УДК 331.101.21+37.014

 

 

ПРАВО НА ТРУД И ПРАВО НА ОБРАЗОВАНИЕ

Н.В. Новикова
Кандидат юридических наук, заведующая кафедрой правовых дисциплин и методики преподавания права
Пермский государственный педагогический университет. 614990, г. Пермь, ул. Сибирская, 24

Рассматриваются вопросы юридической связи фундаментальных прав человека на труд и на образование в контексте трудовых отношений. Анализируются нормы трудового права, которые либо стимулируют работников и работодателей к повышению образовательного уровня работника, либо выполняют охранительную функцию. Обосновывается замена понятий «профессиональная подготовка», «переподготовка» и «повышение квалификации» единым термином «профессиональное обучение». При этом указанные виды обучения входят в систему профессионального образования.

Ключевые слова:  право на труд; право на образование; профессиональная подготовка; переподготовка; повышение квалификации; дополнительное профессиональное образование; профессиональное обучение


Социально-экономические права, в том числе и право на труд, имеют жизненно важное значение для человека. Без их обеспечения и защиты со стороны государства, правовых гарантий свободной реализации все иные права (личные, политические и культурные) во многом утрачивают свою сущность. В связи с этим наука трудового права не может не обращаться к анализу корреляции прав человека в сфере наемного труда. Основой этих прав является право на труд как фундаментальное право человека, которое должно определять содержание трудового законодательства и правоприменительной практики.  

Впервые право на труд было провозглашено в 1936 г. в Конституции СССР. Оно не просто декларировалось в качестве фундаментального права гражданина советского государства, но и гарантировалось политикой всеобщей занятости, которая отвечала идее справедливого социального государства. С 1948 года право на труд нашло отражение в важнейших международных актах: во Всеобщей декларации прав человека (1948), Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах (1966), Европейской социальной хартии (пересмотрена в г. Страсбурге 3 мая 1996 г.). Однако ни на доктринальном, ни на нормативном уровне (как на национальном, так и на международном) оно не получило единого толкования. В частности, во Всеобщей декларации прав человека право на труд не расшифровывается, но при этом установлены его основные элементы: свобода труда (т.е. исключение принудительного труда), защита от безработицы, право на справедливые и благоприятные условия труда (п. 1 ст. 23). В соответствии со ст. 6 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах право на труд трактуется как право человека зарабатывать себе на жизнь трудом, который он свободно выбирает или на который свободно соглашается. При этом государства должны признавать право на труд и предпринимать надлежащие меры по его обеспечению. В статье 1 части II Европейской социальной хартии, именуемой «Право на труд», устанавливаются конкретные обязанности государства, корреспондирующие этому праву. К ним относятся поддержание высокого и стабильного уровня занятости; защита прав трудящихся зарабатывать себе на жизнь трудом по свободно избранной специальности, профессии; создание бесплатных служб по трудоустройству; содействие профессиональной ориентации и обучению.

В отличие от ранее действующих в России конституций, от современных конституций ряда европейских стран и указанных международных актов Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) текстуально не закрепила право на труд. Вместо права на труд в ст. 37 провозглашается свобода труда. В связи с этим профессор Л.Ю.Бугров справедливо отмечает двоякость толкования смысла исследуемого понятия в трудовом праве России, несоответствие национальной конституционной нормы международным стандартам, указав на необходимость принятия специального федерального конституционного закона РФ о праве на труд [3, с. 163–1677]. Трудно возразить аргументам нашего наставника, поскольку в трудовом праве нет ничего фундаментальнее, чем право на труд. Из смысла современного трудового законодательства следует, что право на труд является лишь элементом принципа свободы труда, закрепленного в ст. 2 Трудового кодекса РФ. Однако надо отметить, что право на труд как элемент правосубъектности гражданина, как субъективное право работника, как принцип трудового права и принцип правового регулирования трудовых отношений – это разные понятия, поэтому их неоправданное смешение порождает научные дискуссии о понятии, сущности и реализации данного права. Если следовать европейской формулировке права на труд, которая, как думается, является наиболее совершенной с юридической точки зрения, то и рассуждения о связи исследуемого права с правом на образование будут оправданы и не бесполезны.

