывает на обязанность государств… по защите прав человека, прежде всего и главным образом, в рамках своей правовой системы. Она, следовательно, требует обеспечения государствами наличия внутренних средств правовой защиты в отношении существа “доказуемой жалобы” в соответствии с Конвенцией и предоставления соответствующего возмещения… Объем обязательств государств-участников с точки зрения статьи 13 Конвенции различен в зависимости от характера жалобы заявителя; “эффективность средства правовой защиты” в значении статьи 13 Конвенции не зависит от определенности благоприятного исхода для заявителя. В то же время средство правовой защиты, предусмотренное статьей 13 Конвенции, должно быть эффективным на практике, как и в законодательстве, в смысле воспрепятствования предполагаемому нарушению или сохранению оспариваемого положения дел или предоставления адекватного возмещения за любое нарушение, которое уже случилось. Если одно из средств правовой защиты в отдельности не удовлетворяет требованиям статьи 13 Конвенции, совокупность средств правовой защиты, предусмотренных национальным законодательством, может им отвечать… Что касается частного вопроса о длительности разбирательства дел, наиболее эффективным решением является средство правовой защиты, направленное на ускорение разбирательств с целью исключения их чрезмерной продолжительности… В делах, касающихся неисполнения решения, любые национальные средства, препятствующие нарушению путем обеспечения своевременного исполнения, в принципе имеют наибольшую ценность. Государства вправе также ввести только компенсаторное средство правовой защиты, что не делает это средство правовой защиты неэффективным. Если в национальной правовой системе доступно компенсаторное средство правовой защиты, Европейский суд должен признать за государством широкие пределы усмотрения, которые позволяют ему организовать средство правовой защиты способом, совместимым с его правовой системой и традициями и отвечающим уровню жизни в данной стране. Тем не менее Европейский суд должен удостовериться в том, что способ толкования национального законодательства и последствия применяемых процедур согласуются с принципами Конвенции, истолкованными в свете прецедентной практики Европейского суда… (курсив наш. – С.Л.). Европейский суд установил ключевые критерии для проверки эффективности компенсаторного средства правовой защиты в отношения чрезмерной длительности судебного разбирательства. Эти критерии, которые применимы также к делам о неисполнении решения… суть следующие:

–   иск о компенсации должен быть рассмотрен в разумный срок;

–   компенсация должна быть выплачена безотлагательно и, как правило, не позднее шести месяцев с даты, в которую решение о присуждении компенсации вступило в силу;

–   процессуальные правила, регулирующие иск о взыскании компенсации, должны соответствовать принципу справедливости, гарантированной статьей 6 Конвенции;

–   правила относительно юридических издержек не должны создавать чрезмерное бремя для сторон в случае, когда иск является обоснованным;

–   размер компенсации не должен быть неразумным в сравнении с компенсациями, присуждаемыми Европейским судом в аналогичных делах» [13, §96–99].

Кроме разрешения частных вопросов, касающихся нарушений прав заявителя, Постановление по делу «Бурдов против Российской Федерации (№2)» содержит указание на необходимость разработки и принятия на национальном уровне в течение 6 месяцев со дня вступления постановления в силу комплекса общих мер. Общие меры должны быть направлены на недопущение практики, несовместимой с Конвенцией, заключающейся в систематическом уклонении государства от погашения задолженности по судебным решениям, в отношении которой стороны не располагают эффективным внутренним средством правовой защиты.

Первым значительным шагом на пути разрешения существующей проблемы стало принятие ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 30 апреля 2010 №68-ФЗ (далее – ФЗ «О компенсации») [8]. В соответствии с положениями закона лица при нарушении их права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение в разумный срок судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, могут обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации за такое нарушение в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации.

Положительной оценки заслуживает норма п. 2 ст. 2 ФЗ «О компенсации», в соответствии с которой размер компенсации будет определяться судом исходя из требований заявителя, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности, справедливости и практики Европейского Суда по правам человека (курсив наш. – С.Л.). Отсутствие подобного условия свело бы на нет действие закона, так как задача обеспечить каждому, находящемуся под юрисдикцией страны-участницы, права и свободы, определенные Конвенцией, как того требует статья 1 Конвенции, не была бы достигнута. В случае, если нарушение не будет устранено на национальном уровне либо будет устранено лишь частично, в том числе в случае отсутствия справедливой компенсации со стороны властей государства-ответчика, лицо не утратит статус «жертвы» по смыслу ст. 34 Конвенции. Его жалоба будет считаться приемлемой для рассмотрения по существу, и Европейский Суд непосредственно выступит с целью обеспечения прав жертвы, не получившей должной защиты на национальном уровне.

