УДК 347.44

 

 

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ ИНВЕСТИЦИОННОГО ДОГОВОРА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И СТРАНАХ СНГ

А.А. Белецкая
Юрисконсульт управления образования администрации г. Белгорода,
аспирант кафедры трудового и предпринимательского права
Белгородский государственный университет. 308012, г. Белгород, ул. Победы, д. 85

Статья посвящена  сравнительному анализу договорных форм инвестиционной деятельности в странах СНГ. Особое внимание уделено вопросу определения места инвестиционного договора в зако­нодательствах Республики Беларусь, Республики Казахстан, Украины.

Ключевые слова: инвестирование; инвестиционные отношения; инвестиционный договор; инвестиционной кодекс


В российском гражданском законодательстве не закреп­лено в качестве правовой дефиниции понятие инвестиционного договора; таким образом, правовая природа инвестиционного договора имеет законо­дательную неопределенность. В настоящее время инвестиционный договор представляет собой особый вид договора, заключаемого на основании  ч. 2 ст. 421 ГК РФ, в соответствии с которой «стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами».

В свою очередь, многообразие ис­пользуемых инвесторами гражданско-правовых договоров при осуществле­нии своей деятельности делает актуальной проблему правового регулирования инвестиционных отношений, точного применения действующих правовых норм к возникшим на основе заключенного договора инвестиционным отношениям. В этой связи можно согласиться с мнением авторов, полагающих, что «не­надлежащий уровень правового регулирования инвестиций в Российской Федерации связан с неясным представлением о том, что следует считать инвестицией, инвестиционным договором и в каких случаях гражданско-пра­вовые отношения можно квалифицировать как инвестиционные» [4].

Ввиду правовой неопределенности инвестиционного договора в рос­сийском праве интересен опыт других стран в законодательной рег­ламентации аналогичных правовых конструкций.

Целью данной статьи является сравнительный анализ гражданского законодательства  в странах СНГ в области инвестиционных отношений. От­метим также, что автором не ставится задача комплексного анализа всей правовой базы инвестиционной сферы. Предметом рассмотрения является определение места инвестиционного договора в зако­нодательствах Республики Беларусь, Республика Казахстан, Украины.

Так, в Республике Беларусь с 2001 г. действует Инвестиционный кодекс – документ, содержащий в унифицированном виде правовые нормы, в наиболее полной степени регла­ментирующие данный институт права [5].

Надо отметить, что Республика Беларусь – единственная страна среди государств СНГ, принявшая Инвестиционный кодекс – основополагающий документ, регулирующий институт не только национальных, но и иностранных инве­стиций на территории страны. Инвестиционный кодекс определяет общие правовые условия осуществления инвестиционной деятельности в Респуб­лике Беларусь и направлен на ее стимулирование и государственную под­держку, а также на защиту прав инвесторов на территории Республики Бела­русь. Инвестиционный кодекс на законодательном уровне закрепляет толкование понятия «государственное регулирование инвестиционной дея­тельности» [5, разд. III, гл. 2], «государственная поддержка инвестиционной деятельности на территории Республики Беларусь», государствен­ный «контроль за деятельностью коммерческих организаций с иностранными инвестициями» [5, разд. III, гл. 4, ст. 98]. Инвестиционный кодекс защищает права собственности иностранных инвесторов, обеспечивает им не менее благоприятные, чем для национальных предпринимателей, условия деятель­ности, а также устанавливает для них специальные стимулирующие пре­имущества в налоговой, таможенной, валютной сферах. Однако Кодекс не содержит понятия инвестиционного договора. В статье 14 дано определение лишь инвестиционного проекта, которым в соответствии с действующим Ко­дексом признается совокупность документов, характеризующих замысел о вложении и использовании инвестиций и его практическую реализацию до достижения заданного результата за определенный период времени. Тот факт, что Кодекс не содержит дефиниции понятия «инвестиционный договор» и в целом недостаточно уделено внимания четкому определению взаимных прав и обя­занностей инвесторов и государства, свидетельствует о значительном смеще­нии акцентов в белорусском инвестиционном праве из нормативной области в договорную.

Также, на наш взгляд, интересным представляется опыт правового ре­гулирования инвестиционного договора в Республике Казахстан. Закон Рес­публики Казахстан «Об инвестициях» от 8 января 2003 г. №373-II (далее – Закон об инвестициях) объединил нормы, регулирующие отношения, связан­ные с инвестициями, и установил общий правовой режим для иностранных и национальных инвестиций, предоставив гарантии инвесторам, осуществ­ляющим свою деятельность в Республике Казахстан [6]. Представляется, что в целом это следует расценить как позитивный момент. Однако возникают оп­ределенные вопросы при рассмотрении отдельных его положений. По нашему мнению, отсутствие четких и определенных формулировок основных катего­рий и терминов, используемых в законодательном акте, не позволяет однозначно трактовать то или иное явление, что, в свою очередь, снижает эффек­тивность реализации правовых норм, порождая проблемы лингвистико-юридической коррупциогенности в правоприменительной практике. Данное явление, к сожалению, присуще как казахстанскому, так и российскому законодательству в области инвестиционного регулирования.