Право на образование, так же как и право на труд, выступает одним из элементов развернутой и признанной мировым сообществом системы прав и свобод человека. В частности, оно закреплено в ч. 1 ст. 26 Всеобщей декларации прав человека, ч. 1 ст. 13 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, ст. 2 Протокола №1 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950), ст. 14 Хартии Европейского Союза об основных правах (2000).

В международных нормах право на образование признается, с одной стороны, естественным и неотъемлемым правом в силу самого факта рождения человека наряду с правом на жизнь и на развитие. В связи с этим государство должно создавать необходимые условия для его реализации, обеспечивать минимальный (обязательный) для всех и каждого уровень образования. В то же время право на образование относится к группе социально-экономических и культурных прав, поскольку, реализуя право на образование, человек получает профессию, специальность, дополнительные профессиональные знания, позволяющие ему поддерживать свою жизнь на необходимом уровне, включаться в социально-обществен­ную деятельность. Кроме того, через образование ему открывается доступ к культурным ценностям, формируется активная гражданская позиция. Во многих международных актах подчеркивается, что человеку должна быть предоставлена возможность реализовывать это право в течение всей жизни. Таким образом, право на образование является достаточно емким по своей природе и содержанию.

Общее определение права на образование сконструировать достаточно сложно, да и в этом, как полагает профессор Р.К. Русинов, нет необходимости. Важнее определить подходы к юридическому пониманию указанного права в связи с практическими потребностями его реализации [13, с. 77].

Один из современных исследователей в области образовательного законодательства Д.А. Ягофаров определил следующие черты права на образование: 1) право на образование есть интегральное право, которое может быть отнесено к различным группам прав и свобод человека; 2) это конституционное право, закрепленное в максимально обобщенном виде в ст. 43 Конституции РФ; 3) оно относится к числу относительных, а не абсолютных прав человека; 4) право на образование – право всеобщее и должно быть доступным каждому [17, с. 47–50].

Все указанные выше подходы к содержанию права на образование нашли отражение в Конституции РФ. В частности, в п. 1 ст. 43 провозглашается, что каждый имеет право на образование. В Российской Федерации гарантируется общедоступность и бесплатность дошкольного, основного общего и среднего профессионального образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях и на предприятиях (п. 2 ст. 43 Конституции). Закон об образовании уточняет, что эта гарантия сохраняет свою силу только в том случае, если образование соответствующего уровня гражданин получает впервые. При этом необходимо отметить, что норма п. 3 ст. 5 указанного Федерального закона противоречит Конституции РФ. Закон установил, что получение среднего профессионального образования, так же как и высшего, гарантируется на конкурсной основе. В то время как по Конституции РФ на конкурсной основе гарантируется бесплатность только высшего профессионального образования. Представляется, что это серьезный юридический изъян, поскольку нормы федерального законодательства не могут противоречить Конституции РФ.

Российская Федерация поддерживает различные формы получения образования (п. 5 ст. 43 Конституции). В соответствии со ст. 10 закона Российской Федерации от 10 июля 1992 №3266-1 (с изм. и доп.) «Об образовании» (далее – Закон об образовании) образовательные программы могут осваиваться в очной, очно-заочной (вечерней), заочной форме; в форме семейного образования, самообразования и экстерната с учетом потребностей и возможностей личности. Думается, что это очень важная гарантия и следует согласиться с Ю.П. Орловским в том, что конституционное право на образование – это сумма отдельных возможностей постоянно совершенствовать знания во всех существующих формах обучения [8, с. 14].

Конституция РФ гарантирует каждому реализацию права на образование, отвечающее требованиям федеральных государственных образовательных стандартов. В новой редакции Закона об образовании под федеральным государственным образовательным стандартом понимается совокупность требований к образовательным учреждениям, имеющим государственную аккредитацию и реализующим образовательные программы соответствующего уровня и направленности (п. 1 ст. 7).