Насколько судебная система Российской Федерации сможет на практике реализовать заложенный принцип, покажет время. Пока очевидно только то, что внесенные в связи с принятием ФЗ «О компенсации» в действующее процессуальное законодательство изменения увеличили общие сроки рассмотрения дела как в судах общей юрисдикции, так и в арбитражных судах.

Вместе с тем одно положение закона уже сейчас вызывает явное опасение. Пункт 4 статьи 1 ФЗ «О компенсации» предусматривает, что присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за указанные нарушения.

Практика применения ст. 6 Конвенции в части разумного срока сложилась в пользу взыскания морального вреда в рамках ст. 41 Конвенции о справедливой компенсации в случае установления Европейским Судом факта нарушения прав заявителя. Таким образом, запрет на национальном уровне требовать взыскания морального вреда противоречит практике Европейского Суда по правам человека, необходимость учета которой декларируется в ст. 2 ФЗ «О компенсации».

Российская Федерация не единственная страна-участница Конвенции, испытывающая проблемы чрезмерно длительных сроков судебных разбирательств. Необходимость решения аналогичной задачи встала, в частности, перед Италией, столкнувшейся с серьезными структурными недостатками в работе судебной системы. Реакцией стало принятие парламентом Италии в 2001 г. закона №89 от 24 марта 2001 г., известного как «Закон Пинто» (Pinto Act), по фамилии одного из разработчиков сенатора Пинто [20, §42, 62–72].

Итальянский законодатель, в отличие от российского, не исключил право на компенсацию морального вреда. В соответствии со ст. 2 «Закона Пинто» каждый, кому в результате нарушения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод был причинен материальный ущерб или моральный вред вследствие несоблюдения требования п. 1 ст. 6 Конвенции о «разумном сроке», имеет право на получение справедливой компенсации. При этом при решении вопроса о наличии нарушения суд должен принимать во внимание сложный характер дела и, в свете этого, поведение сторон, участвующих в деле, судьи, разрешающего процессуальные вопросы, а также поведение любых органов власти, обязанных принимать участие в деле или содействовать разрешению судебного спора.

Однако при применении «Закона Пинто» у судов возник вопрос, насколько при определении размера компенсации необходимо учитывать практику Европейского Суда [1, с. 125–131; 2, с. 113–127; 4, с. 122–126; 6, с. 110–124; 7, 144–151; 24, 85–92; 25, 55–59], является ли «Закон Пинто» «развитием» положений Конвенции на национальном уровне или выступает в качестве самостоятельного средства правовой защиты.

