УДК 347.1

МЕХАНИЗМ ОРГАНИЗАЦИИ ПРАВОВЫХ СВЯЗЕЙ ПОСРЕДСТВОМ ОРГАНИЗАЦИОННЫХ ОТНОШЕНИЙ

С.Ю. Морозов

Кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой гражданского права и процесса, декан юридического факультета
Ульяновский государственный университет
432072, г. Ульяновск, Львовский бульвар, 5
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Статья посвящена определению роли, места и функций организационного правоотношения в механизме правового регулирования. Организационное отношение при этом рассматривается как деятельностное образование. Анализируется понятие организованности гражданского правоотношения. Особое внимание уделено такому звену механизма правового регулирования, как «организационное правоотношение – организуемое правоотношение». Доказывается, что механизм правового регулирования поведения субъектов посредством организационного договора обладает существенной спецификой. Рассмотрены стадии механизма организации отношений сторон посредством организационного договора.


 Ключевые слова: организационное правоотношение; механизм правового регулирования; организованность правовых связей; организационный договор

Механизм организации правовых связей предполагает установленную и внутренне согласованную последовательность применения правовых средств. Его задача – обеспечить достижение поставленной цели, т.е. добиться состояния организованности. С организационной точки зрения решение задачи независимо от ее конкретного содержания, будь то право, политика, экономика и т.п., сводится прежде всего к построению разного сочетания элементов, которое соответствовало бы наилучшему способу достижения поставленной цели [5, c. 415]. При этом организационный процесс «должен осуществляться без задержек, излишних временных разрывов и не выходить за пределы определенных временных границ» [5, c. 215]. На это же обстоятельство обращает внимание и Б.И. Пугинский, по мнению которого состояние организованности предполагает устранение либо сокращение временных разрывов между этапами работ или отдельными операциями и позволяет сделать деятельность по возможности непрерывной [13, c. 46].

Однако результатом организации является не только непрерывность деятельности. Имущественное правоотношение явление системное, которому свойственна определенная структура, отражающая определенные взаимосвязи, взаиморасположение элементов системы, ее устройство, строение. Необходимость в организации такой системы возникает тогда, когда наличная комбинация элементов и связей не удовлетворяет организаторов – субъектов организационного правоотношения. «Решение» организационной задачи сводится к установлению такого сочетания правовых связей между субъектами имущественного отношения, когда результат их взаимосвязанной деятельности становится больше, чем сумма результатов деятельности каждого в отдельности. Поэтому состояние организованности правоотношения подразумевает выработку таких правил поведения, которые посредством установления правовых связей позволяют сложить «активности», т.е. полезные усилия субъектов, наиболее оптимальным и эффективным образом. Следовательно, помимо непрерывности организованность правоотношения предполагает эффективное сочетание правовых связей.

Эффективность правовых связей может быть достигнута только тогда, когда будут устранены препятствия в организации правоотношений. Выявление и ликвидация вредных для организационного процесса помех является необходимой стадией механизма организации.

Цивилистика, да и правовая наука в целом, активно пользуется понятием «механизм» для объяснения функционирования и развития тех либо иных правовых явлений. Вообще, слово «механизм» обозначает систему, внутреннее устройство, определяющее порядок какого-либо вида деятельности, процесса [12, c. 300]. В юридической литературе можно встретить различные виды правовых механизмов. Примером могут служить такие категории, как «механизм правотворчества» [16], «механизм осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей» [6, c. 69–115], «механизм правового регулирования» [4, c. 371–372], «механизм правореализации» [8], «механизм защиты субъективных прав» [7, c. 195], «механизм возникновения права собственности» [17, c. 3–31] и др.

Рассмотрение механизма организации правовых связей посредством организационного правоотношения может опираться на выработанное в юридической науке понятие «механизм правового регулирования» (далее – МПР). При этом следует определить роль и место организационного правоотношения в МПР, порядок воздействия на организуемые правоотношения. Особое внимание следует уделить такому звену МПР, как «организационное правоотношение – организуемое правоотношение». Детальное исследование работы этого звена позволит остановиться на особенностях применения в механизме различных организационных правоотношений в зависимости от их специфики. В частности, особенностями правового воздействия обладают внутренние элементарные правоотношения, интегрированные в структурно сложное правоотношение, а также обязательства, возникающие из гражданско-правовых организационных договоров.