Первые научные исследования о правовой сущности и содержании права на образование были проведены представителями науки трудового права (Ю.П. Орловским, А.С. Пашковым, К.П. Уржинским, А.Е. Пашерстником и другими). Это видится не случайным, поскольку изначально образование рассматривалось в сугубо «прикладном» аспекте – в качестве необходимой предпосылки для подготовки человека к производительному труду.

Анализируя сущность права человека на труд, А.Е. Пашерстник справедливо замечал, что «право на труд есть право получить работу по специальности, совершенствовать свою квалификацию и продвигаться вперед в области своей трудовой деятельности» [10, с. 33]. Исследование известного ученого не утратило своей актуальности и в наше время. Способность к квалифицированному и творческому труду не появляется сама собой. Для того чтобы обеспечивать себе достойный уровень жизни, быть востребованным на рынке труда, человек вынужден постоянно учиться, приобретать новые знания, обогащать профессиональный опыт, развивать социальные навыки.

На тесную связь права на образование и права на труд обращает внимание в своих ранних исследованиях профессор Ю.П. Ор­ловский [9, с. 12]. Эта связь проявлялась в том, что в годы плановой экономики, когда государство, по сути, являлось единственным работодателем и остро нуждалось в квалифицированных кадрах, вся система образования была «заточена» под производственную сферу. Не случайно существовало обязательное распределение молодых специалистов на рабочие места после окончания вузов и техникумов; были разработаны и включены в КЗоТ РСФСР гарантии и льготы для работников, которые повышали свой образовательный уровень, обучаясь в образовательных учреждениях по заочной или вечерней форме; была создана продуктивная государственная модель подготовки, переподготовки и повышения квалификации рабочих и специалистов. Даже общеобразовательные школы реализовывали на разных этапах развития государства программы трудовой подготовки учащихся.

С 1991 года, после изменения политического и экономического строя в нашей стране, право на образование и право на труд получили новое содержание. Труд стал свободен, а система образования начала строиться на совершенно иных принципах, направленных прежде всего на свободное развитие личности, а не на удовлетворение потребностей экономических интересов и производственных целей государства.

Действующая Конституция РФ гласит, что каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (п. 1 ст. 37). Человек теперь может получать профессиональное образование независимо от того, будет он работать по специальности или нет; расширены возможности многократного получения образования одного и того же уровня, а также формы его получения; образование можно получать и на платной основе; активно стала развиваться сфера дополнительного (общего и профессионального) образования и дополнительных платных образовательных услуг.

Изменилась и сама связь права на образование и права на труд. В условиях рыночной экономики их пересечение становится возможным только тогда, когда совпадают экономические интересы работника и работодателя, связанные с наличием или с получением в будущем определенной профессии, специальности, должности, а также повышением квалификации. В остальных случаях связь практически распадается.

Необходимо отметить, что сфера образования и сфера рынка труда даже при изменившихся условиях их развития, а соответственно, и нормы, регулирующие отношения, возникающие в этих сферах, продолжают оказывать взаимное влияние друг на друга даже в то время, когда работник реализует свое право на образование независимо от интересов работодателя или учащийся одновременно с обучением в образовательном учреждении реализует право на труд.

При этом нормы либо стимулируют участников трудового правоотношения к повышению образовательного уровня работников, либо выполняют охранительную функцию.

Примером стимулирующей нормы может служить п.8 ст.50 Закона об образовании, в котором закреплено право обучающихся в образовательных учреждениях по очно-заочной (вечерней) и заочной форме на дополнительный оплачиваемый отпуск по месту работы, на сокращенную рабочую неделю и на другие льготы. В статье 17 Федерального закона от 22 августа 1996 г. №125-ФЗ (с изм. и доп.) «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» предусмотрены гарантии и компенсации, предоставляемые лицам, совмещающим учебу в высшем учебном заведении с работой. Лицам, успешно обучающимся в имеющих государственную аккредитацию высших учебных заведениях независимо от их организационно-правовых форм по заочной и очно-заочной (вечерней) формам, по месту их работы предоставляются дополнительные отпуска с сохранением средней заработной платы для сдачи зачетов и экзаменов на первом и втором курсах соответственно по сорок календарных дней, на последующих курсах соответственно по пятьдесят календарных дней; для подготовки и защиты дипломного проекта (работы) со сдачей государственных экзаменов – четыре месяца; для сдачи государственных экзаменов – один месяц (п. 1 ст. 17 названного Закона). Студентам, получающим высшее образование по очной форме и совмещающим учебу с работой, предоставляются дополнительные отпуска без сохранения заработной платы по месту работы для сдачи зачетов и экзаменов –пятнадцать календарных дней в учебном году; для подготовки и защиты дипломного проекта (работы) со сдачей государственных экзаменов – четыре месяца; для сдачи государственных экзаменов – один месяц (п. 2 ст. 17).