В конце 2003 года Кассационный суд Италии однозначно высказался в пользу учета практики Европейского Суда при определении размера справедливой компенсации. В Постановлении №1339 от 27 ноября 2003 г. он отметил, что «прямое исполнение положения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепленного Законом №89/2001 (то есть пунктом 1 статьи 6 в части, касающейся «разумного срока»), в рамках судебной системы Италии не может расходиться с толкованием Европейским Судом этого положения. Противоположный аргумент, допускающий существенное расхождение между применением Закона №89/2001 в национальной системе и толкованием Страсбургским судом права на судебное разбирательство дела в разумный срок, лишил бы указанный Закон №89/2001 всякого основания и привел бы к нарушению Италией статьи 1 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод… Причиной принятия Закона №89/2001 являлась необходимость предоставить внутреннее средство судебной защиты от нарушений, связанных с несоблюдением сроков судопроизводства, с тем чтобы придать вмешательству со стороны Страсбургского суда… субсидиарный характер… Из этого принципа вытекает обязанность государств… гарантировать каждому защиту его прав… прежде всего, в их собственном внутреннем правопорядке и по отношению к органам национальной судебной системы. И такая защита должна быть “эффективной” (статья 13 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод), то есть способной удовлетворить жалобу лица без необходимости обращаться за помощью в Страсбургский суд. Внутреннего средства правовой защиты, введенного Законом №89/2001, не существовало ранее в итальянской правовой системе, что приводило к тому, что жалобы против властей Италии в отношении нарушения ими статьи 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод “засоряли”… Европейский суд. До принятия Закона №89/2001 Страсбургский суд отмечал, что вышеупомянутые случаи несоблюдения правовых норм властями Италии “отражают существующую ситуацию, которая не была до сих пор урегулирована, и в отношении которой стороны в судебном процессе не имеют внутренних средств правовой защиты. Соответственно, такое количество накопившихся нарушений представляет собой практику, несовместимую с Конвенцией” [11, §22; 17, §23]… Очевидно, что оценивать достаточность или недостаточность защиты, предоставленной жертве нарушения внутренним правом, надлежит Европейскому суду, обязанностью которого является применение статьи 41 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод с целью установления, могло ли внутреннее право при наличии нарушения… в полной мере устранить последствия такого нарушения. Аргумент, используя который итальянские суды при применении Закона №89/2001 могли придерживаться толкования, отличного от того, какое Европейский суд дал положениям статьи 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод… заключается в том, что, в том случае, если жертва нарушения получает на национальном уровне компенсацию, которую Европейский суд сочтет недостаточной, то этот Суд должен присудить такой жертве справедливую компенсацию, предусмотренную статьей 41 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Такая ситуация аннулировала бы назначение средства правовой защиты, предусмотренного итальянским правом в Законе №89/2001, и привела бы к нарушению принципа субсидиарного характера вмешательства Страсбургского суда» [20, §64].

В постановлении №8568/05 Кассационный суд Италии определил право на компенсацию морального вреда на уровне презумпции, указав, что «моральный вред является естественным, хотя и не автоматическим, последствием нарушения права на судебное разбирательство дела в разумный срок, факт причинения такого вреда будет считаться действительным на основании объективного факта нарушения, без необходимости специально это доказывать (прямо или по презумпции), при том условии, что отсутствуют особые обстоятельства, указывающие на отсутствие такого вреда в конкретном рассматриваемом деле… определение компенсации за моральный вред на основе принципа справедливости … должно, насколько это возможно, быть соразмерно, в материальном, а не только в формальном выражении, с денежными суммами, которые присуждает Европейский суд в аналогичных случаях, при этом у лиц сохраняется возможность ссылаться на особые обстоятельства, которые имеют место в конкретном деле при условии, что они обоснованны, не преувеличенны и оправданны… расхождения в методах расчета компенсации [между прецедентным правом Европейского Суда и статьей 2 «Закона Пинто»] не влияют на общее назначение Закона №89 от 2001 г., которое заключается в присуждении надлежащей компенсации за нарушение права лица на разбирательство его дела судом в разумный срок… и, следовательно, не должны допускать никаких сомнений в отношении соответствия этого национального стандарта международным обязательствам, которые взяла на себя Итальянская Республика, ратифицировав Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, и в отношении официального признания, в том числе и на конституционном уровне, закрепленного в пункте 1 статьи 6 данной Конвенции принципа» [20, §64].

Учитывая, что «принцип субсидиарности не означает абсолютный отказ от контроля за результатом, полученным от использования внутренних средств правовой защиты, в противном случае права… были бы лишены своей сущности» [14, §82; 16, §81; 18, §84; 19, §82], можно ожидать, что лишение на национальном уровне лиц права на компенсацию морального вреда может послужить основанием для еще одной категории «дел-клонов» против Российской Федерации.

Подтверждением высказанного опасения может служить позиция Европейского Суда, явно высказанная в постановлении по делу «Бурдов против Российской Федерации (№2)»: «В отношении… материального ущерба суды страны очевидно находятся в лучшем положении для установления его наличия и размера. Однако в отношении морального вреда складывается иная ситуация. Существует сильная, но опровержимая презумпция того, что чрезмерно длительное разбирательство причиняет моральный вред… Европейский суд находит эту презумпцию особенно сильной в случае чрезмерной задержки исполнения государством решения, вынесенного против него, с учетом неизбежного разочарования, вызванного неуважением со стороны государства его обязанности исполнять долг и тем фактом, что заявитель уже перенес судебное разбирательство, которое было для него успешным» [13, §100].