Итак, начнем исследование с определения роли, места и функций организационного правоотношения в МПР. Под механизмом правового регулирования следует понимать систему юридических средств, организованных наиболее последовательным образом в целях упорядочения общественных отношений, содействия удовлетворению интересов субъектов права. Как отмечал Л.С. Явич, «право ничто, если его положения не находят своей реализации в деятельности людей и их организаций, в общественных отношениях. Нельзя понять право, если отвлечься от механизма его реализации в жизни общества» [19, c. 20]. Впервые системный взгляд на МПР был изложен в работе С.С. Алексеева «Механизм правового регулирования в социалистическом государстве» [2, c. 50–57]. Автор выделил следующие стадии и элементы МПР:

1) на первой стадии регламентируются общественные отношения, нуждающиеся в правовом опосредовании [2, c. 35]. В качестве элементов данной стадии обозначаются правовые нормы;

2) вторая стадия обозначена как «действие юридических норм, в результате которых возникают или изменяются правовые отношения» [2, c. 35]. Этой стадии соответствуют такие элементы, как правоотношения;

3) на третьей стадии происходит реализация прав и обязанностей.

Данные положения легли в основу множества трудов, посвященных исследованию МПР. В результате чаще всего называются следующие элементы МПР: нормы права, юридический факт или фактический состав с таким решающим фактом, как организационно-исполнительный правоприменительный акт, правоотношение, акты реализации прав и обязанностей, охранительный правоприменительный акт [11, c. 119]. Вместе с тем Е.В. Вавилин справедливо отмечает, что «исследователи далеки от единодушия в его понимании, а также в определении его основных и факультативных структурных элементов» [6, c. 75]. Данное обстоятельство предоставляет некоторую свободу в обосновании стадий и элементов МПР с точки зрения исследуемой проблематики.

Итак, на первой стадии происходит регламентация общественных отношений. В нашем случае в качестве особенности данной стадии следует назвать выступление в качестве средств правового воздействия здесь не только норм права, предназначенных для регулирования имущественных либо неимущественных отношений, но и правовых норм, регулирующих организационные отношения. Различие этих норм обусловливает неодинаковый характер, регулируемых ими гражданско-правовых отношений. Можно привести массу примеров, когда нормы гражданского права направлены на регулирование организационных отношений. Так, согласно положениям ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Выдача доверенности еще не порождает имущественного правоотношения. Представляемого и представителя связывают организационные правоотношения, без которых зачастую не может возникнуть и нормально развиваться правоотношение имущественного характера.

Статьей 429 ГК РФ предусмотрено, что по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Положения названной статьи направлены на регулирование организационных отношений. Еще один пример мы можем обнаружить в ст. 435 ГК РФ, согласно которой офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта связывает направившее ее лицо с момента ее получения адресатом. Таким образом, между оферентом и акцептантом с момента получения оферты возникает относительное организационное правоотношение, направленное на организацию возникновения иного гражданско-правового договора.

Статьи 447–449 ГК РФ посвящены заключению договора на торгах. При этом согласно п. 5 ст. 448 ГК РФ лицо, выигравшее торги, и организатор торгов подписывают в день проведения аукциона или конкурса протокол о результатах торгов, который имеет силу договора. В данном случае организационные правоотношения по организации и проведению торгов имеют неимущественный характер и направленность на организацию заключения гражданско-правового договора.

Примеры нормативного регулирования организационных отношений можно продолжать (ст. 2, 3, 18 ФЗ «О лотереях», ст. 52, 89–92 ФЗ «Об акционерных обществах», ст. 230, 791, 798, 799 ГК РФ и др.). Следует отметить, что заложенные в таких нормах правила распространяются не только на участников организационного правоотношения, но и в большинстве случаев на участников организуемого (имущественного либо личного неимущественного) правоотношения. Исключение составляют случаи, когда с момента возникновения организуемого правоотношения организационное правоотношение прекращает свое существование.

