УДК 347.43

ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ И АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА В ПРАВЕ РФ И ЗАРУБЕЖНЫХ ПРАВОПОРЯДКАХ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

Т.Е. Логинова

Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса
АНО ВПО «Пермский институт экономики и финансов»
614000, г. Пермь, ул. Куйбышева, 98а
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

А.В. Захаркина

Преподаватель кафедры гражданского права и процесса
АНО ВПО «Пермский институт экономики и финансов»
614000, г. Пермь, ул. Куйбышева, 98а
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Аннотация: Статья посвящена комплексному исследованию гражданско-правовых конструкций факультативного и альтернативного обязательств. Конструкция факультативного обязательства востребована в современном гражданском обороте, поскольку должник получает право освободиться от обязательства путем предоставления кредитору замены, что значительно снижает для должника риск ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. Указанные обстоятельства свидетельствуют о чрезвычайной актуальности исследования факультативного обязательства. Анализ обширной судебной практики свидетельствует об отсутствии единого подхода к рассмотрению споров, вытекающих из альтернативных обязательств, что во многом объясняется неправильным пониманием сущности альтернативных и факультативных обязательств. Отсутствие комплексного регулирования факультативных и альтернативных обязательств в российском гражданском законодательстве во многом вызвано слабой теоретической разработкой данных обязательств. Автор приходит к выводу, что факультативное обязательство является самостоятельной гражданско-правовой категорией. Ввиду чего требуется закрепить в гражданском законодательстве Российской Федерации легальное определение факультативного обязательства и его правовой режим.


Ключевые слова: факультативное обязательство; альтернативное обязательство; обязательство; зарубежные правопорядки; гражданское законодательство; Гражданский кодекс РФ

 

Факультативные обязательства действующим гражданским законодательством вообще не предусмотрены. Гражданский кодекс РФ посвящает альтернативным обязательствам лишь одну статью, которая никак не может разрешить все спорные вопросы. В то же время развитые иностранные законодательства Италии, Франции, Германии не ограничиваются упоминанием одной статьи, а содержат как минимум несколько статей, посвященных регулированию альтернативных обязательств, а иногда и факультативных обязательств.

Как известно, в действующем Гражданском кодексе РФ нет общих правил о факультативных обязательствах. Анализ проекта новой редакции части первой ГК РФ свидетельствует о том, что разработчики реформирования гражданского законодательства находят нужным восполнить этот пробел.

Обоснование необходимости исследования института факультативного обязательства было озвучено О.С. Иоффе, который считал, что «...отсутствие в законе прямых указаний о факультативных обязательствах не препятствует их возникновению в реальной действительности, ибо наш закон не придерживается правила о допустимости устанавливать лишь такие обязательства... которые прямо в нем предусмотрены» [13, c. 93]. Современные исследователи придерживаются аналогичной позиции [3; 14].

Приведем пример нормативного регулирования факультативных обязательств в законодательстве зарубежных стран. Так, статья 1552 Гражданского кодекса Квебека, например, прямо предусматривает, что «Факультативным является обязательство с одним основным предметом исполнения, освободиться от исполнения которого должник может предоставлением другого предмета исполнения» [8].

Гражданский кодекс Нидерландов «альтернативным признает обязательство, по которому должник обязан исполнить одно из двух или более обязательств по собственному выбору, по выбору кредитора или третьего лица» [10].

В Гражданском кодексе Квебека содержится следующая норма: «альтернативным обязательством является обязательство, предметом которого являются два основных предоставления и в котором осуществление любого из них освобождает должника от обязательства в целом» [8].

Статья 1189 Французского гражданского кодекса определяет альтернативное обязательство следующим образом: «Должник по альтернативному обязательству освобождается от обязанности посредством предоставления одной из двух вещей, указанных в обязательстве» [21].

В соответствии со ст. 320 ГК РФ, «должник вправе передать кредитору одно или другое имущество либо совершить одно из двух или нескольких действий по своему выбору» [11]. Из данной нормы следует, что сущность реализации альтернативного обязательства заключается в совершении выбора.

