УДК 347.4

К ВОПРОСУ О НЕКОТОРЫХ ПРИНЦИПАХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОГО ПРАВА

Н.Ю. Голубева

Кандидат юридических наук, доцент, докторант кафедры гражданского права Национальный университет «Одесская юридическая академия»
650009, Украина, г. Одесса, ул. Пионерская, 2
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

В статье рассмотрены особенности реализации в обязательственных отношениях принципов добросовестности, разумности и справедливости: они приобретают различное значение и содержание в зависимости от того, кому направлены требования их соблюдения. Рассмотрены принцип реального исполнения обязательства, а также вопрос о необходимости выделения отдельных принципов экономичности исполнения обязательства и делового сотрудничества, на который был дан отрицательный ответ на примере отдельных видов обязательств.


 Ключевые слова: принципы; обязательственное право; исполнение обязательств; принципы добросовестности; справедливости, разумности; принцип экономичности; принцип делового сотрудничества

 

ГК Украины в статье 3 впервые закрепил общие начала гражданского законодательства: 1) недопустимость своевольного вмешательства в сферу личной жизни человека; 2) недопустимость лишения права собственности, кроме случаев, установленных Конституцией Украины и законом; 3) свобода договора; 4) свободу предпринимательской деятельности, которая не запрещена законом; 5) судебную защиту гражданского права и интереса; 6) справедливость, добросовестность и разумность.

Среди названных начал/принципов гражданского права некоторые также распространяются на обязательственные правоотношения с особенностями, которые характерны для обязательственного права.

В части 3 статьи 509 ГК Украины дублируются некоторые принципы гражданского законодательства: «обязательство должно основываться на принципах добросовестности, разумности и справедливости» (хотя законодатель меняет их местами, в результате чего справедливость оказалась на последнем месте, что, думаем, не означает их степени значимости в зависимости от места расположения).

Стоит обратить внимание на следующий нюанс. В статье 3 ГК Украины справедливость, добросовестность и разумность названы началами гражданского законодательства. Это ориентир для всех законодательных гражданско-правовых актов. А в статье 509 ГК Украины указано, что обязательство должно основываться на принципах добросовестности, разумности и справедливости. Т.е., если статья 3 ГК Украины выдвигает требование законодательству отвечать соответствующим началам, то в статье 509 ГК Украины уже конкретное обязательственное отношение должно основываться на этих принципах. Считаем, что частично адресат в этих случаях отличается: в первом случае – тот, кто создает гражданское законодательство, то есть это требования к самим правовым актам; во втором случае – это, во-первых, те, кто вступают в обязательство, его создают; во-вторых, те, кто будет толковать содержание обязательства, надлежащее его выполнение и действительность, последствия прекращения в будущем (т.е. это требования и к судебному решению).

С точки зрения того, кому направлены соответствующие принципы, должно определяться их разное содержание.

В смысле статьи 3 ГК Украины добросовестность означает стремление добросовестно защитить гражданские права и обеспечить выполнение гражданских обязанностей; справедливость означает определение нормой права объема, предела осуществления защиты гражданских прав и обязанностей лица адекватно ее отношению к требованиям правовых норм; а разумность – это взвешенное решение вопросов регулирования гражданских отношений с учетом интересов всех его участников.

В смысле статьи 509 ГК Украины соответствующие принципы будут рассмотрены далее. Появление принципов разумности, справедливости и добросовестности связывается с пониманием сначала учеными, а потом законодателем, что даже наиболее совершенное гражданское законодательство не может учесть всю многогранность гражданско-правовых отношений, которые подлежат урегулированию.

При позитивном влиянии на развитие гражданского права названных принципов многие ученые отмечают, что использование оценочных категорий приводит к расширению области применения субъективного судейского усмотрения. Судей подозревают в попытке выйти за рамки закона, его духа при толковании разных жизненных ситуаций. Думаем, такое недоверие суду необъективно.

Эти принципы невозможно переоценить в современном гражданском праве. Они используются: во-первых, для определения пределов допустимого осуществления субъектами гражданских прав; во-вторых, для заполнения пробелов в законодательстве. Принципы добросовестности, разумности и справедливости конкретизируются в ходе применения норм гражданского права судом (в том числе третейским) для установления содержания прав и обязанностей сторон обязательств при отсутствии прямого урегулирования отношений законом, договором, обычаями делового оборота и при невозможности использования аналогий закона и права.