Библиографический список

  1. Абдрашитова В.З. Прецедентный характер решений Европейского Суда по правам человека // Журнал рос. права. 2007. №9. С. 125–131.
  2. Бондарь Н.С. Конвенционная юрисдикция Европейского Суда по правам человека в соотношении с компетенцией Конституционного Суда РФ // Журнал рос. права. 2006. №6. С. 113–127.
  3. Горшкова С.А. Европейская защита прав человека и реформирование российской судебной правовой системы // Журнал рос. права. 2002. №7. С. 99–112.
  4. Канашевский В.А. Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека как регулятор гражданских отношений в Российской Федерации // Журнал рос. права. 2003. №4. С. 122–126.
  5. Конвенция о защите прав человека и основных свобод: принят ETS 4 ноября 1950 г. №5 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1998. №20, ст. 2143.
  6. Лазарев В.В., Мурашова Е.Н. Место решений Европейского Суда по правам человека в национальной правовой системе // Журнал рос. права. 2007. №9. С. 110–124.
  7. Мурашова Е.Н. Восприятие решений Европейского Суда по правам человека национальными правовыми системами и их реализация в деятельности органов власти национального государства // Журнал рос. права. 2006. №3. С. 144–151.
  8. О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок: Федер. закон Рос. Федерации от 30 апреля 2010 г. №68-ФЗ // Рос. газета. 2010. 4 мая.
  9. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Апичелла против Италии» (Apicella v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №64890/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  10. Постановление Европейского суда по делу «Берден и Берден против Соединенного Королевства» (Burden and Burden v. the United Kingdom) от 12 декабря 2006 г. Жалоба №13378/05 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  11. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Боттацци против Италии» (Bottazzi v. Italy) от 28 июля 1999 г. Жалоба №34884/97 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  12. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г. Жалоба №59498/00 // Рос. газета. 2002. 4 июля.
  13. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Бурдов против Российской Федерации (№2)» (Burdov v. Russia (№2) от 15 января 2009 г.. Жалоба №33509/04 // Российская хроника Европейского Суда. Приложение к «Бюллетеню Европейского Суда по правам человека». 2009. №4. С. 79–106. (Спец. вып.)
  14. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Джузеппе Мостаччуоло против Италии (№1)» (Giuseppe Mostacciuolo v. Italy (№1) от 29 марта 2006 г. Жалоба №64705/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  15. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Джузеппе Мостаччуоло против Италии (№2)» (Giuseppe Mostacciuolo v. Italy (№2) от 29 марта 2006 г. Жалоба №65102/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  16. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Джузеппина и Орестина Прокаччини против Италии» (Giuseppina and Orestina Procaccini v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №65075/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  17. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Ди Мауро против Италии» (Di Mauro v. Italy) от 28 июля 1999 г. Жалоба №34256/96 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  18. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Мусчи против Италии» (Musci v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №64699/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  19. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Риккарди Пиццати против Италии» (Riccardi Pizzati v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №62361/00 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  20. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Скордино против Италии» (Scordino v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №36813/97. ECHR 2006 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  21. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Сюрмели против Германии» (Surmeli v. Germany) от 08 июня 2006 г. Жалоба №75529/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  22. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Эрнестина Дзулло против Италии» (Ernestina Zullo v. Italy) от 29 марта 2006 г. Жалоба №64897/01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  23. Протокол №1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод: принят ETS 20 мата 1952 г. №9 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. №2, ст. 163.
  24. Султанов А.Р. Влияние на право России Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентов Европейского Суда по правам человека // Журнал рос. права. 2007. №12. С. 85–92.
  25. Федина А.С. Значение решений Европейского Суда по правам человека в реализации принципа законности в гражданском судопроизводстве // Юрист. 2007. №3. С. 55–59.
  26. Филатова М.А. Разумный срок рассмотрения дела и роль суда в его обеспечении // Закон. 2010. №2. С. 155–174.
  27. Улетова Г.Д., Малиновский О.Н. Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и исполнительное производство в российской правовой системе // Законодательство. 2007. №1. С. 69–74.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.