Гарантии и компенсации работникам, совмещающим работу с обучением, предоставляются по правилам гл. 26 Трудового кодекса РФ. Правда, как справедливо отмечает профессор В.Г. Сойфер, эти нормы не отвечают современным рыночным реалиям. В настоящее время увеличивается число работников, совмещающих работу и обучение по очной форме. Но они оказываются в неравном положении по сравнению с работниками, получающими образование в заочной форме. «Почему, – полагает ученый, – работодатель, призванный создавать благоприятные условия для обучающихся работников и располагающий для этого необходимыми финансовыми ресурсами, должен руководствоваться нормами, сформулированными в эпоху административно-командной экономики с целью экономии государственных средств? Зачем юридически сохранять ситуацию, когда право работника на дополнительный (учебный) отпуск исключает его получение при учебе на очном отделении учебного заведения, ограничивает размеры компенсации расходов стоимости проезда к нему и обратно?» [14, с. 77]. Думается, что в перспективе необходимо внести соответствующие изменения в трудовое законодательство и законодательство об образовании, отказавшись от устаревших форм плановой экономики в подготовке, переподготовке и повышении квалификации кадров. Работодатели и работники вправе выбирать и поддерживать на договорных началах все существующие возможности получения образования (с отрывом от работы или без отрыва от работы, внутри организации или в образовательном учреждении, в очной или иной форме, получать определенный уровень профессионального образования повторно или впервые).

Примером охранительной нормы может служить ч. 1 и ч. 2 ст. 63 Трудового кодекса РФ о заключении трудового договора с несовершеннолетним работником, получающим общее образование, а также ч. 6 ст. 92 и ч. 3 ст. 93 Трудового кодекса РФ о продолжительности рабочего времени и ежедневной смены учащихся образовательных учреждений. Главное условие – работа не должна нарушать процесс обучения.

Кроме того, трудовое право оказывает косвенное влияние на процесс и содержание профессионального образования. Это проявляется в том, что объем профессиональных требований (знаний и навыков), предъявляемых к выпускникам образовательных учреждений, определяется в конечном итоге нормами трудового права (должностными инструкциями, техническими регламентами и другими документами). Не случайно в последнее время в трудовом праве России появилась тенденция к расширению вопросов социального партнерства за счет участия работодателей в формировании структуры и содержания профессионального образования [4, с. 48, 63]. Государство уже начинает приводить в этом направлении ряд концептуальных мероприятий. Так, постановлением Правительства РФ от 21 января 2005 г. №36 утверждены правила разработки, утверждения и введения в действие государственных образовательных стандартов с учетом мнения работодателей.

По мере развития российского государства объем содержания права на образование не остается постоянным. По сравнению с предыдущими эпохами в настоящее время он значительно расширился в связи с появлением новых видов образования. В структуре права на образование можно выделить девять элементов (право на дошкольное, начальное общее, основное общее, среднее (полное) общее, начальное профессиональное, среднее профессиональное, высшее профессиональное и послевузовское профессиональное образование, право на профессиональную подготовку). Профессор В.И. Шкатулла, анализируя законодательство РФ об образовании, выделяет также право на дополнительное образование [16, с. 45–46].

К сожалению, в Законе об образовании нет четко сформулированного понятия дополнительного образования и его видов. В статье 7 устанавливается лишь цель дополнительных образовательных программ и дополнительных образовательных услуг – всестороннее удовлетворение образовательных потребностей граждан, общества, государства.