Элементами содержания принципа справедливости являются эквивалентность в обмене, выполнение взятых перед контрагентом обязательств, возмещение вреда при наличии вины причинителя, воздержание от посягательств на чужое имущество, возвращение имущества собственнику, соразмерность юридической ответственности совершенному правонарушению.

ГК Украины часто требует от правоприменителей применения принципа справедливости, особенно в договорных обязательствах. Так, в соответствии со ст. 652, ч. 2 ст. 749 ГК Украины термин «справедливость» употребляется для подчеркивания необходимости придерживаться эквивалентности, соразмерности, баланса между интересами разных сторон обязательства.

Широко используется судами принцип справедливости (в совокупности с принципом разумности) в спорах о возмещении вреда, особенно морального, где принципы разумности и справедливости являются практически единственным ориентиром в определении конкретной суммы возмещения. Принимая решение в этой категории дел суды руководствуются собственным понятием о справедливости и разумности, а стороны часто возмущены присужденными суммами возмещения (причем обе стороны). Но могут ли справедливость или разумность вообще быть установленными?

Например, в постановлении Верховного Суда Украины от 19 декабря 2011 г. [2] по делу о возмещении морального вреда установлено, что Лицо-1 обратилось в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 19 апреля 1996 г. работник милиции Лицо-5 превысил свои служебные полномочия и совершил преднамеренное убийство его сына Лица-4; приговором суда от 17 апреля 2008 г. Лицо-5 признано виновным в убийстве и осуждено на 15 лет лишения свободы. Истец просил взыскать с ответчиков солидарно 3 млн грн. на возмещение морального вреда. В марте 2010 года с аналогичными исковыми требованиями к суду обратилась мать погибшего Лицо-2, просила взыскать с ответчиков солидарно 3 млн грн. на возмещение причиненного ей морального вреда.

Решением коллегии судей Высшего специализированного суда Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел от 25 мая 2011 г. постановлено возместить Лицу-1 и Лицу-2 за счет Государственного бюджета Украины путем списания Государственным казначейством Украины средств со стчета государственного бюджета по 500 тыс. грн. каждому на возмещение морального вреда, нанесенного незаконными действиями должностного лица органа государственной власти при осуществлении им своих полномочий.

Верховный Суд Украины, напротив, поддержал в своем постановлении решение первой и апелляционной инстанций, указав, что при определении размера денежного возмещения морального вреда, суды первой и апелляционной инстанций отметили, что ими учитываются глубина и длительность моральных страданий истцов, которые потеряли сына, характер действий виновного лица (совершение преднамеренного убийства), а также то, что истцы также испытали моральные страдания в связи с необходимостью дополнительных усилий по выявлению и законному наказанияюлица, виновного в смерти их сына, хотя это является обязанностью государства. Судом отмечено, что возмещение морального вреда в сумме 1 млн грн. каждому из родителей отвечает требованиям разумности и справедливости и при данных конкретных обстоятельствах не может считаться явно завышенным или чрезмерным.

Каждый, кто ознакомится с этим решением, неизбежно задаст вопрос: где предел этой разумности и справедливости и может ли этот предел вообще быть установленным? Для родственников погибшего и 1 млн грн. не возместит тех страданий, какие они испытали и будут испытывать всю жизнь от потери сына, а другие, возможно, посчитают справедливой сумму, присужденную ВССУ. В этом случае справедливость и разумность нашли свое воплощение в постановлении Верховного Суда Украины, которое не подлежит обжалованию. До того эти категории все же брались под сомнение сторонами по делу. Потому, думаем, у справедливости и разумности в этом случае не могут быть заранее заданные параметры, пределы. Справедливость и разумность никогда не станут точно измеренной математической величиной. Свою истинность они найдут только в решениях суда, которые не подлежат дальнейшему обжалованию.

Именно потому в подобных делах (о возмещении морального вреда) любому юристу сложно спрогнозировать решение суда.

