УДК 347.218.2

Разграничение понятий «единоличный исполнительный орган» и «лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа» в хозяйственных обществах

В.К. Артеменков

Аспирант

Московский государственный университет экономики, статистики и информатики

119501, г. Москва, ул. Нежинская, 7

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Автором анализируется проблема правового статуса органа юридического лица, до настоящего времени дискуссионная в российской цивилистике. В статье исследуется различие понятий «единоличный исполнительный орган юридического лица» и «лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа юридического лица» в хозяйственных обществах. Сложности, возникающие при разграничении рассматриваемых понятий, и расхождения в содержании нормативных актов порождают определенные трудности в правоприменении, в частности при определении последствий выхода за пределы полномочий, предоставленных лицу, осуществляющему функции единоличного исполнительного органа хозяйственного общества.

Ключевые слова: юридическое лицо; юридическое состояние (ипостась); функциональность юридического лица; субстрат юридического лица; органы юридического лица; лицо, выполняющее функции органа юридического лица; хозяйственное общество; правосубъектность


Дискуссия о природе единоличного исполнительного органа юридического лица (далее – орган) является одной из самых продолжительных в цивилистике [2, с. 90; 3, с. 44].

С одной стороны, сторонники теории фикции, не признающие наличия у юридического лица самостоятельной воли, под его органом понимают представителя, с другой – сторонники реалистической теории, придерживаясь противоположной точки зрения, продолжают настаивать на том, что орган является частью юридического лица [1, с. 98; 5, с. 115–125; 6, с. 106; 7, c. 149–151, 266–272; 8, с. 473; 10, с. 354].

На необходимость уточнения определения органа юридического лица, положений об имущественной (деликтной) ответственности лиц, выполняющих функции органа, обращается внимание и в концепции развития законодательства о юридических лицах, призванной усовершенствовать действующее гражданское законодательство [4, с. 18-21].

Направление дискуссии в русло современных правовых реалий способствует дальнейшему совершенствованию института юридического лица, приведению действующего законодательства о нем в соответствие с объективными условиями его существования.

Анализ взглядов зарубежных и отечественных ученых привел автора к выводу о том, что юридическое лицо – это физическое лицо (лица) в юридическом состоянии (ипостаси).

Юридическое состояние (ипостась) – сфера взаимосвязанных факторов, необходимых юридическому лицу, для того чтобы объективное право могло признать его субъектом.

Такими факторами являются: свойство физического лица вырабатывать волю (основа самостоятельного волеизъявления юридического лица); наличие имущества (необходимо для участия в хозяйственном обороте); целеполагание (основная цель, закрепленная в учредительных документах и (или) законе).

Человек в качестве физического лица является носителем множества социально-правовых функций, выполняя разные роли (родителя, мецената, учителя, стороны в договоре и т.д.), ему присуще множество потребностей, интересов, привычек, пристрастий, знаний и умений. Юридическое состояние (ипостась) ограничивает разветвленную социально-правовую структуру человека, оставляя только необходимое для существования юридического лица свойство вырабатывать волю.

Источник воли хозяйственного общества существует в форме высшего органа управления. Он образуется при создании юридического лица, его состав не избирается и не назначается, а определяется, например, в соответствии с данными реестра акционеров общества в порядке, предусмотренном ст. 51 ФЗ «Об акционерных обществах». В обществах с ограниченной ответственностью общее собрание состоит из всех участников общества, которые имеют право присутствовать на нем, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений (п. 1 ст. 32 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В свою очередь, учредители (участники) являются волевыми субстратами юридического лица, организационно упорядоченными в высший орган. Совокупность волений каждого из учредителей (участников), выраженных в процессе голосования по определенному вопросу повестки дня общего собрания, образует волю юридического лица.

В целях оптимизации процесса волеобразования и волеизъявления юридическое лицо, как самостоятельный волеспособный субъект права, создает систему органов, среди которых особое место занимает единоличный, представительный, волеизъявляющий орган.

Организация процесса реализации юридическим лицом правосубъектности через указанный орган состоит из двух стадий.

Изначально в структуре создаваемого юридического лица как системной целостности выделяется часть, через которую оно будет приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности, устанавливаются границы ее функциональности (определяется компетенция).