В пределах каждого уровня профессионального образования основной задачей дополнительного образования является непрерывное повышение квалификации рабочего, служащего, специалиста в связи с постоянным совершенствованием федеральных государственных образовательных стандартов.

В 2001 году была сделана попытка урегулировать вопросы, связанные с реализацией права граждан на дополнительное образование. Государственной Думой РФ 12 июля 2001 г. был принят Федеральный закон №97091427-2 «О дополнительном образовании», одобренный Советом Федерации 20.07.2001, но отклоненный Президентом РФ по ряду причин. Хотелось бы, чтобы указанный закон все-таки был принят, поскольку в последнее время активно развивается сфера дополнительных образовательных услуг, в том числе проводится обучение, направленное на совершенствование и расширение профессиональных знаний, умений и навыков работников. Возникающие общественные отношения по осуществлению указанной деятельности не нашли должной нормативно-правовой основы, что, на наш взгляд, существенно затрудняет развитие института дополнительного образования.

Исходя из содержания ст. 7 Закона об образовании, а также анализа действующих в нашей стране нормативных правовых актов подзаконного характера, регулирующих вопросы профессиональной переподготовки и повышения квалификации работников, государственных гражданских служащих и безработных граждан, можно сделать вывод о том, что профессиональная переподготовка и повышение квалификации являются элементами права на образование, и в частности права на дополнительное профессиональное образование.

Что касается профессиональной подготовки, то по смыслу ст. 21 Закона об образовании этот вид обучения имеет целью ускоренное приобретение обучающимся навыков, необходимых для выполнения определенной работы, группы работ. Профессиональная подготовка не сопровождается повышением образовательного уровня обучающегося. Государство создает условия для профессиональной подготовки тем лицам, которые не имеют основного общего образования, т.е. не имеют права поступить в образовательные учреждения начального, среднего или высшего профессионального образования (п. 2 ст. 21 Закона об образовании). Профессиональная подготовка может быть получена в образовательных учреждениях, а также в образовательных подразделениях организаций, имеющих соответствующие лицензии, и в порядке индивидуальной подготовки у специалистов, обладающих соответствующей квалификацией.

Таким образом, профессиональная подготовка входит в структуру всей системы образования в РФ, но не является элементом профессионального образования.

В научной литературе, как в советский период, так и в настоящее время, не раз подчеркивалось, что границы между сферой труда и сферой образования становятся подвижными, а «трудовой договор все более трансформируется в договор труда и обучения» [5, с. 170]. Это проявляется и в том, что от уровня образования, а также от постоянного совершенствования профессиональных знаний, умений, навыков, развития деловых качеств работника посредством переподготовки и повышения квалификации напрямую зависит судьба трудового правоотношения (его возникновение, изменение или прекращение). Кроме того, трудовое законодательство позволяет работодателю заключать договор об обучении (ученический договор) с лицом, ищущим работу, в целях получения профессии, специальности, квалификации (гл. 32 Трудового кодекса РФ).

В связи с этим в диссертационном исследовании А.Ю. Бондарь обосновывается введение в понятийный аппарат трудового права термина «образовательно-трудовые отношения» вместо понятия «учебно-трудовые отношения», широко используемого в работах А.С. Пашкова, Ю.П. Орловского, В.Н. Артемовой и других ученых. Под образовательно-трудовыми отношениями автор понимает общественные отношения, возникающие между работником и работодателем по поводу профессионального обучения непосредственно на производстве (работе) или вне работы, направленные на повышение профессионального (общеобразовательного) уровня работников [см.: 2, с. 34].

Важно подчеркнуть, что право на образование реализуется в конкретных правоотношениях, в том числе, как полагал А.С. Пашков, является важнейшим элементом трудового правоотношения [11, с. 25]. Однако если принять это утверждение, то необходимо ответить на вопрос: к какому именно элементу оно относится и относится ли вообще?

Любое правоотношение, в том числе и трудовое, имеет определенное внутренне строение. Элементами правоотношения являются: а) содержание, т.е. субъективные права и обязанности сторон правоотношения; б) субъекты права, т.е. участники правоотношения; в) объекты правоотношения [1, с. 343].