В вышеперечисленных и им подобных нормах обозначены юридические факты, которые обеспечивают переход ко второй стадии МПР и приводят в действие сами нормы права. Примерами могут служить выдача доверенности, заключение договоров, оглашение результатов торгов и др. С момента совершения таких юридических действий возникает гражданско-правовое организационное правоотношение. Особенностью этой стадии является то, что она осложняется дополнительным элементом. Имеется в виду, что имущественные и личные неимущественные правоотношения возникают не напрямую, а опосредованно. Иными словами, здесь налицо два взаимосвязанных элемента: «организационное правоотношение» и «организуемое правоотношение». Каждому из них кореллирует своя группа правовых норм, для возникновения любого из них требуется свой юридический факт. Причем возникают названные правоотношения последовательно одно за другим. Таким образом, организационное правоотношение является факультативным элементом данной стадии МПР.

Следует отметить, что организационное правоотношение является деятельностным образованием. Организационные отношения складываются по поводу организации иных общественных отношений. Еще до попадания в сферу правового регулирования такие отношения характеризуются наличием организационного потенциала. После правового воздействия на организационные отношения к организованности, имеющей неправовой характер, прибавляется организационный потенциал права. С учетом сказанного первые две стадии МПР выглядят следующим образом (см. рисунок).

 Особенность третьей и последующих стадий МПР предопределяется содержанием организационного правоотношения, формирующего порядок возникновения и реализации субъективных прав. По мнению С.С. Алексеева, «субъективные права, то есть правомочия, юридические возможности, которыми обладают конкретные субъекты, – это своего рода активный, узловой центр содержания права (именно как права!). К нему, этому активному, узловому центру, стягиваются все нити правового регулирования, все части правовой материи, из которых в совокупности складывается правовое содержание. И здесь – обратим внимание на данный пункт – эти самые “частицы правовой материи” предстают в виде средств юридического регулирования и правовых механизмов» [4, c. 43].

Организация правовых связей представляет собой оптимальное сочетание субъективных гражданских прав и обязанностей, которые, в свою очередь, представляют собой вид и меру возможного (должного) поведения. Само поведение является либо действием, либо бездействием. Поскольку в данном случае речь идет о правоотношении как о динамической конструкции, то бездействие пока не представляет особого интереса в целях дальнейшего исследования. Что касается действия, то под ним понимают элементарную часть процесса, обладающую качественной определенностью. Субъекты организационного правоотношения, выступая в качестве организаторов, наполняют субъективные права и обязанности субъектов организуемого правоотношения конкретным содержанием. Например, прежде чем выдать доверенность, в ней прописывают определенные действия, которые может совершать представитель. Нормы права регулируют только порядок выдачи доверенности и определяют ее форму, не определяя ее содержания. Правила проведения торгов в форме конкурса и аукциона предусмотрены ГК РФ. Вместе с тем организатор торгов определяет место и время проведения конкурса, предмет торгов, круг участников (по сути, круг возможных субъектов организуемого правоотношения) и т.п. От правильного набора и сочетания этих организационных действий правового характера зависит содержание субъективных прав и обязанностей субъектов организационного правоотношения, а иногда и сама возможность его возникновения. Правильное сочетание действий участников организационного правоотношения могут приобретать форму операций, которые представляют собой, с одной стороны, целенаправленно осуществляемую совокупность взаимосвязанных действий, с другой стороны, элементарную составляющую процесса, в ходе которой могут решаться самостоятельные задачи и обеспечиваться значимые результаты [5, c. 197]. Как указывалось выше, эффективность действий организаторов зависит не только от того, каким образом определена последовательность действий полезного характера, но и от выявления и устранения вредоносных помех (в том числе противоправных действий).

Теперь рассмотрим работу МПР в случаях, когда организационное правоотношение является элементарным и входит в состав иного сложного гражданского правоотношения. Их основной функцией в МПР является обеспечение формирования, движения и прекращения гражданских правоотношений. В данном случае особенности проявляются на второй стадии механизма. «Следует полагать, – отмечает С.С. Алексеев, – что теоретическое значение категории “механизм правового регулирования” состоит в том, что она позволяет обрисовать в движении, динамике не только все части правовой надстройки, так сказать, в крупномасштабном измерении, но и каждую из этих частей в отдельности, в том числе и правоотношения» [3, c. 67]. И с этой точки зрения элементарные организационно-правовые отношения являются средством, при помощи которого субъекты влияют на формирование сложных имущественных (личных неимущественных) правоотношений в целом, а также на их изменение и прекращение.