Согласно п. 2 ст. 52 ГК РФ и нормам специальных законов порядок управления деятельностью юридического лица, сведения о структуре и компетенции органов управления, порядок их формирования закрепляются в учредительных документах.

Так, в пункте 3 статьи 11 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» указывается, что устав акционерного общества должен содержать сведения о структуре и компетенции органов управления общества и порядок принятия ими решений.

В уставе общества с ограниченной ответственностью должны содержаться сведения о составе и компетенции органов общества (п. 2 ст. 12 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Таким образом, в учредительных документах утверждается факт наличия в структуре юридического лица органа управления, при этом законодатель не требует указания в уставе или учредительном договоре сведений о конкретном лице, которое будет осуществлять функции органа.

Избрание (назначение) такого лица относится ко второй стадии организации процесса реализации юридическим лицом правосубъектности посредством своих органов.

Выделенный в структуре юридического лица орган, являясь организационно обособленной частью, не волеспособен. Для реализации функций органа избирается или назначается соответствующее лицо, обладающее волей и способное к ее выражению.

В большинстве случаев с ним заключается трудовой договор. Как указано в ст. 273 Трудового кодекса РФ, руководитель организации – это физическое лицо, которое в соответствии с законом и учредительными документами организации осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

Юридическое лицо самостоятельно избирает (назначает), а также досрочно прекращает полномочия руководителя организации, что находит свое отражение в компетенции высшего органа управления хозяйственным обществом (подп. 4 п. 2 ст. 33, п. 1 ст. 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», подп. 8 п. 1 ст. 48, п. 3 ст. 69 ФЗ «Об акционерных обществах»). Данным образом юридическое лицо определяет источник воли, чей обладатель самостоятельно, без доверенности, будет представлять его интересы во внешних отношениях, совершать внутренние организационно-распорядительные акты управления.

Выделение органа в структуре юридического лица позволяет использовать указанный источник воли в определенном направлении, согласованном с основной целью деятельности и в рамках компетенции органа.

Вырабатываемая субъектом права (руководителем организации) воля приурочивается к определенной части (органу) юридического лица, ответственной за выполнение той или иной функции. Вместе с тем волей юридического лица она будет считаться, если соответствует его природе и реализуется в рамках компетенции органа.

Функциональность юридического лица отличается от функциональности физического (индивида) в силу своих природных свойств. Если индивид функционирует сколь угодно широким образом, то юридическое лицо, как совокупность физических лиц или лицо в юридическом состоянии (ипостаси), лишено множества свойственных только индивиду функциональных качеств: жениться, иметь детей, ходить по улице и т.д.

Разграничение функциональных свойств физического лица и юридического лица происходит по «правилу необходимости существования», которое гласит, что юридическому лицу необходимы лишь те свойства человеческой личности (физического лица), которые позволяют ему существовать, быть субъектом права.

Из указанного правила следует, что юридическое лицо может совершать только соразмерные своей природе действия, соответственно действия физического лица, выполняющего функции его части (органа) и вырабатывающего волю, должны соотноситься с объективными условиями существования юридического лица и соответствовать содержанию его правосубъектности.

Если лицо, выполняющее функции органа, совершит сделку, выходящую за пределы правоспособности, то суд может признать ее недействительной, применив ст. 173 ГК РФ, так как юридическое лицо не способно совершить такую сделку в силу своей природы.

Кроме того, волевые акты лица, выполняющего функции органа, должны совершаться в рамках его компетенции, которая определяет предмет деятельности и функциональные правомочия органа. Выход за рамки компетенции при совершении сделок влечет возможность признания их недействительными в порядке, предусмотренном ст. 174 ГК РФ.

Установление соответствия волевого действия руководителя юридического лица его правосубъектности и компетенции органа, чьи функции он выполняет, особенно важно при выяснении виновности юридического лица в административных правонарушениях и гражданско-правовых деликтах.

При определении вины юридического лица выяснению должны подлежать обстоятельства совершения руководителем противоправного деяния. Если будет установлено, что при управлении имуществом юридического лица руководитель принял решение, не входящее в компетенцию органа, или принял решение, преследуя свои личные цели, противные целям юридического лица и выходящие за рамки правоспособности, то последнее не должно из-за таких действий нести ответственность.