В пункте 8 статьи 1 Закона об инвестициях дано определение инвестиционного контракта как договора на осуществление инвестиций, предусматривающего инвестиционные преференции. Однако данный контракт, заключаемый с уполномоченным органом – Комитетом по инвестициям Министерства инду­стрии и торговли Республики Казахстан, в соответствии с которым предоставляются инвестиционные льготы, не может быть признан договором, поскольку он содержит только отдельные элементы договора и по своей сути является односторонним решением ком­петентного государственного органа. В связи с этим, по нашему мнению, сле­дует четко разграничивать понятия «инвестиционный контракт» – договор и «контракт о предоставлении инвестиционных преференций» – администра­тивный акт властного органа, оформленный в виде договора. В первом слу­чае имеется в виду инвестиционный контракт как гражданско-правовой до­говор, во втором случае – властное решение государственного органа о предоставлении инвестору налоговых льгот, натурных грантов и (или) освобождении его от обложения таможенными пошлинами. Разуме­ется, нельзя согласиться с тем, что эти два различных понятия смешива­ются. Чтобы избежать этого, следует законодательно определить, что инве­стиционный контракт – это гражданско-правовой договор, а в случае принятия решения о предоставлении инвестиционных преференций исполь­зовать иную терминологию, более точно отражающую суть данного явления (например, акт, решение и т.п.) [1, с. 17].

Как видно, в законодательстве Республики Казахстан нет четкого опре­деления понятия инвестиционного договора (контракта), не проработаны ус­ловия договора, форма и порядок его заключения и расторжения, а также не определены от­дельные виды инвестиционных договоров.

В Украине основным нормативным правовым актом, регламентирую­щим вопросы инвестиционной деятельности, является закон Украины от 18 августа 1991 г. №1560-XII «Об инвестиционной деятельности» (далее – За­кон).

Согласно статье 9 Закона договор является основным документом, ре­гулирующим отношения между субъектами инвестиционной деятельности (при этом субъектами инвестиционной деятельности признаются как инве­стор, так и исполнитель задания инвестора).

Частью 2 статьи 9 Закона предусмотрено, что заключение договоров, выбор партнеров, определение обязательств, любых других условий хозяйст­венных взаимоотношений, не противоречащих законодательству Украины, является исключительной компетенцией субъектов инвестиционной деятель­ности [2]. В законе «Об инвестиционной деятельности» Украины так же, как и  законодательстве Республики Беларусь, большое внимание уделяется гарантиям прав субъектов инвестиционной деятельности.

Закон направлен на обеспечение равной защиты прав, интересов и имуществ субъектов инвестиционной деятельности независимо от форм соб­ственности, а также на эффективное инвестирование народного хозяйства Украины, развитие международного экономического сотрудничества и инте­грации. Помимо этого, в Законе регламентируется инновационная деятельность как одна из форм инвестиционной деятельности, что, на наш взгляд, является позитивным моментом, так как свидетельствует об ориентации законода­теля в направлении фундаментальных исследований, разработки и внедрения но­вых ресурсосберегающих технологий, осуществления качественных изменений в состоянии производительных сил.

В целом, подводя итог сравнительной характеристике положений законо­дательства таких стран, как Украина, Республика Казахстан, Респуб­лика Беларусь в сфере правовой регламентации конструкции инвестицион­ного договора, необходимо отметить, что во многом аспекты, касающиеся определения инвестиционного договора в этих странах сходны с российскими. Проведенный анализ позволяет сде­лать вывод, что и в России, и в Украине, и в Республике Казахстан законода­тельство в области инвестиционной деятельности нуждается в серьезной до­работке. Однако следует отметить и положительные тенденции, имеющие место в последнее время в этой сфере: во-первых, это правовое за­крепление гарантий прав инвесторов, во-вторых, государственная поддержка инвести­рования. Опыт правовой регламентации инвестиционного договора в Рес­публике Беларусь представляется нам как наиболее удачный из всех рассмотренных, хотя и он не лишен некоторых недостатков, указанных выше.

По нашему мнению, в законодательстве Российской Федерации необхо­димо подойти к вопросу регламентации инвестиционного договора комплексно, используя практику дифференцирования, сравнения опыта разных стран, учета позитивных тенденций, что позволит конструктивно решать вопросы перспективного плани­рования.

 

Библиографический список

1.      Ахметжанова С. Анализ реализации инвестиционных проектов // Малый и средний бизнес Казахстана. 2007. №10 (10). С. 17.

2.      Ведомости Верховной Рады Украины. 1991 г. №47, ст. 646.

3.      Гражданский кодекс Российской Федерации (Часть первая): принят 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // Рос. газета. 1994. №238–239.

4.      Доронина Н.Г., Семилютина Н.Г. Регулирование инвестиций как форма защиты экономических интересов государства // Журнал рос. права. 2005. №9. С. 31.

5.      Инвестиционный кодекс Республики Беларусь: принят Палатой представителей 30 мая 2001 г.; одобрен Советом  Республики Беларусь 8 июня 2001 г.; текст Кодекса по состоянию на 10 февр. 2001 г.  Минск: Амалфея, 2005. 83 с.

6.      Об инвестициях: закон Республики Казахстан от 8 января 2003 г. №373-II // Казахст. правда. 2003. №9–11(23948-23950).

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.