Несмотря на то, что здесь мы также имеем два правоотношения (организационное и организуемое), последние являются элементарными и относительно самостоятельными, поскольку являются элементами сложного имущественного или личного неимущественного правоотношения. Элементарные организационные правоотношения являются необходимым и притом специфическим элементом механизма гражданско-правового регулирования.

Механизм правового регулирования поведения субъектов посредством организационного договора обладает существенной спецификой. Его нельзя отождествлять с механизмом правового регулирования, объясняющего, каким образом обеспечивается воздействие правовых норм на определенные общественные отношения. «Самостоятельность и инициативность субъектов, их автономия в постановке целей и выборе путей их реализации, – отмечает А.И. Кофанов, – требует более сложного механизма правового регулирования, нежели простое наложение “правовых пут” на регулируемые отношения» [9, c. 127]. Договорное регулирование осуществляется не с момента реализации правовых норм о договорах, а с момента заключения договора и в процессе его исполнения. Поэтому механизм договорного регулирования требует отдельного исследования, особенно в тех случаях, когда речь идет об организационных договорах.

В юридической литературе высказывалось мнение о том, что непосредственной целью организационного договора является создание эффективно действующего механизма, в рамках которого будут возникать, развиваться и прекращаться имущественные отношения его сторон [14, c. 52–53]. Однако сам механизм не раскрывался. Попробуем рассмотреть основные стадии механизма организации отношений сторон посредством организационного договора. В данном случае более подробно, так сказать, на «микроуровне», рассматривается работа звена «организационный договор» -«организуемый договор».

Первая стадия – осознание сторонами договора необходимости вступления в договорные отношения и определение порядка заключения организационного договора. На наш взгляд, заключая организационный договор, стороны стремятся достичь желаемого состояния правовой связанности (юридически выражаемой организованности) в ином договорном отношении. Ставя перед собой такую цель, стороны добровольно соглашаются на определенные ограничения свободы своих действий, полагая получить взамен уверенность в том, что приобретают возможность достижения целей будущих имущественных отношений.

Происходит определение порядка заключения организационного договора: определение формы, в которой должен быть заключен договор, порядок направления оферты, порядок акцепта. Поскольку организационные договоры заключаются в письменной форме, субъекты по своему усмотрению могут оформить соглашение нотариально либо ограничиться простой письменной формой. Законодательство в большинстве случаев предоставляет сторонам право исключительно по своему усмотрению выбирать один из способов соблюдения письменной формы: 1) составление единого документа; 2) объем документами, в т.ч. телеграммами, факсами и т.п.; 3) акцепт письменной оферты конклюдентными действиями.

Вторая стадия – согласование условий организационного договора, которая заканчивается заключением договора. Поскольку организационный договор имеет целевую и функциональную общность с организуемыми договорами имущественного характера, имеется взаимообусловленность договорных условий организационного и организуемого договоров.

Первый блок условий представляет свод правил поведения участников организуемого договора относительно порядка его заключения. Например, в соответствии с п.12 правил централизованного вывоза (завоза) грузов с железнодорожных станций, расположенных на территории Российской Федерации, выполняемого транспортно-экспедиционными предприятиями, утвержденных письмом от 14 мая 1993 г. №С-405у/АК-7/ЦМ-180, нормы времени на передачу грузов, погрузку или разгрузку автомобилей (автопоездов) устанавливаются договором (отдельным приложением к договору) на выполнение централизованного вывоза (завоза) грузов с железнодорожных станций и погрузочно-разгрузочные работы на этих перевозках. Таким образом, в рамочном договоре на централизованный завоз (вывоз) определяется порядок заключения реального договора перевозки грузов, а именно порядок передачи груза перевозчику, т.е. вручения вещи. Определяя в организационном договоренормы времени на оформление транспортной накладной, стороны также устанавливают индивидуальные правила заключения организуемого имущественного договора.В этом же договоре может быть установлен порядок подачи заявки на отправление грузов, оформление разрешения (визы) на завоз грузов.

