УДК 347.6

 

 

ДОГОВОРНЫЕ СЕМЕЙНО-ПРАВОВЫЕ САНКЦИИ

Н.Ф. Звенигородская
Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права
Санкт-Петербургская академия управления и экономики. 196621, г. Санкт-Петербург, ул. Лермонтова, 44

В статье анализируются семейно-правовые санкции, автор классифицирует их на меры ответственности и меры защиты субъективных семейных прав. Предлагается определение договорной семейно-правовой санкции меры ответственности. Делается вывод о более широком понятии санкции меры защиты.

Ключевые слова: договор в семейном праве; семейно-правовая ответственность; меры защиты;
меры ответственности; санкции


Анализ семейно-правовых санкций позволяет их классифицировать по способам охраны семейных прав. Семейно-правовые санкции делятся на два вида: меры юридической ответственности и меры защиты правопорядка и субъективных семейных прав. Однако некоторые ученые не признают такого деления и отмечают лишь меры юридической ответственности в семейном праве [8].

Мы рассматриваем семейно-правовую ответственность в ретроспективном плане, т.е. в ее собственном смысле, когда она выражается в неблагоприятных последствиях за совершенное правонарушение в прошлом для членов семьи. Это ответственность в негативном смысле. Однако в правовой науке юридическая ответственность все чаще стала рассматриваться как целостное правовое явление [7]. С этих позиций юридическая ответственность рассматривается как в негативном (ретроспективном), так и в позитивном плане. В позитивном плане она называется также перспективной или активной юридической ответственностью. Под ней понимают совершение действий участником правонарушения, соответствующих его субъективным обязанностям, т.е. осуществление им правомерных поступков, добросовестное исполнение своего долга в рамках правовых норм [5, с. 7]. Свою критику понятия юридической ответственности в ее позитивном (перспективном, активном) аспекте подробно аргументировал Н.С. Ма­леин [6]. Признавая право на существование юридической ответственности как целостного правового явления, мы в нашем исследовании анализируем семейно-правовую ответственность в ее негативном аспекте.

Договорная семейно-правовая ответственность наступает за совершение виновного правонарушения объективного права (п. 1 ст. 115, п. 2 ст. 153.2 СК) и субъективных прав субъекта договорных семейных правоотношений. Правонарушение в первом случае выразилось в неуплате алиментов, в связи с чем образовалась задолженность по вине лица, обязанного уплачивать алименты по соглашению об уплате алиментов. Во втором – в создании по вине приемных родителей неблагоприятных условий для содержания, воспитания и образования приемных детей. «Уклонение родителей от исполнения жизненно важной обязанности содержать детей ухудшает условия их жизни, влияет на состояние здоровья и вообще не способствует нормальному развитию личности» [10, с. 593]. А.П. Сергеев возмещение убытков и уплату неустойки называет мерами семейно-правовой ответственности, применяемой при нарушении имущественных прав участников семейных правоотношений [2, с. 314]. В отличие от мер семейно-правовой ответственности он называет способы защиты семейных прав – восстановление положения, существующего до нарушения прав: признание недействительными брачного договора (ст. 44 СК) и алиментного соглашения (ст. 102 СК).

Такая мера семейно-правовой ответственности, как компенсация морального вреда, в семейном законодательстве предусмотрена лишь в ст. 30 СК, определяющей последствия признания брака недействительным. При некоторых семейных правонарушениях может иметь место такое его последствие, как причинение морального вреда. Например, жестокое обращение родителя с детьми всегда причиняет моральный вред и ребенку, и другому родителю. Государство не вмешивается в частную жизнь, особенно в процесс осуществления личных правоотношений. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод предусматривает в ст. 8 п. 1, что каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. В пункте 2 статьи 8 устанавливается: «Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случая, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц» (Россия ратифицировала указанную Конвенцию 20 февраля 1998 г. Федеральный закон от 30 марта 1998 г. – о ратификации Конвенции о правах человека и основных свобод и Протокол к ней).

Члены семьи на общих основаниях имеют право в случае причинения им морального вреда требовать его компенсации, в противном случае это означало бы ущемление их прав. Е.М.Ворожейкин отмечает, что, если лицу причинен моральный вред, он должен быть возмещен независимо от того, являются причинитель и потерпевший членами одной семьи или нет. Даже если моральный вред причинен в рамках нерасторгнутого брака, супругу не должно быть отказано в его возмещении на том основании, что он, видимо, «не слишком пострадал морально, если не требует развода» [1, с. 332].

Договорная семейно-правовая ответственность включает неблагоприятные последствия для правонарушителя в виде лишений личного или имущественного характера в рамках уже не регулятивного, а особого правоохранительного правоотношения. Так, алиментнообязанное лицо, уплачивая по алиментному соглашению неустойку и возмещая получателю алиментов убытки, претерпевает имущественные лишения. Приемные родители устраняются от воспитания приемных детей, так как последних возвращают органам опеки и попечительства. Неблагоприятные последствия выражены в санкции нормы права, поэтому можно заключить, что через реализацию санкции проявляется юридическая ответственность.

