УДК 349.2

 

 

Незаконная власть как основание и повод государственного вмешательства в трудовые правоотношения

 

С.Б. Поляков
Кандидат юридических наук, доцент кафедры теории и истории государства и права
Пермский государственный университет. 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15

Рассматриваются формы проявления незаконной власти работодателя и возможности правовых средств ее пресечения.

Ключевые слова: власть работодателя; государственное вмешательство; трудовые отношения


Несколько лет назад на страницах газеты «эж-Юрист» состоялась острая дискуссия по вопросу государственного вмешательства в трудовые правоотношения.

Б. Карабельников в статье с характерным заголовком «Новые права инспекции труда как символ власти чиновников в России» [2, с.1, 11] выступил против «беспрецедентного расширения прав инспекции труда» в Трудовом кодексе РФ. Он обратил внимание на то, что согласно Федеральному закону от 17 июля 1999 г. №181-ФЗ «Об основах охраны труда» [4] инспекции труда осуществляют надзор исключительно «за соблюдением требований охраны труда» (п.1 ст.20). В изданном во исполнение норм данного закона постановлении Правительства РФ от 28 января 2000 г. №78 «О Федеральной инспекции труда» [6] Федеральная инспекция труда наделяется уже функциями «государственного надзора и контроля за соблюдением законодательства РФ о труде и охране труда». Иначе говоря, инспекция от контроля за соблюдением норм законодательства об охране труда перешла к проверке соблюдения норм всего трудового законодательства. Особой критике были подвергнуты полномочия государственных инспекторов труда по рассмотрению трудовых споров и выдаче обязательных предписаний об устранении нарушений законодательства о труде.

В указанной статье говорилось, что государственные инспекторы труда в первую очередь проверяют богатые, благополучные предприятия. В ходе проверок инспекторы «договариваются» с администрацией, т.е. проверки используются для личной наживы. Убыточные предприятия, где работники подвергаются серьезному риску, где высок уровень производственного травматизма, велика задолженность по заработной плате, обходятся инспекторами стороной.

В ответ последовала резкая статья главного государственного инспектора труда РФ В. Варова с фактическими и юридическими возражениями [1, с. 8–9]. Один из доводов: для большинства наших граждан судиться и долго, и тяжело, и дорого.

В ответной статье Б. Карабельников, отстаивая идею разрешения трудового спора только через суд, говорил о том, что государство не должно выступать на одной стороне правового спора, его позиция – быть равноудаленным от частных правовых споров [3, с. 10–11].

Характеристика трудового спора как частного представляется теоретической основой для негативного правопорядка в трудовых правоотношениях.

В целях и задачах трудового законодательства прямо называются интересы государства (ч. 2 ст. 1 ТК РФ). Наличие объективного непосредственно собственного интереса государства в трудовых правоотношениях представляется сомнительным, если только государство не выступает в качестве работодателя. Но государство, безусловно, заинтересовано в правовых средствах разрешения трудовых конфликтов, поскольку именно они нередко в истории человечества были искрами, из которых разгоралось пламя революций, сметавших государства в XIX–XX вв. Как бы то ни было, интерес государства в законе отражен.

Одним из принципов правового регулирования трудовых отношений называется единство государственного и договорного регулирования трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений (ст. 2 ТК РФ). В трудовом праве много публичных императивных норм. Такие нормы обусловлены фактическим неравенством сторон трудового отношения, зависимостью работника от воли работодателя.

Отношения на основе императивных норм складываются не на соглашении сторон. Вопреки таким нормам работодатели стремятся подчинять работников не только в целях и пределах, установленных трудовым законодательством. В случае же отказа от выполнения требований работодателя используется не только волевое воздействие, но и средства, предусмотренные трудовым законодательством для отклоняющегося от правовых норм поведения работников.

На ограничение возможностей применения власти в трудовых отношений в политических целях направлены нормы избирательного законодательства (см., например, ст. 40 Федерального закона от 12 июня 2002 г. №67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» [5]). Однако наличие этих норм мало влияет на трудовые отношения. Например, в ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» и в его дочерних обществах во время выборов руководители подразделений (отделов, цехов) должны по распоряжениям руководства в течение дня выборов сообщать диспетчерам предприятий, проголосовали ли и каким образом их подчиненные.