По справедливому замечанию Д.И. Мейера, самым первым, «ближайшим» вопросом в альтернативном обязательстве является вопрос, «кому принадлежит выбор действия» [15, c. 133]. По общему правилу, право выбора предмета исполнения принадлежит должнику, если иное не вытекает из закона, иного правового акта или условий обязательства (ст. 320 ГК РФ).

Современные зарубежные законодательства содержат следующие подходы к субъекту права выбора в альтернативном обязательстве. Так, ст. 1190 Французского гражданского кодекса предусматривает, что «выбор принадлежит должнику, если выбор не был прямо предоставлен кредитору»; §262 Германского гражданского уложения – что «если возможно несколько способов исполнения обязательства, при условии что исполнение должно быть произведено одним из указанных способов, то в случае сомнения право выбора принадлежит должнику» [4]; ст. 1286 Гражданского кодекса Италии – что «должник вправе совершить выбор, если право выбора не предоставлено кредитору или третьему лицу» [7]; ст. 1546 ГК Квебека – что «право выбора предоставления принадлежит должнику, если только этим правом не был прямо наделен кредитор.»; ст. 1419 Гражданского закона Латвии – что управомоченным на совершение выбора субъектом, если не установлено иное, является должник [9]. В Гражданском кодексе Грузии отмечено: «когда из нескольких обязательств должно быть исполнено одно (альтернативное обязательство), право выбора принадлежит должнику, если из договора, закона или сути обязательства не вытекает иное» [6].

Возникает очевидный вопрос: почему по общему правилу право выбора предмета исполнения предоставляется именно должнику? По мнению Ф.Г. Савиньи, «основанием такой привилегии должника служит то соображение, что истинное существо обязательства состоит в деятельности должника. Так как договор оставил одну часть его деятельности неопределенною, то тем самым должнику дано право дополнить определение по своему усмотрению» [19, c. 290]. Аналогичной точки зрения придерживались и Д.И. Мейер, и В. Голевинский, и К.П. Победоносцев. В то же время К. Бернштейн высказал противоположную точку зрения на данную проблему: «...едва ли менее основательно было бы положение, что в каждом обязательстве самую существенную часть составляет право кредитора, и что вследствие того именно ему и должно быть предоставлено восполнение обязательства определением предмета уплаты» [1, c. 65].

Помимо кредитора или должника по альтернативному обязательству, которые могут выступать в качестве субъектов выбора, иностранные законодательства выработали позиции, когда субъектом выбора может быть третье лицо, а также когда на стороне субъекта выбора сформирована множественность лиц. Так, в настоящее время ст. 1286 ГК Италии прямо предусматривает возможность совершения выбора как третьим лицом, так и несколькими лицами, формирующими множественность на активной или пассивной стороне.

По нашему мнению, ст. 320 ГК РФ не содержит прямого запрета на совершение выбора по альтернативному обязательству третьим лицом [16; 18].

Выбор предмета исполнения является односторонней сделкой, поскольку для того, чтобы выбор считался состоявшимся, необходимо и достаточно волеизъявления одного лишь субъекта права выбора. Такой взгляд на правовую природу выбора является достаточно традиционным как для зарубежной, так и для отечественной цивилистики [2, c. 58; 20, c. 401].

Несмотря на то, что для совершения выбора достаточно волеизъявления одного субъекта, свое действие такое волеизъявление приобретает лишь тогда, когда оно будет воспринято (должно быть воспринято) тем лицом, которому оно адресовано. Данный принцип справедлив для всех односторонних сделок, оказывающих воздействие на правовую сферу другого лица (односторонне обязывающих сделок).