В науке трудового права учение о трудовом правоотношении прошло достаточно долгий путь развития, во многом опережая общетеоретические разработки.

Сегодня под трудовым правоотношением понимается возникающее на основе трудового договора и урегулированное нормами трудового права трудовое отношение, по которому один субъект – работник обязуется выполнить трудовую функцию с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, а другой субъект – работодатель обязан предоставить работу, обеспечивать здоровые, безопасные и другие условия труда, включая оплату труда работника в соответствии с его квалификацией, сложностью работы, количеством и качеством труда [16, с. 89]. Кроме того, понятие трудового отношения нашло свое легальное определение в ст. 15 Трудового кодекса РФ.

Сторонами (субъектами) трудового правоотношения являются работник и работодатель, обладающие определенным правовым статусом (ст. 20 Трудового кодекса РФ). Объектом выступает наемный труд (работа), организованный работодателем за вознаграждение.

Особенностью трудового правоотношения является сложный состав прав и обязанностей его субъектов (содержание правоотношения). Это выражается в том, что каждый из субъектов выступает по отношению к другому и как обязанное, и как управомоченное лицо. Следовательно, каждый из них несет ответственность за надлежащее исполнение своих обязанностей. При этом трудовое правоотношение охватывает весь комплекс корреспондирующих прав и обязанностей сторон, заключивших трудовой договор, а не только тех, которые непосредственно связаны с выполнением трудовой функции (определенной работы). В связи с этим трудовое отношение необходимо признать единым, несмотря на то, что многие ученые на разных этапах развития науки трудового права, пытались отстаивать самостоятельность правоотношений по материальной и дисциплинарной ответственности работника и работодателя, по подготовке и повышению квалификации работников непосредственно на производстве и др.

Трудовой кодекс РФ предусматривает основные (статутные) права и обязанности работника (ст. 21) и работодателя (ст. 22). В числе статутных прав работника законодатель закрепил право на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации в порядке и на условиях, предусмотренных Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами. Статутные права и обязанности проявляются в конкретных субъективных правах и обязанностях, возникающих у работника, с момента заключения трудового договора. Статьей 197 Трудового кодекса РФ также закреплено право работника на профессиональную подготовку, переподготовку, повышение квалификации, включая обучение новым профессиям. Но указанное право может быть реализовано только путем заключения дополнительного к трудовому договора (ч. 2 ст. 197). Вместе с тем законодатель предусмотрел норму о том, что работодатель имеет право самостоятельно определять необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд.

Анализ целого ряда норм Трудового кодекса РФ (ст. 1, 2, 41, 53, 57,63, 65, 81, 83, 129, 173–177, 179, 187, 196–208), в которых прямо или косвенно прослеживается связь с уровнем образования работника, его квалификацией, организацией обучения, совмещением труда и образования, позволяет сделать вывод о том, что право на образование, а точнее, на профессиональное образование (как основное, так и дополнительное), в том числе право на профессиональную подготовку без повышения образовательного уровня, входит в содержание трудового правоотношения (прав и обязанностей работника и работодателя в связи с обучением).

При этом под профессиональной подготовкой А.В. Ивашковская предлагает понимать в широком смысле получение профессиональных знаний, умений, навыков по определенной профессии впервые путем обучения непосредственно в организации или освоения основной образовательной программы того или иного уровня в образовательном учреждении [4, с. 69].

Во многих научных исследованиях сегодня высказывается предложение о том, что формулировку «подготовка, переподготовка и повышение квалификации» следует заменить единым термином – «профессиональное обучение» [6, с. 214; 12, с. 38].