В правилах внутреннего трудового распорядка ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» (приложение №2 к коллективному договору на 2009 г.) установлены такие запреты и обязанности работников: «Не работать по договорам подряда в других организациях в течение рабочего времени без письменного согласия Работодателя. Работник обязан после регистрации соответствующих документов, подтверждающих факт начала (появления возможности на законных основаниях) осуществления им предпринимательской деятельности или избрания его в органы управления других организаций, информировать об этом Работодателя» (п. 3.2.22).

Такие запреты и обязанности работника не установлены трудовым законодательством, в частности статьей 21 ТК РФ «Основные права и обязанности работника». Право работодателя знать о работе работника за пределами рабочего времени ст. 22 ТК РФ «Основные права и обязанности работодателя» и другими федеральными законами не предусмотрено. Фактически правилами трудового распорядка установлен контроль за выполнением трудовой функции в течение рабочего времени новым способом, в виде обязанности работника сообщать о совершении им дисциплинарного проступка – неисполнении в рабочее время трудовой функции, что противоречит положениям ст. 51 Конституции РФ.

Согласно ст. 282 ТК РФ: «Совместительство – выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время.

Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей».

Из этих и иных норм трудового законодательства следует, что работодатель не имеет законной власти над работником за пределами рабочего времени и трудовых правоотношений.

Согласно ст. 18 Конституции РФ: «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими».

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции РФ: «Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию».

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом.

Ограничения работы по совместительству федеральными законами установлены для категорий работников, к которым работники ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» не относятся.

В пункте 3.3 мотивировочной части постановления Конституционного суда РФ от 28 февраля 2008 г. №3-П сказано о том, что корпоративные акты, формулируя правила поведения, не могут исходить из расширительного истолкования составов дисциплинарных проступков, как они определены Федеральным законом [7].

Глава 44 ТК РФ, устанавливающая норму в части особенности работы по совместительству, не предусматривает обязанность работника получать по месту основной работы разрешение на работу по совместительству или уведомлять работодателя о такой работе, а также право работодателя по основной работе требовать от работника сведений о его работе по совместительству.

Таким образом по сравнению с трудовым законодательством положение работников ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь», желающих работать по совместительству или «по договору подряда» либо осуществлять предпринимательскую деятельность, ухудшено введением для них запретов и обязанностей, не предусмотренных трудовым законодательством.

Согласно ч. 4 ст. 8 ТК РФ нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, не подлежат применению.

Однако недействительность приведенной в качестве примера локальной нормы права, устанавливающей незаконную власть работодателя над работником, как и многих других, может быть установлена только в том случае, если, во-первых, будет положена в основание дисциплинарной ответственности работника, не подчинившегося ей, во-вторых, если дисциплинарное взыскание будет оспорено работником в суде. Судебное решение конфликта в пользу работника не гарантирует победителю в дальнейшем благоприятных условий работы в силу многочисленных проявлений власти работодателя, против которой нет реальных средств правовой защиты. Поэтому в большинстве случаев дисциплинарные взыскания, тем более не связанные с увольнением, а также дискриминация в виде лишения премий за нарушение корпоративных норм не обжалуются. Смысл существования работника в трудовых правоотношениях – не борьба за право, а сохранение рабочего места, тем более с хорошей заработной платой. Основная задача работника – сохранение трудовых правоотношений, соответствие их закону – факультативная. При их конкуренции работник решает главную задачу. Для этого он стремится избегать конфликта с руководством предприятия и подчиняется воле работодателя, что означает соблюдение и исполнение незаконных запретов и обязанностей. Для открытой защиты своих прав, в том числе для обращения в суд, именно это – главное препятствие, а не долгое, тяжелое и дорогое судопроизводство, о чем писал главный государственный инспектор труда РФ В.Варов (к тому же эпитеты к этому слову не бесспорны).

Таким образом, реализуются незаконные локальные нормы права, устанавливающие незаконную власть работодателя, а не конституционные нормы о приоритете прав личности, равенстве всех перед законом, достоинстве личности, о свободе труда и использовании своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Защита этих ценностей в силу ст. 2, 17, 18, 19, 21, 34, 37 Конституции РФ – прямая задача государства, которая в настоящее время решается им пассивно. Федеральная инспекция труда действует только по заявлению работника, оспаривающего незаконную власть работодателя, и глуха к большинству нарушений трудовых прав работников, смиряющихся с незаконной властью.