С практической и теоретической точки зрения особый интерес представляет исследование возможности изменения совершенного выбора в рамках альтернативного обязательства. Активным сторонником возможности изменения совершенного выбора был Ф.Г. Савиньи: «...право выбора не прекращается даже с предоставлением для покрытия части удовлетворения какого-либо предмета в самом договоре должно быть определено: обязательна ли для кредитора раз выраженная воля на выбор; в противном случае и он может изменять ее до самого момента предъявления иска» [19, c. 290]. Аналогичную позицию занимал К. Бернштейн [1, c. 99].

Иностранные законодательства относительно возможности изменения совершенного выбора содержат следующие нормы: так, §264 ГГУ предусматривает, что «...должник может исполнить обязательство иным способом, если кредитор еще не получил выбранного им исполнения полностью или частично»; ст. 1286 ГК Италии – что, «выбор становится безотзывным с момента осуществления исполнения одним или другим предметом, либо с момента оглашения выбора другой стороне, либо оглашения выбора в присутствии обеих сторон, если выбор совершает третья сторона»; ст. 1420 ГЗ Латвии – что, «правом выбора ... как должник, так и кредитор могут воспользоваться лишь один раз, если только им не было прямо предоставлено право выбирать несколько раз или если обязательства не являются периодически повторяющимися. Когда право выбора разрешается использовать только один раз, должник может сделать это до исполнения обязательства, а кредитор еще и при предъявлении иска, если, однако, уже раньше ими не была определенно выражена их воля».

Следует сделать вывод, что выбор, о совершении которого стало известно контрагенту, т.е. выбор, достигший правового результата, не подлежит изменению.

Предмет альтернативного обязательства по своей структуре весьма специфичен: в данном обязательстве имеет место множественность возможных предметов исполнения. Возникает вопрос: может ли должник предоставить в качестве предмета исполнения часть одного и часть другого возможного предмета исполнения? Законодательства зарубежных стран однозначно отвергают подобное исполнение. Так, категорично на этот счет высказывается §266 ГГУ: «Должник не имеет права на частичное исполнение обязательства»; ст. 1191 ФГК предусматривает, что должник не может заставить кредитора принять часть одного либо часть другого предмета исполнения; ст. 1285 ГК Италии, что «должник в альтернативном обязательстве ... не вправе принудить кредитора принять часть одного и часть другого, если из закона, договора или существа обязательства не вытекает иное» [12].

Альтернативное обязательство возникает по поводу совершения гражданско-правового акта – выбора предмета исполнения. При этом субъект выбора, которым по общему правилу является должник, управомочен, но не обязан совершить выбор. По сути, в такой ситуации реализация альтернативного обязательства ставится в зависимость единственно от воли должника – стороны, не заинтересованной в большинстве случаев в реализации указанного обязательства. При этом отсутствие юридической обязанности приводит к тому, что должник не может быть принужден к совершению выбора, а альтернативное обязательство в рамках законодательных норм не может быть исполнено (путем реального исполнения) даже принудительно.

В подобных ситуациях кредитор не вправе совершать выбор за должника, но вправе обратиться в суд, который при вынесении решения определяет обязанность должника.

В случае просрочки совершения выбора ряд иностранных законодательств предусматривают переход возможности совершить выбор от субъекта выбора к его контрагенту. Статья 6:19 Гражданского кодекса Нидерландов предусматривает, что, когда выбор принадлежит одной из сторон, право выбора переходит другой стороне, если она предоставила противной стороне разумный срок для выбора и последняя не сделала выбор в течение этого срока. Аналогичным образом высказывается ч. 2 ст. 1546 ГК Квебека: «Если сторона, которой принадлежит выбор, находится в просрочке и не совершит выбор в течение специально предоставленного ей для этого срока, право выбора переходит к другой стороне»; ст. 1287 ГК Италии – «Если в пределах установленного срока кредитор не совершит выбор или не согласует срок с должником, право выбора переходит к должнику». Специфические нормы по сравнению с иными иностранными законодательными актами содержит ГГУ. Так, § 264 ГГУ предусматривает, если должник, имеющий право выбора, не воспользуется им до начала принудительного исполнения судебного решения, то кредитор вправе осуществить принудительное взыскание по своему выбору; однако должник может исполнить обязательство иным способом, если кредитор еще не получил выбранного им исполнения полностью или частично.