И когда (в теории) говорим, что размер компенсации морального вреда должен быть справедливым, т.е. адекватным, тому объему физических и моральных страданий, которые испытал потерпевший в результате совершенного относительно него правонарушения, то должны признать, что эта «адекватность» каждый раз будет устанавливаться эксклюзивно относительно конкретного пострадавшего, конкретных обстоятельств дела, зависеть даже от, возможно, пола судьи, особенностей его характера, пережитого опыта и многих других факторов. Но какими бы ни были субъективными критерии справедливости и разумности при определении размера морального вреда, других (лучших) право не нашло, это наилучший инструментарий в руках правоприменителя.

Применение принципа справедливости в обязательственном праве является: во-первых, ориентиром в определении конкретной суммы возмещения в обязательствах возмещения морального вреда; во-вторых, ориентиром установления эквивалентности обмена в возмездных договорных обязательствах; в-третьих, восполнением имеющихся в праве пробелов; в-четвертых, средством, с помощью которого нивелируется влияние слишком суровых последствий норм гражданского законодательства относительно конкретного правоотношения.

Принцип добросовестности в обязательственном праве предусматривает добросовестное и честное поведение субъектов при выполнении своих субъективных обязанностей в осуществлении своих субъективных прав в обязательственных правоотношениях.

Принцип добросовестности в договорных обязательствах был предметом отдельного диссертационного исследования в украинской цивилистике [4]. Особенности реализации принципа добросовестности в недоговорных обязательствах останется актуальной проблемой.

Добросовестность в недоговорных обязательствах проявляется по-разному. Если мы говорим о недоговорных регулятивных обязательствах, то, как и в договорных обязательствах, принцип добросовестности здесь действует от возникновения обязательства до его прекращения и предусматривает добросовестное поведение субъектов как при инициации возникновения обязательства, так и при выполнении своих субъективных обязанностей и осуществлении своих субъективных прав. Так, при объявлении конкурса лицо должно действительно желать его провести, выплатить вознаграждение, а не, например, лишь ознакомиться с новыми идеями в соответствующей отрасли для дальнейшего их использования в своей деятельности, а конкурсную процедуру не завершить по тем или другими причинам.

Если мы говорим об обязательстве возмещения вреда, то на первый взгляд кажется, что добросовестность здесь при возникновении обязательства не играет никакой роли, ее вообще нет, ведь обязательства возмещения вреда возникают из неправомерного действия. Но требование добросовестности, считаем, предъявляется к потерпевшему. Так, в соответствии со ст. 1193 ГК Украины, вред, нанесенный потерпевшему в результате его умысла, не возмещается. Если грубая неосторожность потерпевшего способствовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего (а в случае вины лица, которая нанесла вред, - также в зависимости от степени его вины) размер возмещения уменьшается, если иное не установлено законом. В последнем случае добросовестность потерпевшего влияет на определение размера возмещения.

Не требуется добросовестности при возникновении кондикционных обязательств, наоборот – выявление добросовестного поведения создает преграду для возникновения обязательства. В соответствии со ст. 1215 ГК Украины «не подлежит возвращению безосновательно приобретенные: заработная плата … другие денежные суммы, предоставленные физическому лицу как средство к существованию, если их выплата проведена физическим или юридическим лицом добровольно, при отсутствии счетной ошибки с ее стороны и недобросовестности со стороны приобретателя». То есть требование добросовестности обращено к приобретателю в качестве преграды для возникновения кондикционных обязательств при соблюдении других условий.

Принцип разумности в праве означает соответствие поведения индивида социальному опыту, осознанность, мотивированность, обоснованность, логичность, целесообразность его поведения. Но это взгляд со стороны самого субъекта. Думаем, что для гражданского права такое определение не является верным, ведь нам необходимо установить не разумность субъекта с точки зрения соответствия его поведения уровню его собственного опыта, знаний и т.п. Нам необходимо установить разумность субъекта с точки зрения соответствия его поведения поведению «среднего человека», того абстрактного поведения, которое признается в этом обществе как «обычное» поведение в подобной ситуации человека со средним уровнем интеллекта, воспитания и т.п., что признается «эталоном поведения».

При определении принципа разумности мы сталкиваемся со специфическими терминами: «умственные способности», «умственный опыт человеческой личности», «самосознание», «свободная воля» и др., что, возможно, может нас сориентировать на то, что принцип разумности еще субъективнее, чем принцип добросовестности, но в отличие от добросовестности, которая является показателем совестливости человека, обремененного или не обремененного знанием о возможном причинении вреда другому лицу, разумность характеризует объективную сторону действий лица. Эта объективность выражается в том, что поведение лица будут соотносить с поведением «среднего человека», который имеет «средний» уровень опыта, знаний.