Л.Е.Чичерова отмечает превентивную функцию юридической ответственности [10, с. 595]. В целях стимулирования плательщика алиментов к надлежащему исполнению обязанности по содержанию ребенка или другого члена семьи в соглашении об уплате алиментов могут предусматриваться сторонами санкции на случай образования задолженности по вине плательщика алиментов. В качестве санкции стороны могут указать те же, что предусмотрены п. 2 ст. 115 СК в случае образования задолженности по алиментам при уплате их по судебному решению, т.е. неустойку и убытки, не покрытые неустойкой. Несмотря на то, что в п. 2 ст. 115 СК не указано об ответственности за несвоевременную уплату алиментов по алиментному соглашению, возникший пробел в законе можно восполнить с помощью аналогии закона (ст. 5 СК), так как имеется в виду один и тот же вид правонарушений в тождественных по своей сущности правовых связях. Взыскание убытков, причиненных просрочкой исполнения договорных алиментных обязательств возможно только в судебном порядке, поскольку факт причинения убытков необходимо доказывать и давать ему правовую оценку, что возможно только в суде. О.Ю. Косова отмечает, что законодатель в целях защиты права на содержание обращается к традиционным гражданско-правовым способам защиты и использует в качестве мер ответственности за несвоевременную уплату алиментов зачетную неустойку и возмещение убытков. Автор правильно считает, что вовсе не означает, что благодаря использованию таких способов защиты алиментные обязательства изменили свою природу и «слились» с гражданскими правоотношениями. Использование уплаты неустойки как способа защиты права ребенка на содержание (п. 2 ст. 115 СК) обусловлено имущественным объектом алиментных обязательств, его особой ролью в жизнеобеспечении нетрудоспособных лиц в силу принципа приоритетности их интереса, действующего в семейном праве (п. 3 ст. 1 СК). «В механизме правового регулирования отношений по предоставлению содержания эта штрафная санкция обретает качества принципиально новой меры семейно-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение или неисполнение соответствующей обязанности» [4, с. 38]. Л.Е. Чичерова рассуждает: «Если мы утверждаем, что к нарушителям семейно-правовых обязанностей применяются меры семейно-правовой ответственности, то, значит, и механизм их действия должен быть закреплен в СК. Но порядок уплаты неустойки, возмещения убытков урегулирован в ГК, а в СК указывается лишь санкция за неправомерное поведение субъекта семейного правоотношения и ст. 4 позволяет применить нормы гражданского законодательства при неурегулированности отношений семейным законодательством» [10, с. 596–597]. Полагаем, что законодатель в данном случае воспользовался принципом нормативной экономии. Основное назначение неустойки как способа обеспечения исполнения обязательства – действенное побуждение к добровольному, добросовестному исполнению возложенной обязанности. Но, если размер неустойки мал, он не выполняет свою функцию. Представляется, что 0,1% от суммы невыплаченных алиментов за каждый день просрочки, предусмотренный прежней редакцией п. 2 ст. 115 СК, был слишком незначителен, чтобы эффективно стимулировать своевременную уплату алиментов. В сравнении с СК РФ п. 1 ст. 196 СК Украины предусматривает право на взыскание неустойки в размере 1% от сумм невыплаченных алиментов за каждый день просрочки [9, с. 93]. В настоящее время российский законодатель Федеральным законом от 30 июня 2008 г. №106-ФЗ повысил размер неустойки в пять раз – с 0,1% до ½%, что следует признать правильным, хотя и запоздавшим решением. Полагаем, что стороны в алиментном соглашении могут предусмотреть больший, чем в СК РФ, размер неустойки, так как размер неустойки определяется законом либо соглашением, имеющим силу исполнительного листа (п. 1 ст. 115, п. 2 ст. 100 СК).

Меры семейно-правовой ответственности в основном направлены на личность правонарушителя с целью его наказания, осуждения за правонарушение, а меры защиты субъективных семейных прав, как правило, преследуют правовосстановительную цель, а также цель пресечения и предупреждения правонарушения. «С помощью мер защиты охраняется личность того члена семьи, чьи права и интересы были нарушены, и поэтому должны быть восстановлены», – правильно считают В.И. Данилин, С.И. Реутов [3, с. 100]. С. Малеин отмечает, что меры защиты направлены на защиту нарушенного права, а меры ответственности «соединяют в себе не только меры охраны нарушенного права, но и неблагоприятные последствия для виновного правонарушителя» [6, с. 35].