Закон о договорах Израиля содержит следующую норму: «Если сторонами согласовано в договоре, что выбор способа исполнения обязательства принадлежит кредитору и он не использует своего права в течение срока, предусмотренного для этого в договоре, а если такой срок не определен – в течение нормально необходимого для этого времени и до истечения срока исполнения обязательства, должник имеет право самостоятельно избрать способ исполнения обязательства и уведомить об этом кредитора».

Российское гражданское законодательство не содержит нормы, способной разрешить данную спорную ситуацию.

Европейское договорное право в решении вопроса о значении просрочки должника в альтернативном обязательстве занимает аналогичную позицию: ст. 7.105 Принципов европейского договорного права устанавливает, что если сторона, которая обязана осуществить выбор, не осуществляет выбор к сроку исполнения, установленному договором и просрочка выбора существенна, право выбора переходит к другой стороне. Эта точка зрения отражает динамику, которая свойственна обязательственным правоотношениям.

Указанные размышления позволяют сделать вывод о том, что исполнение по альтернативному обязательству означает не что иное, как совершение выбора. Исполнение же произведенное выбранным предметом производится не по альтернативному обязательству, а по возникшему вследствие совершения выбора обязательству.

Субъектом права выбора по российскому гражданскому законодательству является должник, однако конфигурация ст. 320 ГК РФ не препятствует сторонам альтернативного обязательства предусмотреть возможность совершения выбора третьим лицом. Для реализации такой возможности субъекты альтернативного обязательства – кредитор и должник – могут на основании соглашения, заключенного между собой, управомочить третье лицо на совершение выбора.

Прекращение альтернативного обязательства имеет место в двух случаях: при надлежащем исполнении альтернативного обязательства и при невозможности исполнения альтернативного обязательства.

Практике известны ситуации, когда невозможность исполнения альтернативного обязательства может наступить вследствие случая, т.е. когда ни один из субъектов альтернативного обязательства не отвечает за наступившую невозможность его реализации и ни один из субъектов не находится в просрочке [17].

«Случай как будто уничтожает выбор, и альтернативное обязательство здесь трансформируется в ординарное (простое) обязательство с единственным предметом исполнения» [5, c. 207].

Обратимся к анализу иностранного законодательства относительно данной ситуации. Статья 1288 ГК Италии предусматривает: что «Альтернативное обязательство становится простым, если один из двух предметов исполнения не может быть предметом обязательства ... или если неисполнение по поводу одного из предметов становится невозможным по причине, не зависимой от сторон...». В соответствии со ст. 1421 ГК Латвии, «...в случае гибели только одного из предметов должник сохраняет свое право выбора и может по своему усмотрению внести или оставшийся предмет, или стоимость погибшего предмета». Таким образом, большинство иностранных законодательств содержат нормы, которые регулируют порядок исполнения, а не прекращения альтернативного обязательства в случае гибели одного или нескольких предметов обязательств.

К сожалению, общие нормы российского гражданского законодательства не могут дать ответ на вопрос о влиянии гибели одного или нескольких возможных предметов на совершение выбора в рамках альтернативного обязательства. Напротив, иностранные законодательства предусматривают в рамках гражданского законодательства специальные нормы о влиянии гибели одного или нескольких возможных предметов вследствие виновных действия кредитора или должника на совершение выбора в рамках альтернативного обязательства (ст. 1193, 1194 ФКГ, ст. 1289–1290 ГК Италии, ст. 1548–1550 ГК Квебека, ст. 1422–1424 ГЗ Латвии).

Резюмируя вышеизложенное, акцентируем особое внимание на предложениях по совершенствованию российского гражданского законодательства.