Второй блок согласуемых условий включает в себя правила исполнения организуемого договора его участниками. Наиболее высоким регулятивным потенциалом в этом плане обладают долгосрочные организационные договоры. Так, в договоре на централизованный завоз (вывоз) согласуются:

  • режим погрузки и выгрузки грузов станцией железной дороги;

  • перечень грузов, которые не подлежат завозу (вывозу) экспедитором;

  • обстоятельства, исключающие взаимную ответственность;

  • ориентировочный объем вывоза грузов по окончании перевозки;

  • нормы времени на оформление документов, погрузку контейнера на автомобиль, вывоз груза получателю, выгрузку груза из контейнера, доставку контейнера грузополучателю, загрузку груза в контейнер, завоз на станцию, сдачу контейнера станции, выгрузку контейнера с автомобиля на контейнерную площадку;

  • порядок и время раскредитования и передачи железнодорожных накладных и других документов на прибывшие грузы;

  • стоимость простоя грузчиков и подъемно – транспортных машин;

  • другие условия.

Стороны организационного соглашения устанавливают необходимую последовательность гражданско-правовых сделок, совершение которых ведет к исполнению имущественного договора.

Данная стадия отражает сущность гражданско-правового договора как соглашения, направленного на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Здесь проявляется регулятивный потенциал договора, а сам договор рассматривается как ненормативный правовой регулятор. В последнее время в литературе появляются совершенно справедливые замечания, касающиеся недооценки регулятивного потенциала договора. Так, И.В. Цветков сетует: «Обусловленные регулятивно-синергетической функцией свойства договора хорошо изучены зарубежными исследователями. В России до сих пор на эти свойства договора серьезного внимания не обращается. Отсюда и удручающие результаты практического применения договорных инструментов в отечественной экономике» [15, c. 7]. Л.И. Шевченко также отмечает, что в результате рассмотрения некоторыми учеными договора как средства воспроизведения требований законодательства «договор оказывался частью механизма нормативного регулирования, а его содержание – отражением установлений закона. Соответственно, саморегулирование в таком случае осуществляется договорными контрагентами хотя и путем согласования встречных волеизъявлений, но не по произвольному усмотрению, не в отрыве от нормативно-правовой регламентации, а строго следуя нормативным предписаниям» [18, c. 15].

Вести речь о гражданско-правовом договоре как о средстве самоорганизации позволяет тот факт, что он представляет собой открытую неравновесную систему. Выше отмечалась роль гражданско-правового договора в самоорганизации экономических отношений, когда использование множества разнонаправленных договоров позволяют перейти экономические отношения из состояния хаоса в состояние упорядоченности. Однако не только система общественных отношений может быть подвержена самоорганизации с помощью гражданско-правовых соглашений, но и сам договор представляет собой самоорганизующуюся систему. На этот факт в науке гражданского права до сегодняшнего момента не обращал внимания никто.

Процесс самоорганизации систем с относительно небольшим количеством организуемых элементов принято называть синкретическим, а не синергетическим. О том, что гражданско-правовой договор относится именно к этому типу систем, свидетельствуют следующие факты.

Во-первых, это открытая система, элементами которой являются стороны договора и выработанные ими правила поведения, находящие свое выражение в договорных условиях. Открытыми называют системы, которые не изолированы от внешней среды и получают из нее достаточное количество энергии для перехода в качественно новое организационное состояние. Поскольку стороны договора с точки зрения биологии являются живыми организмами, то они способны не только потреблять энергию из внешней среды, но и передавать эту энергию системе. Формирование воли индивидов основывается на психических процессах, происходящих внутри людей. Право на эти процессы воздействовать не может. Вместе с тем процесс согласования воли может происходить в правовых рамках. Договорная система получает постоянную подпитку за счет жизненной энергии субъектов.

Во-вторых, процесс формирования договорных условий зависит от множества случайных факторов, которые связаны с условиями жизнедеятельности договаривающихся субъектов. Совокупность этих хаотичных факторов может привести договорную систему в состояние максимального неравновесия.