Незаконная власть в правовых отношениях, порождающая неблагоприятные для работников юридические последствия, выражается в правовых актах – нормативных и правоприменительных. Сегодняшняя уверенность работодателя в том, что работники в большинстве случаев не будут оспаривать его незаконные правовые акты и что без их обращения никто, включая государственные органы, не вмешается в трудовые отношения, порождает у руководителей предприятий чувство всевластия над работниками и пренебрежения к власти государства, выраженной в нормах трудового права.

Публично-правовая охрана трудовых отношений не только по волеизъявлению работника, но и по усмотрению государственных органов и должностных лиц соответствовала бы принципам регулирования этих отношений. Заявленная в регулировании роль государства как защитника интересов работника в своей последовательности не должна трансформироваться в равноудаленность при охране публичных норм, защищающих права работника.

Законность и правопорядок в трудовых правоотношениях как раз и могут быть названы подлинным государственным интересом. Они имеют действительную общественную ценность. Для достижения этих целей, за которые потерпевший работник чаще всего не готов сражаться из-за страха потерять большее, необходим постоянный публичный контроль инспекций труда за соблюдением трудового законодательства на предприятиях без индивидуальных обращений пострадавших работников. Государство должно отстаивать приоритет своей власти в трудовых отношениях над властью сторон правоотношений, главным образом над властью работодателя, против которой нет кроме него другой реальной силы.

Плановые проверки правовых актов, в которых может выражаться незаконная власть работодателя: локальных нормативных правовых актов, правоприменительных приказов о дисциплинарных наказаниях, переводах, привлечении к сверхурочным работам, о выплатах ежемесячных премий, - по результатам которых виновные руководители предприятий могут привлекаться к административной ответственности за нарушения норм трудового законодательства, заставят руководителей предприятий соотносить свою власть с законом, излечат от чувства пренебрежения к нему.

Когда-то это было содержанием функции общего надзора прокуратуры, от которой отказались из-за идеи частного характера трудового спора. Благоговение перед частным правом не всегда ведет к утверждению прав личности. Защита императивных норм трудового права исключительно частноправовыми средствами приводит к блокировке действия этих норм права, к торжеству власти работодателя над правом. Это необходимо исправлять.

 

Библиографический список

1.      Варов В. Ответ юриста «юристу» // эж-Юрист. 2002. №44. С. 8–9.

2.      Карабельников Б. Новые права инспекции труда как символ власти чиновников в России // эж-Юрист. 2002. №34. С. 1, 11.

3.      Карабельников Б. Ответ юриста чиновнику // эж-Юрист. 2002. №47. С. 10–11.

4.      Об основах охраны труда: Федер. закон Рос. Федерации от 17 июля 1999 г. №181-ФЗ / Собр. законодательства Рос. Федерации. 1999. №29, ст. 3702.

5.      Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации: Федер. закон Рос. Федерации от 12 июня 2002 г. №67-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. №24, ст. 2253.

6.      О Федеральной инспекции труда: постановление Правительства Рос. Федерации от 28 янв. 2000 г. №78 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2000. №6, ст. 760.

7.      По делу о проверке конституционности ряда положений статей 6.1 и 12.1 закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и статей 21, 22 и 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан Г.Н. Белюсовой, Г.И. Зиминой, Х.Б. Сар­китова, С.В. Семак и А.А. Филатовой: постановление Конституционного Суда Рос. Федерации от 28 февр. 2008 г. №3-П // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2008. №10, ч. 2, ст. 976.

 


      

      

 
Пермский Государственный Университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
+7 (342) 2 396 275, +7 963 012 6422
vesturn@yandex.ru
ISSN 1995-4190
(с) Редакционная коллегия, 2011
Выходит 4 раза в год.
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-33087 от 5 сентября 2008 г.
Перерегистрирован в связи со сменой наименования учредителя.
Свид. о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-53189 от 14 марта 2013 г.

С 19.02.2010 года Журнал включен в Перечень ВАК и в РИНЦ (Российский индекс научного цитирования)

Учредитель: Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Пермский государственный национальный исследовательский университет”.