Прекращение или изменение семейного правоотношения как способ защиты семейных прав в зависимости от того, что послужило для этого основанием и к каким последствиям это приводит, может выступать и как мера защиты семейных прав, и как мера семейно-правовой ответственности. Так, досрочное расторжение договора о приемной семье, предусмотренное санкцией п. 2 ст. 153.2 СК, прекращает семейное правоотношение, возникшее из сложного юридического состава, элементом которого является договор о приемной семье. При виновном поведении приемных родителей в создании в приемной семье неблагоприятной обстановки для содержания, воспитания, образования детей прекращение родительского правоотношения есть одновременно и мера защиты семейных прав (субъективного права приемного ребенка на надлежащее воспитание), и мера семейно-правовой ответственности (приемные родители устраняются от личного воспитания приемных детей). Напротив, семейно-правовые санкции о признании недействительными брачного договора (ст. 44 СК), алиментного соглашения (ст. 102 СК) законодателем выражены только как меры защиты, так как признание этих семейно-правовых договоров недействительными нельзя признать мерой семейно-правовой ответственности. Следовательно, в данных санкциях правовых норм ст. 44 и 102 СК законодателем не предусмотрены меры семейно-правовой ответственности.

Объединяющим началом для мер семейно-правовой ответственности и мер защиты является их охранительная направленность. И те и другие есть способы охраны. Охрана – это понятие более широкое, чем защита. По мнению Н.С. Шерстневой, защита – это элемент охраны, она является средством охраны соответствующих прав и интересов, ее следует рассматривать как конкретное проявление охраны [11, с. 43]. Защита наступает лишь тогда, когда нарушается субъективное право участника семейного правоотношения. А семейно-правовая ответственность есть реакция на совершенное правонарушение. Разве при таком, например, семейном правонарушении, как жестокое обращение с детьми (ст. 69 СК), за которое семейно-правовой санкцией предусмотрена мера ответственности – лишение родительских прав, не имеет место нарушение субъективных прав ребенка? Ответ может быть только утвердительным. Лишение родительских прав является одной из мер семейно-правовой защиты и мерой семейно-правовой ответственности. Подтверждение нашему выводу мы находим в правовой литературе: в семейном праве санкции прежде всего выступают как способ обеспечения защиты прав и интересов детей. Следовательно, речь надо вести, преимущественно о защите прав ребенка, а уж затем об ответственности правонарушителя. В то же время такая семейно-правовая санкция, как ограничение родительских прав, всегда является мерой защиты, но не всегда будет мерой семейно-правовой ответственности, так как при отсутствии вины родителя к нему не может быть применена семейно-правовая ответственность, хотя санкция об ограничении родительских прав будет реализована. В данном случае это будет мерой защиты, но не будет мерой ответственности. При виновном поведении родителей это будет, как и лишение родительских прав, мерой защиты и мерой ответственности.

Что касается договорных семейно-правовых санкций, предусмотренных законом, то взыскание неустойки и возмещение убытков – это всегда меры защиты и меры семейно-правовой ответственности. В то же время возвращение приемного ребенка в связи с расторжением договора о приемной семье может быть только мерой защиты при условии, что приемные родители не виновны в создании неблагоприятной обстановки в приемной семье, а мерой защиты и мерой ответственности возвращение приемного ребенка будет в случае их виновного поведения.

На основании изложенного мы приходим к выводу, что понятие санкции меры защиты более широкое, чем понятие санкции меры ответственности, так как мера ответственности всегда является мерой защиты, но мера защиты не всегда может быть мерой ответственности.

Семейно-правовая санкция меры защиты определяется как направленное на защиту субъективных семейных прав и охраняемых законом интересов средство правового воздействия, обеспечивающее исполнение семейных обязанностей путем пресечения и предупреждения правонарушения со стороны члена семьи, устранения препятствий в осуществлении семейных прав и обязанностей.

Таким образом, договорную семейно-правовую санкцию меры ответственности мы определяем как правовое средство воздействия, направленное на защиту субъективных семейных прав и охраняемых законом интересов субъекта семейно-правового договора, преследующее цель наказания виновного правонарушителя, выражающееся в определенной законодателем и сторонами в условиях договора мере семейно-правовой ответственности, наступающей для правонарушителя – стороны договора за совершенное им виновное семейное правонарушение.


Библиографический список

1.      Ворожейкин Е.М. Семейные правоотношения в СССР. М.,1972.

2.      Гражданское право: учебник: в 3 т. / под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М.: Проспект, 2003. Т. 3.

3.      Данилин В.И., Реутов С.И. Юридические факты в семейном праве. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1989.

4.      Косова О.Ю. Алиментные обязательства. Иркутск: ИЮИ Генер. прокуратуры РФ, 2003.

5.      Липинский Д.А. Принципы и правоотношения юридической ответственности. М., 2003.

6.      Малеин Н.С. Правоотношение: понятие, причины, ответственность. М., 1986.

7.      Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. Саратов, 2003; Липинский Д.А. Общая теория юридической ответственности: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2004.

8.      Пергамент А.И. Ответственность родителей за воспитание детей // Проблемы совершенствования советского законодательства. М.,1981.

9.      Семейный кодекс Украины. Харьков: ООО «Одиссей», 2004. С. 73.

10.  Чичерова Л.Е. Гражданско-правовая ответственность в семейном праве // Цивилистические записки. Вып. 5: Проблемы кодификации гражданского законодательства в РФ / под ред. В.А. Рыбакова, А.Я. Гришко. М.: Издат. группа «Юрист», 2004.

11.  Шерстнева Н.С. Семейно-правовая сущность принципа обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних // Современное право. 2006. №3.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.