Разработка механизма выявления и устранения противоречий между волей и интересами юридического лица и физического лица, осуществляющего функции его органа, представляется одной из важнейших задач цивилистики.

Применение норм права также обусловлено спецификой организации процесса реализации правосубъектности юридического лица через органы управления при помощи лица, осуществляющего их функции.

В зависимости от предмета регулирования нормы права могут относиться как к лицу, выполняющему функции органа в качестве субъекта права, так и регулировать изменение функций (объема полномочий) самого органа.

В совокупности данные нормы регулируют отношения, связанные с организацией деятельности юридического лица. Так, ст. 273 Трудового кодекса РФ, ч. 3 ст. 53 ГК РФ регулируют отношения между двумя субъектами права (юридическим и физическим лицом) по поводу выполнения условий реализации лицом функций единоличного исполнительного органа. Норма ч. 3 ст. 53 ГК РФ обращена к лицу как субъекту, который самостоятельно формирует и выражает свою волю и, выполняя функции органа, может причинить юридическому лицу убытки. Данное лицо, в силу закона или учредительных документов юридического лица, выступающего от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица, добросовестно и разумно.

К лицу, выполняющему функции органа, относятся нормы п. 4 ст. 18, п. 2.1 ст. 19, п. 2 ст. 31.1, п. 1 ст. 44, п. 1 ст. 45, п. 2 ст. 47 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и другие нормы.

Нормы п. 2 ст. 12, п. 3 ст. 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» обращены непосредственно к органу как структурному элементу юридического лица. Данные нормы устанавливают состав и компетенцию органа, в рамках которой должна реализовываться воля лица, избранного для осуществления функций органа.

Различие органа и лица, выполняющего его функции, необходимо учитывать и при прекращении полномочий единоличного исполнительного органа. Лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, не вправе без доверенности действовать от имени общества.

Вместе с тем прекращение полномочий конкретного лица (руководителя организации) не влечет реструктуризации органа в качестве структурной единицы юридического лица и недействительности совершенных им сделок.

Наличие или отсутствие лица, выполняющего функции органа, не меняет существа и предназначения органа, через который определяется область деятельности данного лица и реализуется правосубъектность юридического лица.

Являясь структурным элементом, частью, через которую юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности, орган не становится его представителем. Соответственно лицо, выполняющее функции органа, также не является представителем юридического лица, реализуя свои полномочия не на основании доверенности в соответствии со ст. 182 ГК РФ, а в силу факта избрания (назначения).

В действующем законодательстве требуют уточнения формулировки норм, изложенных по примеру п. 1 ст. 44 «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно которому единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Данная норма явно относится не к органу юридического лица, а к лицу, выполняющему функции органа.

Таким образом, единоличный исполнительный орган и лицо, выполняющее его функции, суть разные правовые явления, во взаимодействии обеспечивающие реализацию правосубъектности хозяйственного общества, что необходимо учитывать при изложении норм законов, не допуская терминологического и логического смешения данных понятий.

Библиографический список

  1. Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. Понятие, виды, государственные юридические лица М.: Юрид. изд-во Минюста СССР, 1947. 364 с.
  2. Зайцева В.В. Юридические лица // Гражданское и торговое право капиталистических государств / отв. ред. Е.А. Васильев. М.: Междунар. отношения, 1993. 560 с.
  3. Зинченко С., Казачанский С., Зинченко О. Спорные вопросы правового статуса органов управления общества с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. 1999. №7. С. 42–48.
  4. Концепция развития законодательства о юридических лицах // Вестн. гражданского права. 2009. № 2. С. 6–98.
  5. Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица: очерк истории и теории. М.: Статут, 2003. 318 с.
  6. Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами: правовой аспект. М.: Дело, 2001. 360 с.
  7. Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. М.: Статут, 2000. 299 с.
  8. Черепахин Б. Б. Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 2001. 479 с.
  9. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. М.: Статут, 2003. Т. 1. 480 с.
  10. Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. Т. 1, полутом 1 / пер. с нем. И.Б. Новицкого, Г.Н. Поляниной, В.А. Альтшулера; под ред. Д.М. Ген­кина, И.Б. Новицкого. М.: Иностр. лит., 1949. 436 с.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.