Разумность при заключении договора предусматривается, если же стороны ее нарушают. ГК Украины содержит конкретные санкции. Например, если стороны устанавливают слишком высокий уровень неустойки, в соответствии с ч. 3 ст. 551 ГК Украины, то размер неустойки может быть уменьшен по решению суда, если он значительно превышает размер убытков и при наличии других обстоятельств. Здесь, думаем, сталкиваются фактически два принципа обязательственного права: свобода договора и разумность. С одной стороны, стороны сами могут определить условия договора, а с другой – закон ограничивает договорную свободу иным началом/принципом – разумностью.

В случаях возмещения морального вреда справедливость вместе с разумностью являются тем критерием, которые ориентирует правоприменителя при определении соответствующих сумм возмещения морального вреда. При этом, считаем, требование справедливости ориентирует на попытку максимально полно компенсировать моральные страдания, а требование разумности адекватно нарушению возместить вред, но не в нарушение права нарушителя, ведь пострадавший не должен «обогащаться» за счет возмещения морального вреда. Во всех случаях возмещение должно носить характер адекватной (относительно обеих сторон обязательства) компенсации.

Такое же значение имеет и требование «разумности» в ст. 749, ч. 4 ст. 1193 ГК Украины. Во многих статьях обязательственного права термин «разумность» употребляется относительно сроков. Например, в ст. 564, 519, 666, 670, 672, 678, 680, 684, 688, 690, 700, 704 и др. Разумным принято считать срок, который является достаточным и обоснованным для надлежащего выполнения обязательства, который отвечает ему по существу.

Также в ГК Украины термин «разумность» употребляется для обозначения характеристик цены или оплаты. Разумность или неразумность поведения сторон или срока выполнения обязательства может быть определена только судом, при условии учета фактических обстоятельств по делу.

В рамках этой статьи также остановимся на иституционных принципах в обязательственном праве, а именно принципах исполнения обязательств. Общепризнанным принципом исполнения обязательства является принцип надлежащего исполнения, которому посвящены многочисленные исследования.

Кроме надлежащего исполнения важным принципом исполнения договорных обязательств является принцип реального исполнения, в силу которого взыскание штрафных санкций не освобождает должника от исполнения обязанностей в натуре.

Принцип надлежащего исполнения закреплен в ст. 526 ГК Украины. Принцип реального исполнения, который предусматривает исполнение обязательства в натуре, закреплен в положении, в соответствии с которым выплата неустойки и возмещение убытков в случае ненадлежащего исполнения обязательства не освобождают должника от обязательства исполнения обязательства в натуре, если другое не предусмотрено законом или договором (ч. 1 ст. 622 ГК Украины).

Думаем, что принципы надлежащего и реального исполнения не поглощаются друг другом. Принцип реального исполнения проявляется/реализуется в случае нарушения обязательства; до этого момента действия, которые совершает должник, являются надлежащим выполнением, а если он недобросовестно отнесся к своим обязанностям, встанет вопрос о возмещении убытков и их соотношении с исполнением обязательства в натуре.

Мысль о том, что принцип реального исполнения теряет свой вес в современном законодательстве, не отвечает положениям ГК Украины. В соответствии со ст. 622 ГК Украины под названием «Ответственность и выполнение обязательства в натуре» должник, который оплатил неустойку и возместил убытки, нанесенные нарушением обязательства, не освобождается от обязанности выполнить обязательство в натуре, если иное не установлено договором или законом (ч. 1).

Таким образом, даже полное возмещение убытков и неустойки не ведут к прекращению обязательства. Прекращение обязательства влечет лишь выполнение обязательства в натуре, кроме случаев, если кредитор отказался от принятия выполнения или отказался от договора при обстоятельствах, указанных в ч. 2 и 3 ст. 622 ГК Украины.

Вопрос справедливости такого законодательного решения не входит в тему нашего исследования, потому укажем только, что говорить о потере принципом реального выполнения обязательства своего значения в современном законодательстве Украины еще рано. Чего нельзя сказать о российском законодательстве, ведь аналогичная норма (ст. 396) ГК РФ имеет совсем другую формулировку: «…уплата неустойки и возмещение убытков в случае ненадлежащего исполнения обязательства не освобождают должника от исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено законом или договором» (ч. 1); «возмещение убытков в случае неисполнения обязательства и уплата неустойки за его неисполнение освобождают должника от исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено законом или договором» (ч. 2).