Оба предложения видятся вполне целесообразными. Но при этом смысловое значение терминов «профессиональная подготовка» и «профессиональное обучение» должно быть единым как в образовательном, так и трудовом праве. Вряд ли можно согласиться с тем, что профессиональное образование и профессиональное обучение следует разграничивать [7, с. 56], а также и с тем, что право на профессиональное образование и право на профессиональное обучение являются самостоятельными правами, имеющими разную отраслевую принадлежность: право на профессиональное образование реализуется между учащимся и образовательным учреждением, а право на профессиональное обучение – в трудовых и непосредственно связанных с ними отношениях [4, с. 74–78]. Если следовать данной логике, то и право на труд надо разграничивать с правом трудиться. Думается, что право на образование является единым. Профессиональное обучение является средством получения одного из видов профессионального образования или профессиональной подготовки без повышения образовательного уровня. Термин «профессиональное обучение», действительно, позволяет кратко обозначить достаточно сложный, но единый институт. Тем более, именно этот термин сегодня широко используется в актах Международной организации труда.

Не вызывает возражений лишь то, что в процессе реализации конституционного права на образование складываются многообразные правоотношения, различающиеся между собой по субъектам, содержанию, основаниям возникновения и прекращения, целевому назначению и другим признакам. Следовательно, юридическая природа этих отношений будет не однородной. Это могут быть в различных комбинациях и гражданско-правовые, и административные, и даже семейные правоотношения. Однако если субъектом правоотношений будет выступать работник, получающий профессиональное образование или проходящий профессиональную подготовку без повышения образовательного уровня, а также переподготовку и повышение квалификации, то не важно, в каком месте и в какой форме проводится обучение (внутри организации или в образовательном учреждении), по чьей инициативе, с отрывом или без отрыва от работы. Трудовые отношения в любом случае не прекращаются. Они либо приостанавливаются на период обучения, либо существуют параллельно с отношениями по обучению. В связи с этим вывод очевиден: все без исключения отношения, связанные с реализацией работником права на профессиональное образование, в том числе и права на профессиональную подготовку без повышения образовательного уровня, входят в содержание единого сложного трудового правоотношения. Для того чтобы в трудовом праве окончательно сложился правовой институт профессиональной подготовки (в широком смысле), переподготовки и повышения квалификации или другими словами институт профессионального обучения работников, необходимо внести ряд изменений в Трудового кодекса РФ.

 

Библиографический список

1.      Алексеев С.С. Общая теория права. М., 2008.

2.      Бондарь А.Ю. Правовое регулирование образовательно-трудовых отношений в условиях перехода к рыночной экономике: дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999.

3.      Бугров Л.Ю. О праве на труд в России и за ее рубежом // Соврем. тенденции в развитии труд. права и права социального обеспечения: материалы междунар. науч.-практ. конф. / под ред. К.Н. Гусова. М., 2007.

4.      Ивашковская А.В. Правовое регулирование трудовых отношений в условиях реформы профессионального образования: дис. … канд. юрид. наук. Ярославль, 2007.

5.      Киселев И.Я. Сравнительное трудовое право. М., 2005.

6.      Лушникова М.В., Лушников А.М. Очерки теории трудового права. СПб., 2006.

7.      Лушникова М.В., Лушников А.М. Право на профессиональное образование и обучение: проблемы реализации в современных условиях // Труд. право. 2007. №4.

8.      Орловский Ю.П. Конституционные гарантии права на образование в СССР. М., 1986.

9.      Орловский Ю.П. Правовое регулирование подготовки и распределения кадров. М., 1989.

10.  Пашерстник А.Е. Право на труд. М., 1951.

11.  Пашков А.С. Правовое регулирование подготовки и распределения кадров (некоторые вопросы теории и практики). Л., 1966.

12.  Петров А. Повышение квалификации работников // Кадровик. Труд. право для кадровика.2007. № 7.

13.  Русинов Р.К. Право на образование: попытка юридического анализа // Рос. право. 2009. №1.

14.  Сойфер В.Г. Проблемы правового регулирования профессионального образования персонала // Законодательство и экономика. 2008. №31.

15.  Трудовое право России: учебник / под ред. А.М. Куренного. М., 2004.

16.  Шкатулла В.И. Образовательное право: теоретические и практические проблемы. М., 1996.

17.  Ягофаров Д.А. Нормативно-правовое обеспечение образования. Правовое регулирование системы образования: учеб. пособие. М., 2008.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.