Факультативное обязательство является самостоятельной гражданско-правовой категорией. Требуется закрепить в гражданском законодательстве легальное определение факультативного обязательства: факультативным признается обязательство, по которому должнику предоставляется право заменить основное исполнение другим (факультативным) исполнением, предусмотренным условиями обязательства.

Правовой режим замены исполнения, имеющий место в факультативных обязательствах, весьма специфичен, обладает рядом характерных особенностей, не свойственных правовому режиму исполнения альтернативного обязательства. Выбор между несколькими исполнениями – это совсем не тот выбор, что делается между исполнением и его заменой. Безусловно, и для должника, и для кредитора вопрос о том, в каком качестве будет предоставлен (получен) тот или иной предмет – в качестве исполнения или же его замены, – имеет существенное значение.

При регламентации прекращения факультативных обязательств представляется справедливым включить в гражданское законодательство следующую норму: должник освобождается от исполнения факультативного обязательства при гибели основного предоставления вследствие обстоятельств, за которое он не отвечает.

Представляется необходимым включить в ГК РФ следующее положение: альтернативным признается обязательство, по которому должник обязан исполнить одно из двух или более обязательств по собственному выбору, если законом или договором право на совершение выбора не предоставлено кредитору или третьему лицу.

 

Библиографический список

  1. Бернштейн К. Учение о разделительных обязательствах по римскому праву и новейшим законодательствам. М.: Оникс, 2012. 344 с.

  2. Богданова Е. Защита прав и интересов сторон при исполнении альтернативных и факультативных обязательств // Хозяйство и право. 2004. №6. С. 56–61.

  3. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 1. 2-е изд. М.: Статут, 2007. 919 с.

  4. Германское Гражданское уложение / пер. с нем. Сер.: Современное зарубеж. и междунар. частное право. М.: Междунар. центр финансово-экон. развития, 1996. 552 с.

  5. Голевинский В. О происхождении и делении обязательств. М.: Медиа, 2012. 310 с.

  6. Гражданский кодекс Грузии / науч. ред. З.К. Бигвава; пер. с грузин. И. Мерид­жанашвили, И. Чиковани. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. 750 с.

  7. Гражданский кодекс Италии.URL: http://www.jus.unitn.it/cardozo/Obiter_Dictum/codciv/home.html (дата обращения: 12.04.2013 г.).

  8. Гражданский кодекс Квебека. М.: Статут, 1999. 472 с.

  9. Гражданский кодекс Латвийской Республики / пер. с латыш. под рук. И. Алфеевой. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2001. 830 с.

  10. Гражданский кодекс Нидерландов.URL: http://icpo.at/civru.html (дата обращения: 08.04.2013).

  11. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Федеральный закон Рос. Федерации от 30 нояб. 1994 г. №51-ФЗ (ред. от 11.02.2013) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1994. №32, ст. 3301.

  12. Гражданский закон Эстонии.URL: http://icpo.at.tut.by/civru.html (дата обращения: 18.11.12).

  13. Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Статут, 2009. 781 с.

  14. Кузнецова О.А. Проблемы правоприменения принципов гражданского права // Вестник Омского университета. Сер.: Право. 2008. №3. С. 23–32.

  15. Мейер Д.И. Русское гражданское право. М.: Оникс, 2012. 742 с.

  16. Постановление ФАС Московского округа от 21 нояб. 2001 г. №КГ-А40/6729-01 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  17. Постановление ФАС Московского округа от 4 мая 2000 г. №КГ-А40/1675-00 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  18. Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 26 февр. 2001 г. №Ф08-269/2001 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  19. Савиньи Ф.Г. Обязательственное право. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. 576 с.

  20. Советское гражданское право: учебник / под ред. О.С. Иоффе, Ю.К. Толстого, Б.Б. Черепахина. Л.: Изд-во ЛГУ, 1971. Т. 1. 469 с.

  21. Французский гражданский кодекс / науч. ред. и предисл. канд. юрид. наук Д.Г. Лаврова; пер. с фр. А.А. Жуковой, Г.А. Пашковской. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. 1101 с.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.