Таким образом, по ГК РФ, различаются ситуации, когда обязательство ненадлежаще исполнено или не исполнено вообще. Если обязательство ненадлежаще исполнено (но не не исполнено вообще), то последствия такие же, как и в случае нарушения обязательства, по ГК Украины; если же обязательство не выполнено, то оно прекращает обязательство, если убытки возмещены и неустойка выплачена. Формулировка же ст. 622 ГК Украины объединяет и неисполнение обязательства и ненадлежащее исполнение обязательства под одним термином «нарушение обязательства» с одинаковыми правовыми последствиями. Этот вывод подтверждает и ст. 610 ГК Украины, которая указывает, что нарушением обязательства является его неисполнение или исполнение с нарушением условий, определенных содержанием обязательства (ненадлежащее исполнение).

Следующий принцип исполнения обязательств – принцип недопустимости одностороннего отказа от обязательства, кроме случаев, когда иное предусмотрено договором или законом (ст. 525 ГК Украины), введен для сохранения стабильности гражданского оборота. Так, ГК Украины позволяет сторонам отказаться в одностороннем порядке от: фидуциарных договоров поручения (ст. 1008); комиссии (ст. 1025); дарения (ст. 724); а также некоторых других договоров: найма (ст. 782); подряда (ст. 849) и т.п.; от обязательства, если в результате просрочки должника выполнение потеряло интерес для кредитора (ч. 3 ст. 612). Стороны по своему желанию могут установить правило о возможности одностороннего отказа от обязательства или одностороннего изменения его условий. Так, отказ от обязательства возможен и по договоренности сторон (ч. 1 ст. 604), в частности при замене первоначального обязательства новым обязательством между теми же сторонами (ч. 2 ст. 604), а также в случае отступного (ст. 600).

Кроме того, ст. 611, 615 ГК Украины позволяют отказаться от обязательства как правовое последствие нарушения обязательства контрагентом. В статьях 611 и 615 ГК Украины имеется в виду общее право на односторонний отказ от обязательства в случае нарушения обязательства, однако не во всех без исключения случаях, а только в тех случаях, которые обусловлены договором или установлены в законе. То есть речь идет о том, что если в договоре не предусмотрена возможность отказа от обязательства в результате его нарушения одной из сторон, то лицо может отказаться от обязательства в тех же случаях, что и при «обычном» отказе от обязательства, т.е. когда нет нарушения обязательства. Разница одностороннего отказа от обязательства без нарушения и в результате нарушения будет только одна. В случае нарушения обязательства отказ (полный или частичный) пострадавшей стороны от обязательства не освобождает нарушителя от ответственности (возмещение убытков, морального вреда, уплаты неустойки), если сторона, которая нарушила обязательство, является виновной в его нарушении (ст. 614 ГК Украины).

В соответствии со следующим принципом исполнения обязательства – принципом делового сотрудничества – должник имеет право рассчитывать на такое содействие со стороны кредитора, которое прямо не установлено законом или договором, однако без него невозможно надлежащее исполнение обязательства должником и оно может быть предоставлено ему без убытка для кредитора. Этот принцип также называют принципом сотрудничества между сторонами, принципом взаимной помощи или принципом взаимного содействия [3, с. 59–63].

Обязанность по сотрудничеству носит юридический характер. В случае возникновения спора должник полностью может сослаться на отсутствие необходимой помощи кредитора как причину неисполнения или ненадлежащего исполнения договора [5, с. 92].

С указанной позицией лишь частично соглашается С. Бервено. По его мнению, нет достаточных оснований для выделения в договорном праве взаимного сотрудничества сторон как самостоятельного принципа. Конечно, нельзя отрицать тот факт, что такое сотрудничество существует в договорных правоотношениях и закрепляется в отдельных нормах. Например, стороны активно сотрудничают на стадии заключения договора с целью согласования условий, а также на стадии исполнения договора с целью внесения в него изменений и дополнений. Однако такое сотрудничество так или иначе направлено на достижение максимально экономически выгодного результата, на рациональное и эффективное выполнение договорных условий. Ученый определяет тесную взаимосвязанность категории экономичности и сотрудничества сторон в договорном обязательстве, а следовательно, по его мнению, можно вести речь о функционировании единственного принципа экономичности и сотрудничества сторон [1, с. 33].