В-третьих, согласование воли сторон по определенному договорному условию представляет собой выбор одного из нескольких вариантов поведения. Вступая в договор, стороны могут исходить из различных, а порой и противоположных друг другу интересов. Так, вступая в договор купли-продажи, продавец желает получить имущество по наиболее низкой цене, а продавец хочет получить как можно больше денежных средств от проданной вещи. Тем не менее они объединены общей договорной целью, которую можно считать правовым аттрактором развития договорной системы. Процесс формирования договорной системы можно представить как поэтапное согласование договорных условий. Каждое согласованное условие представляет собой преодоление противоречий интересов сторон, что приводит взаимоотношения участников договора в качественно новое состояние. Согласование условий происходит в точках максимального неравновесия системы, когда каждая из сторон готова максимально пожертвовать своими интересами. Точки максимального неравновесия именуются точками бифуркации. Именно в них легче всего происходит выбор одного из нескольких вариантов развития системы. Понять это состояние позволяет аналогия с перевернутым маятником. Достаточно очень незначительного усилия для того, чтобы маятник упал в ту или иную сторону. То же самое происходит при формировании договорных условий. Например, в начале процесса преодоления противоречий сторон по поводу срока поставки товара «торг» идет в достаточно большом диапазоне (например, в годах). По мере достижения соглашения спор идет уже о более мелких единицах срока (например, о месяцах, днях). И здесь решающее значение для определения того или иного правила поведения может иметь один день. Все зависит от того, насколько каждая из сторон готова идти другой на уступки.

Кроме того, налицо зависимость от множества случайных факторов. Так, на выбор срока могут повлиять заключенные стороной договоры с третьими лицами, его финансовое положение, погодные условия, запрет осуществления перевозок в определенном направлении из-за извержения вулкана или стихийных массовых волнений и даже необходимость уехать в свадебное путешествие.

Согласование каждого условия, т.е. выбор определенного правила поведения, знаменует собой качественный скачок в развитии системы, т.е. в формировании правовых связей между сторонами. Можно сказать, что происходит преодоление кризиса. Этимологически понятие «кризис» происходит от греческого слова «решение». Категория «кризис» в тектологии используется для объяснения механизма процесса самоорганизации. В частности, отмечается: «При этом под кризисом постоянно подразумевается завершение или перелом в ходе некоторого процесса, имеющего характер борьбы. Тектологическое определение кризиса – это смена организационных форм системы (комплекса). Любая организационная форма представляет собой совокупность связей между элементами. Следовательно, смена формы может состоять либо в уничтожении каких-то прежних связей, либо возникновения новых, либо в том и другом вместе» [10, c. 214–215]. Конечным результатом кризиса является состояние равновесия, что применительно к договорной системе означает состояние согласованности воли сторон по отдельному договорному условию. Череда организационных кризисов приводит к достижению соглашения по всем договорным условиям, т.е. к возникновению правовых связей между сторонами договора.

Следует выделить два вида кризисов. Первый (в тектологии он обозначается как кризис «С») приводит к образованию новых организационных связей. Второй (кризис «Д»), напротив, приводит к разрыву существующих связей, но и он создает предпосылки для образования новых организационных связей. Смена одного кризиса другим составляет суть организационной диалектики и приводит к оптимальному развитию договорной системы. Такое структурное развитие происходит путем отбора условий, удовлетворяющих обе стороны, и отклонения неприемлемых условий. Механизм отбора является универсальным организационным принципом. «Развитие любого элемента системы регулируется механизмом отбора, который действует непрерывно в течение всей истории. При этом идет непрерывный процесс устранения всего менее устойчивого, менее прочного и закрепление более устойчивого» [10, c. 224].

Применительно к организационным гражданско-правовым договорам рассмотренный синкретический механизм обладает той особенностью, что происходит одновременно формирование условий организуемого договора. Однако это вовсе не означает, что организуемый договор лишен синергетического потенциала.

Третья стадия – исполнение условий организационного договора. Как уже отмечалось, главное назначение договора – это регулирование общественных отношений. Выполняя эту функцию, договор воздействует на отношения, т.е. функционирует. Следует обратить внимание, что «воздействие» – это способ функционирования договора, т.е. способ проявления функции, но не сама функция. Поэтому точнее было бы через воздействие выражать «функционирование», а не «функцию» договора, которую следует выражать через взаимосвязь (взаимозависимость) двух явлений – условий договора и общественных отношений. Изменение условий договора влечет изменение юридической взаимосвязи между сторонами, а, следовательно, и отношений между ними. Функционирование же раскрывает механизм изменения взаимосвязи.