Замечания ученого частично справедливы относительно потери принципом сотрудничества между сторонами самостоятельного значения. Но, думаем, что этот принцип поглощается другим принципом – справедливости, ведь его содержание состоит в том, что стороны приходят к справедливому поведению относительно другой стороны, потому справедливость поглощает необходимость сотрудничества между сторонами. Сотрудничество между сторонами – это одна из сторон справедливости, реализация справедливости.

Кроме того, реализация принципа справедливости приводит к справедливой, с учетом этичных и других моральных аспектов, оценке судом поведения субъектов обязательственного правоотношения. Поэтому должник, который обратился в суд, если, по его мнению, он не получил содействия со стороны кредитора (которое прямо не установлено законом или договором, однако без него невозможно надлежащее выполнение обязательства должником и оно может быть предоставлено ему без убытка для кредитора), будет защищен судом, если для этого есть основания именно с позиции справедливости.

Относительно принципа экономичности (каждая из сторон должна исполнить свои обязанности наиболее экономическим образом, т.е. с наименьшими расходами), думаем, что он поглощается принципом надлежащего выполнения. Считаем, что законодатель ни в одной норме ГК Украины не требует от должника сверхприлежности, должник должен исполнить свои обязанности «в соответствии с условиями договора и требований этого Кодекса, других актов гражданского законодательства, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или других требований, которые обычно ставятся» (ст. 526 ГК Украины). Он должен вести себя как «средний человек», кроме случаев, когда условиями договора предусмотрено или вытекает из сути договора особенная квалификация должника. Но и в этом случае исполнение обязательства квалифицированнее, добротнее, чем в иных случаях предусмотрено договором, а потому выполнение его на меньшем уровне является ненадлежащим.

Особенно это проявляется в договоре комиссии. В соответствии с ч. 1 ст. 1014 ГК Украины, комиссионер должен осуществить обусловленную договором сделку в точном соответствии с указаниями комитента и на наиболее выгодных для комитента условиях.

Указание на обязанность комиссионера выполнять поручение на наиболее выгодных для комитента условиях подчеркивает, что функцию комиссионера, как правило, осуществляет лицо, которое владеет соответствующими знаниями и навыками в области приобретения и реализации имущества. Комиссионер обычно получает от комитента информацию об условиях, на которых он считал бы сделку для себя выгодной, но комиссионер обязан принять меры к осуществлению сделки на наиболее выгодных для комитента условиях, т.е. в конечном итоге наиболее экономично выполнить задание, ведь чем выше квалификация исполнителя, тем более экономично он может осуществить исполнение без потери качества. Здесь экономичное выполнение поручения является составляющей надлежащего выполнения, а потому последствия несоблюдения этого условия такие же, как и в иных случаях нарушения обязательства (обычно учитывается много факторов, которые не являются предметом нашего исследования).

В подтверждением того, что ГК Украины не придает принципу экономичности самостоятельного значения, приведем ч. 2 ст. 1014: если комиссионер совершил сделку на условиях более выгодных, чем те, которые были определены комитентом, дополнительно полученная выгода принадлежит комитенту.

То есть экономичность осуществления поручения никак не стимулируется. Комиссионер, который заключил соглашение на более выгодных условиях, чем те, которые отмечены комитентом, не вправе претендовать на дополнительное вознаграждение сверх сумм комиссионного вознаграждения. В этом случае всю выгоду получает комитент. Относительно договора комиссии выгода понимается как превышение суммы, вырученной за реализацию имущества комитента, по сравнению с условиями, обозначенными комитентом. Однако, считаем, что справедливее к комиссионеру была бы норма, которая бы предоставляла возможность в случае, если он заключил сделку на более выгодных условиях, выгоду делить поровну (или в других пропорциях). Эта норма будет способствовать стимулированию деятельности комиссионера, поскольку такая выгода могла быть извлечена в результате его безукоризненной репутации, нововведений и др.