Четвертая стадия (факультативная) – исполнение условий организуемого договора. Исполнение условий организационного договора может предшествовать исполнению условий имущественного договора, а может и совпадать по времени с реализацией организованного гражданско-правового соглашения. Так, предварительный договор прекращает свое действие с момента заключения основного договора, т.е. считается исполненным. Условия рамочного договора, напротив, исполняются постепенно, по мере исполнения имущественных (локальных) договоров.

В данной статье рассмотрены лишь основные вопросы относительно механизма регулирования отношений сторон посредством организационного договора. Представляется, что исследования в этой области требуют продолжения.

Выводы:

  1. Особенностями МПР при использовании в качестве правововых средств гражданско-правовых организационных отношений являются:

  • на первой стадии МПР в качестве средств правового воздействия выступают не только нормы права, предназначенные для регулирования имущественных либо неимущественных отношений, но и правовые нормы, регулирующие организационные отношения;

  • вторая стадия МПР осложняется дополнительным элементом, поскольку имущественные и личные неимущественные правоотношения возникают не напрямую, а опосредованно;

  • третья и последующая стадии МПР предопределяются содержанием организационного правоотношения, формирующего порядок возникновения и реализации субъективных прав;

  1. Основными стадиями механизма работы звена «организационный договор» – «организуемый договор» являются:

  • осознание сторонами договора необходимости вступления в договорные отношения и определение порядка заключения организационного договора;

  • согласование условий организационного договора и его заключение;

  • исполнение условий организационного договора;

  • исполнение условий организуемого договора.

  1. Гражданско-правовой организационный договор представляет собой открытую неравновесную самоорганизующуюся систему.

 

Библиографический список

  1. Алексеев С.С. Механизм правового регулирования // Право: азбука – теория – философия. М.: Статут, 1999. 712 с.

  2. Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М.: Юрид. лит., 1966. 187 с.

  3. Алексеев С.С. Односторонние сделки в механизме гражданско-правового регулирования // Антология уральской цивилистики. 1925–1989: сб. ст. М.: Статут, 2001. 431 с.

  4. Алексеев С.С. Философия права. М.: Изд-во «НОРМА», 1997. 336 с.

  5. Алиев В.Г. Теория организации: учебник. 2-е изд., доп. и перераб. М.: Экономика, 2003. 431 с.

  6. Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Волтерс Клувер, 2009. 360 с.

  7. Витрук Н.В. Социально-правовой механизм реализации конституционных прав и свобод граждан. М.: Юрид. лит., 1980. 256 с.

  8. Ковачев Д.А. Механизм правотворчества социалистического государства. М.: Юрид. лит., 1977. 112 с.

  9. Кофанов А.И. Проблема основания системы гражданско-правовых договоров // Современные проблемы понимания государства и права. Ставрополь, 2004. С. 127.

  10. Макаров В.И. Философия самоорганизации. М.: Кн. дом «ЛИБРОКОМ», 2009. 434 с.

  11. Малько А.В. Теория государства и права в схемах, определениях и комментариях: учеб. пособие. М.: Проспект, 2007. 144 с.

  12. Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Русский язык, 1986. 797с.

  13. Пугинский Б.И. Теория и практика договорного регулирования. М.: ИКД «Зерцало-М», 2008. 224 с.

  14. Тюрина С.А. Сущность организационного договора и его место в системе гражданско-правового регулирования общественных отношений // Обязательственное право: тр. Ин-та государства и права Рос. акад. наук. М., 2008. С. 52–53.

  15. Цветков И.В. Договорные инструменты экономического развития // Коммерческое право. 2010. №2(7). С. 7.

  16. Чванов О.А. Механизм правоприменения: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1995. 19 с.

  17. Черепахин Б.Б. Первоначальные способы приобретения собственности по действующему праву // Учен. зап. Сарат. гос. ун-та. 1924. Т. 2, вып. 4. С. 3–31.

  18. Шевченко Л.И. О механизме регулирования имущественных отношений // Коммерческое право. 2010. №2(7). С. 15.

  19. Явич Л.С. Общая теория права. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1976. 285 с.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.