В подтверждение действия принципа экономичности в литературе часто приводят следующий пример: в соответствии со ст. 845 ГК Украины, подрядчик имеет право на экономное ведение работ при условии обеспечения надлежащего их качества. Стороны могут договориться о распределении между ними экономии, полученной подрядчиком.

В статье четко говорится о том, что на бережливость подрядчик «имеет право», т.е. обычно (в других договорах) это не является правилом, а здесь законодатель подчеркивает: «подрядчик имеет право». Тем больше, что эта норма существует для того, чтобы урегулировать обычную ситуацию в этом виде договоров. В подрядных договорах часто возникают ситуации, когда ресурсы сэкономлены в силу того, что заранее не всегда можно определить стоимость работ, ведь работа, как правило, является индивидуальной, результат нетипизированным, а в условиях когда подрядчик выполняет работу из своих материалов и своими средствами и при наличии твердой сметы, отсутствие соответствующей нормы в законодательстве вело бы к ненужным спорам.

Обратим внимание: в договоре комиссии, чтобы не было споров, законодатель специально заметил, что экономию забирает комитент, а не комиссионер, как бы это было логично допустить по аналогии с договором подряда (кто сэкономил – тот получил).

В литературе указывается, что элементы экономичности присутствуют и в других статьях, которые предусматривают: а) возможность привлечения к исполнению договора подряда субподрядчика (ст. 838 ГК Украины); б) распределение выполнения работ из материалов подрядчика или заказчика (ст. ст. 839, 840 ГК Украины); в) определение цены в смете (ст. 844 ГК Украины); г) обстоятельства, о которых подрядчик обязан сообщать заказчику (ст. 847 ГК Украины); г) права заказчика в случае нарушения подрядчиком договора подряда (ст. 852 ГК Украины); д) право подрядчика продать выполненную работу в случае уклонения заказчика от ее принятия (ст. 853 ГК Украины) [1, с. 33].

Но все эти нормы являются типичными именно для подрядных договоров, в которых, как уже указывалось, работа, как правило, является индивидуальной, результат нетипизированным. Их существование предопределено именно для урегулирования этого особенного договора, соблюдение этих норм является составляющей надлежащего выполнения обязательства. Действует ли принцип экономичности, например, в договоре купли-продажи? Можем ли мы обвинить продавца, который выслал нам товар по заявленной и согласованной цене, а потом мы выявили, что у него был товар аналогичного качества, но более дешевый? Конечно, нет. А если тот же продавец выслал нам товар более дешевый (но не худший по качеству), но по цене того, который мы заказывали? Ведь экономию, как мы уже видели, забирает тот, кто ее осуществил (сэкономил) – подрядчик, а не заказник (покупатель в этом случае). Это же аналогичная ситуация экономии подрядчика, который выполнил работу, потратив меньше, чем указано в смете, а потом разницу в качестве экономии, в силу норм закона, если другое не предусмотрено в договоре, забирает себе. В последнем случае мы полностью соглашаемся с таким поведением подрядчика, но вряд ли потребителю понравится аналогичная ситуация с продавцом. Поэтому принцип экономичности – это не принцип обязательственного права, а индивидуальная особенность узкого круга договоров (подряда, доверительного управления и т.п.).

Таким образом, принцип сотрудничества сторон поглощается принципом справедливости, а принцип экономичности действует в ограниченном кругу договоров, потому принципом обязательственного права считаться не может.

Подытожим: строгое и точное следование требованиям права означает одновременно и воплощение в жизнь заложенных в нем принципов. Именно поэтому при решении конкретных юридических вопросов необходимо в первую очередь руководствоваться принципами права. Учитывая все эти обстоятельства, необходимо подчеркнуть также важность и актуальность данного вопроса в связи с задачами, которые стоят перед судебной системой украинского государства.

 

Библиографический список

  1. Бервено С. Система принципів договірного права за новим цивільним законодавством України // Юрид. Україна. 2005. №9. С. 30–37.

  2. державний реєстр судових рішень. URL: http://reyestr.court.gov.ua/Review/21438534 (дата обращения: 15.11.2012).

  3. Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975. С. 59–63.

  4. Павленко Д.Г. Принцип добросовісності в договірних зобов'язаннях: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Киев, 2009. 20 c.

  5. Слепенкова О.А. Принципы исполнения обязательств: некоторые проблемные аспекты // Правовая политика и правовая жизнь. 2006. №2. С. 89–93.

 

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.